Страница 100 из 248
– Это вам не база отдыха! Вы собрались, чтобы позабавиться? Нет, цель – атаковать, захватить, уничтожить противника! В космосе правит закон джунглей. Сильный попирает слабого. Острое впивается в плоское. Галактики и те друг друга жрут.
Он плашмя ударяет своей обоюдоострой саблей по столу.
– Довольно игр, теперь создавайте жизнь с новой целью: «съесть, чтобы не быть съеденным», или, если хотите, «убей, чтобы не убили тебя».
Он записывает эту последнюю фразу на доске и закатывает глаза.
– Так-то, малыши. Жить легко, когда прячешься в своем тихом уголке океана. Строй, что хочешь, и горя не знай. Но когда приходится драться, тогда становится видно, кто чем занимался и кто предвосхитил проблемы.
Он опять кружит между рядами.
– Выжить – вот цель. Средства ищите сами. Санкции нехитрые. Вас теперь 137. Накипь будет сниматься и дальше. Вы пойдете друг против друга, проигравшие будут устранены. Придется вам поломать голову, это пойдет на пользу вашим мозгам.
Он останавливается перед шаром.
– Короче, битва не на жизнь, а на смерть!
Он идет к нам, наблюдать за нашими стараниями.
– Красота, последние минуты мира! – насмешливо провозглашает он.
Мы утраиваем усилия. Наши прототипы эволюционируют, зреют, крепнут, усложняются.
У Мэрилин Монро получается медуза с длинными щупальцами, очередями выпускающая крохотные отравленные гарпуны. Мурена Жоржа Мельеса отличается зоркостью, она прячется в расселинах между камнями и наблюдает за проплывающей мимо живностью. Если противник слишком трудный, то она глубже забивается в свою дыру, а если появляется потенциальная жертва, то она стремительно ее атакует.
Рауль трудится над челюстью на шарнирах, с целой системой служебных мускулов.
Мы старательно вспоминаем животный мир «Земли‐1».
Некоторые снабжают свои творения парусами для большей скорости, другие додумываются для клешней и крюков. Наши рыбы становятся похожи на боевые самолеты. Сначала мы немножко копируем друг друга, но понемногу каждый находит собственный путь.
Рауль сотворил ромбовидного ската с мягкими крыльями, с длинным и гибким, как хлыст, хвостом и с жалом на конце.
Эдмонд Уэллс получил косяк рыбешек, похожих на сардин. Особенность косяка – наличие разведчиц, сообщающих остальным о добыче впереди и о хищнике сзади. Если последний все-таки подкрадывается, то, пока он пожирает несколько экземпляров, у остальных есть время улизнуть. Все сообщество действует как единый совершенный организм. Мой наставник возродил принцип «сила в единстве».
Мата Хари совершенствует свою концепцию камуфляжа. Ее творение, похожее на кальмара, прижимается ко дну и плюется чернилами, отвлекая обнаружившего его противника.
Наше зверье, едва народившись, ищет друг друга, преследует, дерется, сильный жрет слабого. Вокруг продолжают развитие и размножение созданные на прошлом занятии растения – источник горючего для наших травоядных рыб первого поколения. Те, в свою очередь, служат пищей для новых плотоядных рыб, для которых животные протеины служат источником калорий, обеспечивающих стремительность нападения или бегства.
За этим вторым поколением хищников следует третье, суперхищники.
Животные уже налаживают системы связи. Кальмары изобрели язык фотолиза, то есть изменения окраски, порой мгновенного, для предупреждения или просьбы о помощи.
Быстро нарождается четвертое поколение, еще более свирепое. Вспыхивает великая подводная битва. Об этом говорят огромные пятна на поверхности океана «Земли‐18» – скопления мертвой рыбы, быстро пожираемой соплеменниками-трупоедами. Моя соседка слева, некая Беатрис Шаффану, памятуя советы Ареса, создает особый щит. У нее получилась рыба с панцирем, похожая на черепаху, с мягким телом, зажатым между двумя костяными пластинами.
Жозеф Прудон специализируется на рыбах-охотницах, быстрых и сильных. Его беспрерывно совершенствующийся прототип – что-то вроде акулы с челюстью-дробилкой, тремя рядами острых, как бритва, треугольных зубов, носом, фиксирующим малейшее движение, и скоростью торпеды. К этой твари опасается приближаться любая живность, она быстро становится ужасом всего подводного мира.
Я решаю вдохновиться ею, только мое творение не настолько агрессивно. Моя рыбина тоже длинная и жирная, с короткими закругленными плавниками, которых не ухватить зубам хищника, очень гладкой кожей и длинным клювом, бьющим акул Прудона прямиком в печень. В конечном счете моя рыба получилась с виду дельфином. Знакомый архетип, никуда не денешься.
Прудон дал творческий импульс и Бруно Баллару, моему соседу справа, автору барракуды со страшной пастью. Ученик сзади сотворил толстого угря, обороняющегося электрическими разрядами.
Рыба-клоун Фредди Мейера живет в симбиозе с ядовитыми морскими анемонами, защищающими ее от посягательств. Раввин первым дошел до ассоциации не только двух видов, но и двух совершенно разных жизненных форм. Другой ученик, следуя тому же принципу, помещает свою рыбу-лоцмана акуле Прудона под бок, чтобы вести ее к добыче; заодно большой охраняет малыша. Угодничать перед сильными мира сего – проверенный историей способ выживания.
В первобытном океане формируются силуэты живых существ. Недостаточно сильный корпус укрепляется хрящами. Прочнее становится кожный покров, не теряя эластичности.
Арес требует нашего внимания и выводит на доске: «Вся суть в стратегии».
– Некоторые уже начали понимать, как закалять свои изделия. Но у физической силы и свирепости есть пределы. Есть и другие способы одерживать победу. Такова будет цель нового поколения ваших прототипов.
Мы ищем другие способы, помимо силы, и находим.
Стратегии воспроизводства порой восполняют недостаток боевитости. Экземпляр, не слишком преуспевающий в самообороне, выживает за счет несения феноменального количества яиц или благодаря тому, что самка в случае опасности забирает свою молодь в рот, а потом выплевывает. Само размножение порой оказывается атакующим маневром: некоторые хорошо вооруженные крупные рыбы бывают безоружными перед роями мальков, оставляющих их без еды или паразитирующих на их телах.