Страница 7 из 18
Они оба меня предали. Муж и дочь. Решили вдвоём, что я – ненужный хлам. Что мой мир, моя душа, моё искусство – «траур по нотам». Вынесли мне приговор и даже не выслушали мою сторону.
Я медленно поднимаюсь с пола. Подхожу к большому зеркалу в прихожей. Смотрю на своё отражение. На невысокую, худенькую женщину в помятом платье. Растрёпанные тёмные волосы. Лицо, осунувшееся за эти двое суток, с огромными карими глазами, в которых – пустота.
– Кто ты? – спрашиваю у своего отражения. – Кто ты теперь?
Оно молчит, не знает ответа.
Я поворачиваюсь и иду обратно в гостиную. Останавливаюсь перед роялем. Тот самый диссонанс, который я извлекла вчера, всё ещё висит в воздухе. Уродливый, нестройный аккорд, положивший конец гармонии.
И вдруг, сквозь онемение, сквозь боль, сквозь отчаяние, во мне что-то шевельнулось. Что-то маленькое, едва живое. Искра.
Я снова смотрю на свои руки. Руки, которые он предал. Руки, которые дочь назвала ненужными.
– Нет, – говорю я тихо, но уже с каплей решимости. – Нет. Вы не хлам. Вы – всё, что у меня осталось!
Я делаю шаг к роялю. Рука тянется к крышке… И падает плетью вдоль тела.