Страница 177 из 248
Племя недосчиталось девятерых доминантных мужчин и двух детей, львицы наелись надолго.
Девочка вспоминала прошедшие дни, полные ужаса, пыталась представить предстоящие дни, но безуспешно, так как была уверена, что долго не проживет. До сих пор она спасалась по чистой случайности, ценой утраты близких.
Как перестать бояться?
«Последовать примеру черепахи. Защититься панцирем, как она», – подсказал внутренний голос.
Панцирь
…
Племя выступает, его ведет новый доминантный мужчина, взявший на себя командование. Доверяя интуиции, он решил следовать за солнцем и двигаться на запад. Ведь каждое утро солнце вставало вместе с ними, поднималось и потом укладывалось спать там, на западе. Так почему бы не поступать, как оно?
Охотники вернулись с издохшим от старости грызуном и с горстью ягод. Выжившим нечем было набить желудки.
Небо опять нахмурилось, разразилась гроза, молния преградила племени путь на запад и принудила повернуть на северо-восток. Хлынул ливень. Предстоящая ночь сулила новые испытания, но внезапно молния подожгла куст, и огонь осветил трещину в скале, вход в пещеру.
Девочка вдруг вспомнила свой сон. Защитный панцирь. Забиться в грот, как внутрь панциря.
Она пристала к новому вождю племени и стала его уговаривать, когда рычание вдалеке довершило то, в чем не мог преуспеть ребенок. Люди, толкаясь в панике, бросились в пещеру. Сначала они испытали облегчение: там было сухо, опасность нападения львов и потопа миновала. Но в глубине пещеры выросла внушительная тень. Племя укрылось в медвежьей берлоге. Вот почему сюда не сунулись львы.
Один из братьев девочки, отличный бегун, решил попытать счастья. Он раздразнил огромного хозяина пещеры, а потом пустился наутек, преследуемый медведем, оказавшимся неожиданно прытким. Он быстро поймал смельчака и сожрал его. Но жертва была ненапрасной. Люди воспользовались передышкой, чтобы завалить вход в пещеру камнями и ветками и защититься от хищников, как это делают черепахи. Сколько медведь ни ревел перед входом в свою бывшую берлогу, захватчики отвечали ему градом камней, давая понять, что теперь пещера – их дом. В конце концов медведь сдался и отправился на поиски новой берлоги, откуда можно будет без усилий выгнать хозяина слабее его.
Люди победили. Девочка дрожала от радостного возбуждения. Больше они не были обречены на поражение.
В жаркой пещере они чувствовали себя в безопасности. Больше не нужно было блуждать по равнине, нашлось место, где можно было задержаться. Не бояться больше дождя и ветра. Заготовить еду, не опасаясь, что ее растащат мелкие зверюшки и птицы.
Поведение людей стало меняться. Не зная этого, они перешли к оседлости, что перевернуло их жизнь. Теперь, уходя охотиться, мужчины не боялись, что в их отсутствие женщины и дети подвергнутся нападению. Отпала необходимость торопиться обратно, поэтому они стали приносить больше мяса и придумывать новые охотничьи приемы.
В пещере женщины начали разговаривать между собой. Язык усложнялся. На смену простой информации приходили описания, обмен эмоциями, нюансами, личными мнениями. Они начали обсуждать дела своих мужчин, лучшие способы хранения и приготовления пищи. В тепле пещеры они стали учить своих детей. Одной женщине пришла мысль использовать очищенную от мяса шкуру для защиты тела, так она изобрела одежду, защищающую не только от холода, но и от змеиных укусов, от ожогов растений. Другим понравилось срезать со шкур шерсть и перевязывать ее кишками, чтобы кутаться. Так они, не ведая того, изобрели стыд, а значит, эротизм. Скрытое от глаз будит воображение.
Однажды черноглазая девочка поймала себя на том, что смотрит на горизонт уже без прежней тревоги. Последовав примеру черепахи, она научилась спокойному существованию и беседам о других вещах, помимо простого выживания.
Через несколько недель после переселения племени в пещеру молния повалила у ее входа большое дерево. Вместо того, чтобы вспыхнуть и быстро потухнуть, дерево постепенно превратилось в алые уголья и раскаленные головешки. Женщины и дети сначала боялись этой невидали, а потом осмелились подойти. Одному ребенку захотелось потрогать желтый свет, похожий на солнышко, что кончилось воплем. Огонек оказался кусачим.
Все отпрянули, но чернявая девочка схватила по наитию горящую ветку и бесстрашно ею взмахнула. Ее примеру последовал один взрослый, потом другой. Ветки горели, оставляя людей невредимыми. Надо было только не трогать их с покрасневшей стороны, тогда они давали тепло и свет, ничем не грозя.
Один мужчина заметил, что огонь норовит распространяться. Если поднести обычную ветку к горящей, то и она вспыхивает и в конце концов превращается в кучку черного порошка.
Разрываясь между страхом и восхищением, люди племени стали экспериментировать. Снизу кусочек древесины загорался быстрее, но гас от любого порыва ветра. Хорошо загоралась сухая листва, зеленые листья обугливались, окутанные черным дымом. Песок тушил огонь.
Девочка наколола на веточку кусочек мяса и положила в огонь. Все личинки упали, мясо почернело. Она дождалась, пока мясо остынет, попробовала – и одобрила результат. С тех пор племя стало питаться горячей жареной пищей.
При помощи огня люди могли теперь отгонять диких животных и, никем больше не тревожимые, мирно совокупляться, отчего стало рождаться больше детей.
В конце концов пещера стала тесной для выросшего племени. Оно ушло из нее, стало искать новую, более вместительную, севернее, нашло и выгнало из нее медведей, напустив внутрь дыму своими факелами.
Люди развели большой костер, осветивший их новое жилище. В глубине пещеры журчала вода, теперь можно было пить, не покидая своего убежища. Но костер слишком коптил, все кашляли, терли глаза и понемногу понимали, что костер лучше разводить у самого входа, иначе немудрено задохнуться.
Черноглазая девочка на забывала, что позволило племени побороть страх. Взяв уголек, она поднесла его к стене пещеры – и изобрела рисование. К ней подошли другие, посмотрели, узнали разных животных и решили, что впредь их символом будет черепаха. Так они стали племенем людей-черепах.
Крысиное племя
В горах дул ветер. Сгущались черные тучи. Вдруг сверкнула молния.
Вспышки освещали испуганные лица сгрудившихся внизу ста сорока четырех людей.