Страница 58 из 212
и сопровождали нас в наших миссиях, но сейчас… все изменилось. – По его лицу пробежала тень, и карие глаза стали чуть темнее. – Дот, помимо еще одного его сородича, который уже много лет не покидал Библиотеку, последний в своем роде.
– Что к этому привело?
С его губ сорвался тяжелый вздох, а потом он искоса взглянул на меня.
– Причин много. В основном они связаны с
Нова
. Те уже полвечности систематично борются с нами и… Это долгая история, которая берет начало в первой половине двадцатого века, Реми. Могу рассказать тебе, если захочешь. Возможно, когда у нас будет немного больше времени.
Мне бы хотелось сразу продолжить задавать вопросы, потому что он казался таким уставшим, и в то же время от него исходила многовековая ярость. Но теперь, когда я узнала немного о его жизни, мне стало понятно, что главным приоритетом для него сейчас было нечто иное. В груди все сжалось.
– Что имел в виду твой отец, когда сказал, что я могу снова открыть эту…
Мондию
? – Вопрос был полон оправданных сомнений, наверное, потому что мне не хотелось снова переводить внимание на себя.
– Библиотеке нужен кто-то из
Рипари
, чтобы заботиться о ее сердце. Мы предполагаем, что она закрылась, потому что вместе с Кассандрой умер последний из них, таким образом ознаменовав начало конца.
– Звучит драматично.
– К сожалению, так и есть. – Он с серьезным видом посмотрел на меня и немного выпрямился. – В
Мондии
, как уже говорилось, есть первое издание каждой напечатанной книги. Они попадают на свое место благодаря сложному механизму – огромным часам в центре библиотеки. Книги, которые из-за особых обстоятельств не были найдены этим механизмом, вручную приносятся в Библиотеку
Писателями миров
. – Бросив быстрый взгляд, он проверил, все ли я понимаю. Когда я кивнула, он продолжил: – Только когда все книги стоят на полках в правильных местах, мир находится в равновесии, Реми. Если забрать одну книгу… скажем, из финансового отдела, вероятно, Индекс фондовой немецкой биржи упадет, а экономика рухнет. Не хватает особого экземпляра из французской литературы – нынешний язык назавтра может исчезнуть из сознания человечества. Мой клан знает, за какой книгой последуют какие последствия, поэтому важно, чтобы все оставалось на своих местах.
Рипари
заботятся о бесперебойной работе сердца и поддерживают
Писателей миров
с помощью маленьких приборов –
локаторов
в нахождении первых изданий, и
дупликаторов,
изготавливающих точные копии книг, чтобы их пропажа не бросалась в глаза наверху.
Я молча пару раз моргнула, пока снова не обрела дар речи.
– Хочешь сказать, что мир идет своим чередом только потому, что эта Библиотека полна? А катастрофы и кризисы связаны с недостающими книгами?
Зим кивнул с таким же серьезным выражением на лице.
– Книг по большей части не хватает из-за
Нова
. Как было сказано, они наши противники, которые, к сожалению, получают все больше власти и влияния. Они крадут первые издания прежде, чем мы успеваем до них добраться, и таким образом ставят под угрозу всю стабильность планеты. С тех пор как они более сотни лет назад вступили в игру, их целью стало найти
Мондию
и использовать ее силу в своих целях. И пока они не нашли путь в Библиотеку, они довольствуются кражей книг. Чтобы мучить нас и уничтожать.
От холода в его словах по спине пробежали мурашки.
– Зачем они это делают?
– Мы не знаем. Очевидно, что они следуют плану, но пока мы не поняли, какому. А теперь, когда
Мондия
закрылась, ее спасение стоит на первом месте.
Нова
придется подождать.
В моей голове беспорядочно крутилась вся эта информация, вызывая постоянное тяжелое давление в висках.
Мондия
и
Нова, Прыгающие по слогам, Писатели миров, Рипари
… и теперь я.
Я подавила желание помассировать гудящие виски.
– Поскольку вы не смогли вернуть недостающие книги, мир вышел из равновесия.
Казимир бросил на меня долгий взгляд.
– Не могу даже представить, как все это должно звучать для тебя, но я изо всех сил постараюсь ответить на твои вопросы. Даже… даже если я мало знаю о твоей семье.
Я сразу же поняла, что Зим говорит не о Эстер и моих приемных родителях, а о Жанне. О других
Рипари
. Как странно это звучало для меня, как непривычно. Как огромная темная дыра, и света не хватало для того, чтобы осветить каждый ее уголок.
– Я никогда не знал Жанну, тогда мне было всего два года, а она покинула дело
Мондии
, когда стало ясно, что ее поколение дар пропустило и у нее не было способностей. Я так же мало знаю о твоем отце, только то, что он не из наших рядов. Кассандра – единственная, кого я хорошо знал, но…
– Зим? – прервала его я, пристально глядя на черную точку на носу Дота.
– Да?
– Мы можем поговорить об этом в другой раз?
Не глядя на него, я могла
увидеть
возражение в его лице, услышать его сомнения еще до того, как он согласился.
– Хорошо. На это… надеюсь, останется время.
Я убрала руку с шерсти Дота и выдохнула.
– Как мне открыть
Мондию
?
Его губы превратились в узкую бесцветную линию на лице.
– Придется подождать. Библиотека сама решает, когда открыть двери и открывать ли вообще. Другого варианта нет. Единственный – ждать, хотя времени у нас сейчас как раз и нет.
Я молча вытянула ноги, в которых ощущалось неприятное покалывание, и тяжело встала с пола. Колени были словно ватные, и на мгновение туннель из песчаника закружился вокруг меня, пока все не встало на свои места. Слишком большая дверь, Дот, Казимир, который глядел на меня нахмурившись.
– Что ты собираешься делать?
– Я возвращаюсь домой, – ответила я и отряхнула пыль с одежды.
– Нет, ты…
– Ты сам это сказал, Зим, нам нужно ждать, и в отличие от тебя я живу, как и раньше,
наверху
. Моя семья ждет меня, скорее всего, в ужасе, потому что мир перевернулся вверх дном. Я не могу целыми днями прятаться здесь.
Морщинки на его лбу стали глубже.
– Реми, думаю, ты не понимаешь…