Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 91 из 93

Фрагмент 31

61

Как бы ни хорохорился, а окончательный (на что я за выходные настроил себя) разрыв с Аней пришлось «выбивать клином». Просто стал больше внимания уделять Катюхе. Не доставать ухаживаниями, как это делал Попцов, а просто больше с ней общаться. Если девушка сказала «нет», это вовсе не значит, что она вечно будет настаивать на этом решении. А мне от неё даже не столько «да» нужно, сколько возможность по-человечески пообщаться.

Общаемся ли со Смегельской в техникуме? Киваю, здороваясь на переменах и улыбаясь при этом. Но не подхожу. Как и она: я же, по сути, выставил её из квартиры, а кому такое понравится?

Ещё одна девушка, которой я уделяю внимание — единственная в группе некомсомолка Нина Кашигина. Но в её случае речи ни о каких «шурах-мурах» не идёт. И вовсе не потому, что она не совсем в моём вкусе. Я просто хорошо помню, как на рубеже тысячелетий Тимченко жаловался, что его из-за Нины жёстко прессовали «особисты», требуя её отчислить: нежелание вступать в комсомол ими рассматривалось как «недостаточная благонадёжность». Вот я, поговорив с девушкой, и предложил ей помочь мне в работе над моими новыми электронными задумками. У Владимира Григорьевича хоть появится ещё один аргумент в отстаивании её права закончить обучение, кроме хорошей успеваемости: активно занимается экспериментальными разработками.

— Да я же ничего в этом не соображаю.

— Вот и будет двойная польза: ты очень аккуратная и пунктуальная, поэтому я буду спокоен за правильность записи результатов испытаний. А во-вторых, немного разбираться начнёшь с тем, чем придётся заниматься после выхода на предприятие.

«Издеваемся» мы над КМОП логическими микросхемами. Микросхемами, изготовленными на полевых транзисторах. Эта технология позволяет обеспечить высокое входное сопротивление микросхем, прекрасное быстродействие и, что для наших экспериментов особенно важно, большую крутизну переключения сигнала. Мы ведь пытаемся использовать их не как логические элементы, имеющие ровно два стабильных состояния — включено и выключено — а загоняем их в «промежуточный» режим, когда сигнал (в нашем случае — звуковой) «болтается» между этими крайними состояниями.

Добиться этого не так уж и сложно. Достаточно завести глубокую отрицательную обратную связь с выхода на запараллеленные входы. И чем круче эта самая переходная характеристика, тем большего коэффициента усиления можно добиться, тем меньше будут вносимые искажения. На самом деле, всё, конечно, намного сложнее, но «на пальцах» можно и так объяснить.

Результаты испытаний очень многообещающие. Мы, с Кашигиной, по сути, занимаемся перебором микросхем, выискивая наиболее подходящих для использования в звукотехнике. Тимченко, «подсадивший» кучу инженеров с КБ на мои ШИМ-усилители, за консультации берёт с них «оплату» радиодеталями для нужд лаборатории, в которую понемногу превращается кабинет Теории автоматического регулирования.

Среди одногруппников несколько парней тоже что-то паяют «для себя». И Владимир Григорьевич тоже разрешает им (под моим присмотром, поскольку я уже доказал ему свою квалификацию) пользоваться для настройки самоделок оборудованием «лаборатории». Ну, откуда у подавляющего большинства восемнадцатилетних ребят в домашнем хозяйстве найдутся осциллографы, генераторы, частотомеры и тому подобное?

С ШИМ-радиопередачей пришлось немного «сбавить обороты». Аппаратуру надо испытывать. В том числе — и на дальность приёма. Но связи у «коллективки», не единожды побеждавшей во всесоюзных соревнованиях, широкие, и схемки приёмников разосланы по разным уголкам Советского Союза. «Конференцию в эфире», на которой будет проверены дальность и качество передачи звука с использованием нового принципа модуляции, решено провести в середине июля, когда большинство изъявивших желание принять участие в испытаниях будет к этому готово.

Мдя.. Некий М. Карасёв постепенно становится одним из наиболее активных авторов статей для журнала «Радио».. В ближайшем номере он будет значиться уже в соавторстве с И. Бощенко. А к осени, скорее всего, с Н. Кашигиной и В. Тимченко. Добротный такой материал будет, с таблицей статистических данных и аналитическими выкладками-рекомендациями по применению конкретных серий.

К сожалению, в мае наша учебная группа № 207 немного уменьшилась. Пока у нас не преподаются «спецпредметы», и часть парней «забрили» в армию. Не знаю, по какому признаку проводился отсев тех, кого «труба зовёт», а кому предоставлена возможность доучиться без перерыва на армейскую службу. Мне, в общем-то, этот призыв ничем не угрожал. Как по возрасту, так и по последствиям ранения, из-за которого я признан негодным к строевой службе. К тому времени, когда ребята вернутся, мы уже будем защищать дипломы или даже защитим их.

Вернутся не все. Я хорошо помню, как зимой 1982 года нас потрясла гибель Валеры Попова. При буксировке танка тяжеленное кольцо на конце троса сорвалось с крюка и прилетело ему точно в висок. И ведь даже не предупредишь парня, «где подстелить соломку», поскольку буксировать боевые машины танкистам приходится довольно часто. Вроде бы и стоял в стороне, да вот не хватило буквально десятка сантиметров, чтобы всё обошлось.

Дома папа предложил просто изящное решение, как укрыть мои артефакты от лишних взглядов. Мы с ним сколотили этакий глухой ящик-чехол, которым накрыли мои артефакты. А сверху его засыпали.. углём, который купили, чтобы зимой топить печку. Контейнер теперь не закрывается на замок, но никому и в голову не придёт разгребать пару тонн угля, чтобы попытаться что-нибудь найти под ним. Какой дурак будет хранить бесценные приборы, не имеющие в это время аналогов, в незакрывающейся железной будке?

Но главной темой мая для меня стала подготовка к выступлению на Ильменском фестивале. Почти каждый день (кроме субботы, когда я уезжаю к родителям), не менее часа трачу на репетиции. И не только конкурсной песни, но и других, которые я буду петь у фестивальных костров.

«Ильменка» в этом году проводится в последние майские выходные, с 29 по 31. Поэтому пришлось «идти на поклон» к «классному папе».

— Владимир Григорьевич, я в субботу буду прогульщиком.

— Что случилось, Мишка?

После того, как я заделался «главным экспериментатором», наедине он, чаще всего, обращается ко мне неформально, демонстрируя особое отношение к моей персоне. Вот и я решил предупредить его о том, что собираюсь нарушить дисциплину.