Страница 209 из 248
85. Итоги подводит Деметра
Все мы моргаем, у всех впечатление, что мы пережили кошмар, когда Деметра зажигает свет. Мне не хочется шевелиться, я чувствую опустошенность, почти что ломку. Это ощущение знакомо мне по покеру: тревога, удушающий страх, когда другие игроки сбрасывают карты.
«Хороший игрок – тот, кто умеет выигрывать с плохими картами», – говаривал Игорь, мой клиент во времена, когда я был ангелом.
Сейчас у меня на руках 240 карт, и практически всех я знаю по именам. Гермес был прав: в конце концов ты привязываешься к своим людям. Эдмонд, похоже, в том же состоянии, что и я.
Больше всего меня тревожит то, что история продолжится для них без моего участия. Притом что они остались голые и босые. У них больше нет ни своего городка, ни территории, ничего, кроме груды деревяшек, болтающейся на морских волнах по злой воле ветра. Что с ними будет, пока не продолжится игра? Время играет против них. Но Деметра не идет на уступки. Пока что нам приходится бросить наших людей на произвол судьбы. Наша игра Y возобновится завтра. Только завтра.
Сколько дней, недель, месяцев пройдет там, у них, пока я буду спокойно спать у себя на вилле?
От нервов я грызу ногти. Среди нас вспыхивают ссоры. Боги-ученики сводят счеты за войны, смертоубийства, измены… Я охотно поквитался бы с Прудоном, который, истребив людей-черепах Беатрис, принудил меня отправить мой народ в неведомое на утлом челне, но поскольку Эдмонд Уэллс хранит невозмутимость, я воздерживаюсь от скандала. Что толку сетовать? Я заранее знаю ответ анархиста: «Жизнь – джунгли, пусть победит сильнейший». Или: «Горе побежденным!» Фразочки, оправдывающие худшие зверства. С другой стороны, нам твердят, что все это только игра.
Разве шахматисты оплакивают съеденные в ходе партии фигуры? Но я хотел бы, чтобы меня отправили туда, к ним, хотел бы помогать им напрямую, собственными руками, напрягая свои мышцы, натягивать вместе с ними паруса, вселять в них уверенность.
А что у соседних народов?
На юге, на другом континенте, Фредди тоже создал деревню на морском берегу. Тотем его племени – кит, оно строит весельные лодки, хотя и не дотягивающие размером до моего ковчега последней надежды.
Рауль держит своих людей-орлов в горах, откуда они время от времени нападают на кочующие мимо племена. Рауль и Прудон довольно близки друг к другу воинственностью, только первый ограничивается короткими набегами, а второй наползает, как дорожный каток, уничтожая все на своем пути. Оба отвергают любые союзы, хапают все, до чего могут дотянуться, и оставляют после себя дымящиеся развалины.
Рауль сколотил чрезвычайно подвижную армию, полагающуюся скорее на хитрость, чем на силу. Все решают донесения разведки, удар он наносит только тогда, когда уверен в победе. Он заимствует у других знания и приемы, все, что обогащает познания его подопечных.
Народы Руссо и Вольтера, естественно, воюют друг с другом, притом что два поселения со столь разными господствующими концепциями поразительно друг на друга похожи.
Сначала богиня Жатвы называет проигравших. В общей сложности отсеяно тринадцать племен. Девять подверглись вторжению, обращены в рабство и стерты с карты народами-агрессорами, два погибли от неизвестных эпидемий, еще два от гражданских войн. Всех тринадцать богов-учеников уволакивают кентавры, и наш промежуточный итог уменьшается до 93 (106 – 13).
Теперь Деметра объявляет победителей.
Золотой лавровый венок присужден Мэрилин Монро и ее женщинам-осам.
– Браво, Мэрилин, ваши женщины – пример для подражания. Ваши феминистки не перестают совершенствовать свою технику, а вы не забыли их как следует вооружить. Параллельно они интересуются искусством и ценят музыку. У них появились арфа и ксилофон. Они заслуживают первого места на пьедестале почета.
Мы аплодируем. Меня радует и одновременно удивляет, что такая чувственная молодая блондинка сумела создать цивилизацию воительниц, умелых в бою и сладострастных на отдыхе. Но при этом мне вспоминается фраза актрисы: «Мы, красивые женщины, должны выглядеть дурочками, чтобы не тревожить мужчин». Сейчас она доказала свою одаренность.
Серебряный лавровый венок: Прудон и его люди-крысы. Он изобрел собственную логичную систему каст и обеспечил племени овладение сложными технологиями, такими как металлургия.
– Он украл ее у людей-кротов! – возмущается Сара Бернар, но Деметра пропускает ее реплику мимо ушей.
– Люди-крысы Прудона научились ездить верхом и разработали успешные военные стратегии. К тому же их население постоянно растет.
– Он нарастил свое население за счет рабов из числа покоренных народов! – не унимается Сара Бернар.
Аплодисменты пожиже, чем в честь Мэрилин. Раздается даже свист – это негодуют боги-ученики, чьи народы что-то не поделили с народом лауреата.
Бронзовый лавровый венок присуждается Мари Кюри и ее людям-игуанам.
В зале удивленный ропот. Что за люди-игуаны? Нам они не попадались. Мы склоняемся над сферой со своими линзами и разглядываем другой северный континент, расположенный на немалом удалении от того, где играют почти все остальные. Вот этот народ, создавший огромные поселения посреди пустыни.
Богиню игуан награждают овацией.
Деметра переходит к комментариям. Саре Бернар следует проявить осторожность. Ее люди-лошади уже на последнем издыхании, как бы им не «вылететь» в следующей партии.
– И я знаю, по чьей вине! – ворчит бывшая актриса.
Народ собак влачит жалкое существование. Ученице Франсуазе Маркузо надо срочно придать ему новую динамику, если она не хочет, чтобы он вымер. То же самое касается людей-тигров Жоржа Мельеса и людей-термитов Гюстава Эйфеля, которые, по словам нашей преподавательницы, топчутся на месте, не нащупывая собственного стиля. Да, они построили города с красивой архитектурой, но теперь бездельничают и носа оттуда не кажут.
– Смелее! – подбадривает всех Деметра. – Мало просто справляться, нужно еще отваживаться! Почему у Прудона такие высокие оценки? Потому что он не пасовал перед риском.
– Ага, не пасовал перед тем, чтобы все порушить, – гнет свое Сара Бернар.