Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 21 из 73

— Хорошо. Клятву примем сегодня же, как только закончим с обсуждением, — соглашается принц и снова еле заметно морщится.

Подавшись вперёд, он устраивает локти на бёдрах. Какое-то время молчит, растирая переносицу и о чём-то думая.

— Мама, Розали, вы свободны, — наконец-то изрекает Кай, не поднимая головы.

— Но как же?.. — Юмия смотрит на меня.

К своему удивлению, я вижу в её взгляде растерянность, а не неприязнь. Будто вся эта ситуация что-то да изменила в её отношении ко мне.

— Мама, завтра, — устало просит Кай, и императрица, смягчившись, кивает.

Дёрнув подбородком, Юмия безмолвно приказывает Розали и Лилии покинуть кабинет. Всё то время, пока сваха и её помощница собирают папки и документы, мы молчим. Я ловлю на себе заинтересованный взгляд верховного жреца и ощущаю неловкость. Будто я самозванка, и этот старец всё про меня знает.

— Что ж, — выдыхает Кайгард, когда за императрицей и свадебной командой закрывается дверь. — А теперь поговорим о тебе, Эфи.

Горло сжимает спазмом, но я выдыхаю, призывая технику дахусим. Всё будет хорошо. Я справлюсь.

— Да, давайте, — с уверенной улыбкой отвечаю я и перевожу взгляд на верховного жреца. — Это правда, что мне нельзя отказаться от участия в отборе?

— А что, есть такое желание? — ухмыляется старец, поглядывая на застывшего Кая. — Нет, дитя, как я и сказал её величеству, результаты ритуала не отменить и не переиграть. Но волноваться не стоит. Если тебе настолько не мил принц, то ты не пройдёшь дальше следующего этапа.

— Вы настолько во мне не уверены? — слегка дёрнув уголком губ, спрашиваю я.

— Если бы дело касалось твоей магической или физической подготовки, то у остальных не осталось бы ни единого шанса, — вместо жреца отвечает Кай. — Ты бы прошла и второй, и третий этап. Но дело в самих испытаниях.

— Они опасны? — тут же уточняет Ивао.

— Что вы! — взмахивает ладонями жрец. — Нет ничего страшного или угрожающего здоровью претенденток. Испытания называются «Сердце» и «Разум» соответственно. Сердце покажет, есть ли у претенденток чувства к принцу. Мы не собираемся заставлять девушек быть с его высочеством, если он им не мил.

— Даже так? — Я приподнимаю бровь, глядя на Кая.

— Мне не нужна жена, которой я противен, — холодно отвечает принц.

— А как же выгода? Или что там важно при династических браках?

Чувствую, что завожусь, и усилием воли торможу себя. Меня не должны волновать ни мотивы Кая, ни испытания отбора. Если всё будет так, как сказал жрец, я действительно вылечу уже на следующем этапе. Должна вылететь!

— Именно поэтому я затеял этот отбор, — прищурившись, отвечает Кай. — Чтобы у меня было хоть какое-то подобие выбора. «Разум» как раз покажет, с кем брак будет наиболее выгоден.

Мы смотрим друг на друга, и для нас будто никого больше не существует. Я злюсь от бессилья. Оттого, что Кайгард опять всё сделал, как ему захотелось. Что не услышал меня и не оставил в покое. И теперь я вынуждена проходить отбор.

— Дети, дети. — Римберг взмахивает руками и, встав из кресла, обходит стол. — Вы всё ещё не о том говорите. — Он присаживается на край стола и скрещивает руки на груди. — Участие Эфирайн не обсуждается. Дракон принял её магию. Принял магию и других девушек. Сейчас нужно определиться с датами проведения испытаний. Мы можем отложить на время, пока не найдём лазутчиков и не вычислим предателя, который провёл преступников во дворец.

— Мы продолжим отбор, как и планировали. Через два дня проведём испытание сердцем, — хмуро возражает Кайгард. — Не вижу смысла откладывать. Те, кто вознамерился нам помешать, залягут на дно, если мы поставим отбор на паузу.

— Тут я согласен с его высочеством, — вступает в разговор Ивао. — Нельзя давать передышку гадам, они подстроятся под ситуацию, и следующее покушение может стать удачным.

— Вы думаете, они попытаются вновь? — спрашиваю я, озадаченно глядя на файердорнийца.

— Это логично. Дело не выполнено, заказчик будет требовать результатов, — пожимает плечами Ивао. — По крайней мере, так бы поступил его величество Хираль.

— Значит, всё-таки папа? — уточняет Сибилла с понурым видом.

— Увы, ваше высочество, это самый логичный вариант.

— Но зачем ему убивать Сибиллу? — в шоке спрашиваю я.

— Это если его целью была она, — глядя на меня сверху вниз, произносит Ивао. — Но чем дальше в отбор, тем больше я думаю, что изначальной жертвой должна была стать ты.

— Я?

Я в недоумении оглядываю присутствующих.

— Но какой резон? Я давно не представляю интереса для отца.

— Возможно, ты знаешь что-то, что может испортить ему жизнь, — в задумчивости предполагает Ивао.

Меня обдаёт холодом ужаса. Да, у меня есть что предъявить миру. И это что-то прямо сейчас обжигает огнём мои плечи и ключицы. Метки Бездны, змеистые отметины, вспыхивающие запретной магией. Символ отцовского греха.

— Вряд ли Эфирайн была целью, — вступается Кайгард. Он откидывается на спинку кресла и снова прикрывает лицо ладонью. — Не думаю, что в мире есть хоть кто-то не знающий о бастардах его величества Хираля. Этим ему жизнь не испортишь. Разве что Эфирайн обладает ещё какой-то информацией.

И снова все ждут от меня ответа. Никак не могу отделаться от ощущения, что они видят метки на моём теле. Ждут, когда я сама призна́юсь в этом преступлении. Да, его совершил отец, но само моё существование против правил жизни. Моя магия слишком разрушительна, слишком опасна… и слишком отвратительна для драконов.

— Понятия не имею, почему отец обозлился на меня, — сохраняя спокойствие, отвечаю я. — Возможно, всё ещё злится, что я сбежала. Или боится, что я могу помешать Сибилле стать вашей женой, ваше высочество.

Смотрю прямо в глаза Кая, стараясь не дрогнуть, не выказать волнения и не дать нового повода для подозрений.

— Эфирайн может быть права, — высказывается Ивао, приходя мне на помощь, хотя сам этого не понимает. — Хираль мстителен, а с возрастом стал отъявленным параноиком.

— Неудивительно, что ваш император сходит с ума, учитывая его личное участие в исследовании магии Бездны, — хмыкает Римберг. — Его разум наверняка отравлен её голосом.

— Кто знает, на какие богомерзкие поступки он ещё способен, — скривившись, комментирует Кайгард. — Это насколько надо быть беспринципным, чтобы спутаться с тварями Бездны? Принимать их помощь?