Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 32 из 84

И если вдруг удача запропала,

Пройдись по тихим школьным этажам.

Для нас всегда открыта школы дверь.

Прощаться с ней не надо торопиться.

Где нам найти звончей звонка капель

И девочку, которой нёс портфель?

Пускай потом ничто не повторится,

Для нас всегда открыта школы дверь.

Спасибо, что конца урокам нет,

Хотя и ждёшь с надеждой перемены.

Но жизнь — она особенный предмет:

Задаст вопросы новые в ответ,

Но ты найди решенье непременно!

Спасибо, что конца урокам нет!

Песня нравится всем, её уже считают «неофициальным гимном» всех выпускников, поэтому ребята и девчата дружно подпевают. А я, исполнивший её со сцены, «купаюсь в лучах славы».

Муртазаевой сегодня не до танцулек. По моим подсчётам, у неё «женские дни», так что во время медленного танца она мне негромко говорит на ухо:

— Проводи меня домой. Мне тут скучно.

— Не хочешь оставаться? — изображаю я неведение об истинной причине её нежелания «скакать».

— Не хочу.

Желание дамы — закон для кавалера.

Чмокнувшись на прощание у её нового жилья, напоминаю:

— Завтра я учу тебя собирать рюкзак для поездки на фестиваль. Если ты, конечно, не передумала туда ехать.

— Не передумала. И отчим не передумал нас туда отвезти.

Вот и ладненько.

Место, где мы поставим палатку, я «освоил» в середине 2020-х, это метрах в ста от главной сцены, на берегу озера. От дороги, ведущей мимо фестивальной поляны к пионерлагерю «Чайка», топать придётся 250–300 метров, но если неправильно собрать рюкзаки, то и на этом пути можно отбить спину. Так что научить подружку делать всё правильно так и так придётся.

22

Рюкзаков у нас два. Один небольшой, «трёхдневный», а второй «недельный». Оба из прочной синтетики, но неброских расцветок, которые вполне подойдут под продукцию этого времени. Спальники такого же плана, «самодельные, позаимствованные на время у знакомых туристов». А вот с палаткой решил «не палиться», съездил в город и честно взял в пункте проката. «Классическую» брезентовую, четырёхместную. Тяжёлая, зараза! Всё сказано словом «брезентовая». К ней — два «раскладных» полипропиленовых коврика-«пенки», обшитых синтетической тканью (чтобы не было видно «артефактной» теплоизоляции). Плюс две «сидушки» из того же материала, тоже обшитые прочной синтетикой. Армейские котелки — аутентичные, как и фляжки под воду, армейского образца. Дрова на костёр буду заготавливать поварским тесаком для рубки мяса. Нам и его хватит. Пятилитровый алюминиевый бидон с крышкой (где же вы, лёгонькие пластиковые «полторашки» и баллоны? Сколько лет вас ещё ждать?) под питьевую воду пообещал Азат Зякиевич. Щель между его крышкой и корпусом для герметичности замажу оконной замазкой и туго притяну к «ушкам» рукоятки шпагатом.

— Спальный мешок должен лежать вдоль стенки рюкзака, прилегающей к спине, ровно, без складок, по всей высоте рюкзака. Если длина сложенного спальника получается больше, чем глубина рюкзака, снизу можно подогнуть на дно. Второй слой, обращённый к спине, коврик. «Подпопник» сразу надевается на поясницу: и греть будет, и если надо сесть, то его нужно будет только сдвинуть вниз. На дно рюкзака укладываются самые тяжёлые вещи. Например, крупы, соль, сахар, консервы. Но так, чтобы консервные банки не давили на спину. Потом запасная обувь, а на самый верх — одежда. Если есть угроза дождя, то спальник, одежда и особенно обувь должны быть в полиэтиленовом мешке, чтобы не промокли. Ложки, вилки, ножи должны быть уложены так, чтобы не испортили другие вещи. Ну, что? Пробуй надеть на себя. Нигде не давит?

Маленький рюкзак получился весом килограммов десять. Даже для щупленькой четырнадцатилетней девчушки — невеликая тяжесть, поскольку не руки оттягивает, а через широкие лямки распределяет вес на плечи. Мой из-за палатки тянет кило на семнадцать. Плюс будет бидон в руке. Нормально! Это я уже оценил вечером, когда мы окончательно закончили упаковку вещей. Чтобы с утра не возиться, а просто погрузить рюкзаки в багажник.

Пока ехали от путепровода через Транссиб до поворота на Ильменское озеро по старой брусчатке, Азат даже чуть забеспокоился.

— А чего это никто на ваш фестиваль не идёт?

— Так рано ведь, большинство народа работает, основная масса ближе к вечеру потянется. Сейчас только иногородние, выехавшие заранее, добираются.

Но потом увидел первых «чудиков» с рюкзаками, топающих, кто от автобусной остановки возле СТО, кто от вокзала по дамбе, подпирающей озеро, и успокоился.

Машин у народа ещё мало, никакого столпотворения «автотуристов» на дороге к Ильменской турбазе не наблюдается. А потому ГАИ движение не перекрывает, так что до нужной дорожки, ведущей в лес, добрались без проблем. Вещи выгрузили, и отчим Муртазаевой под предлогом того, чтобы я помог ему достать бидон с водой, отзывает меня на противоположную от падчерицы сторону машины. Но дело не в бидоне.

— Смотри мне! — негромко проворчал он и строго погрозил мне пальцем.

— Да не трону я её, Азат Зякиевич, — также в полголоса бормочу я. — Я же понимаю, что она ещё совсем ребёнок, рано ей.

— Хм.. А ты сообразительный. Это хорошо, что понимаешь. В отличие от многих других пацанов, — потеплел голос, и он жмёт мне руку на прощание.

В моём-то «умственном» возрасте, да не понимать, что имеет в виду взрослый мужик, очень любящий приёмную дочку. Насколько помню, общих детей с Манифой у них так и не было, вот он и души не чает в приёмном ребёнке. А она, зараза такая, всё сильнее и беззастенчивей пользуется положением любимицы.

— О чём это вы там шушукались? — подозрительно смотрит на меня Райка.

— Да опять напоминал, в какое время и куда за нами подъедет, — не краснея, вру я.

«Наше» место пока свободно: не зря же я постарался добраться до фестивального лагеря пораньше. Пришли бы позже, могли бы и «облизнуться». И пришлось бы искать что-то менее удобное. А так — озеро в пяти метрах, площадка совершенно ровная, спуск к воде почти без выбитой волнами ступеньки, кустики, в которые нам придётся сбегать не раз, совсем рядом. Даже хворост для костра поблизости имеется. Хоть организаторы и завезли целую машину (а то и больше) дров, чтобы участники фестиваля не рубили лес, но хворостом разжигать костерок удобнее. И старое костровище есть. Так что первым делом, едва сбросили рюкзаки, я понёсся собирать хворост: кто раньше встал, того и тапки.