Страница 164 из 212
Вена, Австрия
Никогда двенадцать часов не казались мне такими долгими. Словно почти каждая секунда стала минутой и каждая минута растянулась на час, пока я сидел в этом чертовом поезде и боролся сам с собой. Нельзя было оставлять ее одну. Нельзя было позволить Реми оказаться на линии огня. Я был обязан быть там.
Им нужно было забрать
меня
. Это мое место, моя битва, не я и… Черт, я не знал, что буду делать, если с ней что-то произойдет. Если с ней уже что-то произошло. Я не знал, действительно ли
Нова
заберут Реми с собой в Вену, не мог сказать, не убили ли они ее уже и оставили где-то в Майнце.
Все, что у меня было – это слова Зеллы, короткие сценки и этот проклятый страх, вонзивший когти в мою плоть.
Реми просто должна жить.
Поездка на поезде превратилась в ад. Я постоянно ощущал на себе взгляды, возможно потому, что выглядел так, словно столкнулся с бульдозером и проиграл ему. Возможно, дело в моем смертоносном взгляде, который я бросал на всех и вся. В моем сапоге торчал нож Зеллы, и часть меня, мазохистская часть, давно сошедшая с ума и пожираемая ненавистью и гневом, почти что желала, чтобы наша встреча привела к драке.
В Вене я вышел из поезда вместе с другими гостями и не стал ждать ни общественного транспорта, ни такси. Отсюда до Хофбурга, где находился Народный сад, примерно сорок минут пешком, чуть меньше, если идти быстро, и я хотел добраться до места встречи на своих условиях. Пусть я и хотел драться, но не спешил умирать, а если пойду пешком, будет возможность рассмотреть окружение храма, а не идти напрямую в ловушку.
В четыре утра столица Австрии была необычайно тиха. Солнце еще не встало, улицы были пусты и полны теней, которые предлагали достаточно укрытий, чтобы не попадаться на пути прохожим. Я специально держался в самых темных уголках, чтобы не стоять в свете фонарей, и постоянно проверял окружающую обстановку. Нож Зеллы почти успокаивающе давил на лодыжку, но боль в верхней части тела говорила совсем о другом. Лу назвал меня сумасшедшим, потому что я отправился сюда раненый и один, но я сейчас не мог позволить себе совершать ошибки. Нельзя просто так отдать «кроту» преимущество, а таким образом, и
Нова
. Нет, потому что на кону было слишком многое.
Нет, потому что речь о Реми.
Так быть не должно, но факт, что ее жизнь на кону, звучал во мне громче любого задания
Писателей миров Мондии
. И при этом важна не ее роль
Рипари
, а скорее сама Реми. Эта замечательная девушка, которая за короткое время смогла проникнуть в мое сердце. Опасно глубоко.
Я раздосадованно провел рукой по волосам и вытащил телефон. На дисплее возникло фото отца. Благодаря Лу я знал, что Подземелье больше не может отследить меня, но при взгляде на него живот скрутило. Я решительно сбросил. Раз, два, пока он не сдался и его фото не заменил номер Людвига.
– Лу?
– Папа сходит с ума. Все сходят с ума, Зим. – Брат говорил так быстро, что несколько раз споткнулся об одно и то же слово. – Пошли слухи. Некоторые говорят, что ты в Лондоне сговорился с
Нова
и дезертировал. И раз ты больше не связываешься…
– Не об этом сейчас нужно волноваться, – тихо сказал я и прижался к стене, увидев на улице напротив две массивные фигуры.
От Хофбурга меня отделяло всего минут пять, и это означало, что любой из этих чертовых людей может быть одним из
них
.
– Зим, но нам нужно волноваться об этом. Иначе уже ничего не останется, когда ты вернешься со святым Граалем. Дядя Корбин…
– Скорее всего «крот».
– Мы точно не знаем.
– Без разницы, Лу. Это моя вина, что она сейчас у этих тараканов, понятно? Я должен вытащить Реми.
– Реми, кубик и «А».
Я выругался и двинулся дальше. Перед мной появился городской сад, который я обошел и вместо этого последовал по городскому кольцу мимо Хофбурга.
– Merde. Ты и Реми.
– Не сейчас.
– Не нужно постоянно прерывать меня, Казимир. – Я буквально видел Лу перед собой, как он проводит свободной рукой по темным волосам и близок к тому, чтобы взорваться. Как бы сильно мы от друг друга ни отличались, в нас кипел один и тот же темперамент.
– Мы справимся, Людвиг. Каким-то образом мы справимся. – Я произнес эти слова и хотел бы сам в них поверить, но мы оба знали, что это были просто пустые фразы. Потому что все выглядело достаточно плохо. Как ни посмотреть.
– Нужно было и мне поехать.
– Нет, ты мне нужен там. Найди «крота». Я свяжусь с тобой, как только смогу.
Лу пробормотал пару неразборчивых слов, а потом я услышал грохот двери и тихий голос Нинетт на фоне.
– Нинни и я постараемся изо всех сил. Не погибни, братишка. Я серьезно.
– И не собирался.
Закончив разговор, я ускорил шаг. Сердце гремело в горящей груди, левую лодыжку пронзало болью, но я пытался не обращать на это внимания. Когда я добрался до общественного сада с аккуратно подстриженными кустами и деревьями, которым придали форму, я замедлился и постарался держаться у деревьев, пробираясь по спящему саду. Окруженный зеленью, поглощающей шум города, я почти забыл, где я, пока не заметил возвышающийся в темноте Храм Тесея. Белые колонны и глубокие желобки поддерживали крышу прямоугольного здания, окруженного зелеными парковыми скамейками, которое возвышалось на маленькой площади посреди парка. Асфальтированное пространство не давало защиты, несмотря на сумерки, поэтому я спрятался за кустарник. Тело запротестовало, когда я уселся на корточки, и пришлось прикусить губу, чтобы подавить стон.
Не отводя глаз от храма в дорическом стиле, я засунул руку в сапог и вытащил нож Зеллы. Его вес почти идеально лег в руку, сбалансированный, смертельный – и лишь одно это вызывало тошноту. Но я не мог объявиться без оружия, а другого у меня и не было. Сжав челюсти, я наблюдал за площадкой перед зданием, все еще находящейся в абсолютной тишине, и прислушивался к шуму, шагам или голосам. Но все оставалось тихо. На востоке я увидел восходящее солнце в виде огненного шара, вдали лаял пес, а потом я услышал приближающийся мотор. Мгновение спустя на площадь перед храмом подъехал белый минивэн без каких-либо знаков. Двери открылись, как и раздвижная дверь, а потом обрывки фраз на английском разбили тишину.
Нова
.
Я беспокойно сжал нож сильнее и придвинулся ближе к изгороди, услышав шаркающие шаги за минивэном, и наконец увидел их. Сначала Зеллу, которая внимательно осматривалась, а потом и Реми, которую тащили двое
Нова