Страница 161 из 212
– Почему? – Больше мне не удалось ничего произнести, но я видела, что Зим и без прочих слов понял, что я имею в виду.
Почему
Нова
убили людей и оставили эту записку?
Почему они вообще об этом знали?
Почему они не напали и не схватили нас? Не убили, как остальных?
Покачав головой, Зим подошел ближе.
– Не здесь, Реми. Нам нужно уйти в безопасное место и поработать над следующей загадкой.
Мне сразу пришло в голову, что такого безопасного места не существует. Даже Подземелье Парижа ничего не могло изменить, ведь
Нова
узнали о нашей миссии. Но я кивнула и заставила себя переставлять ноги.
В этот раз Зим не бронировал жилье перед отъездом, нам это показалось слишком рискованным, тем более что мы не знали, где находится третий предмет, а наша поспешная поездка была далека от запланированной. И даже если мне не нравилось ходить по тем же улицам города, на которых находились
Нова
, я радовалась, что никто не знал, где мы проведем ночь. Потому что все внутренние вопросы привели меня к подозрению, от которого все внутри сжималось.
По пути я взглянула на Казимира, чьи брови слились в одну напряженную линию, и облизала губы.
– Зим?
Его напряженный взгляд сразу переместился на меня.
– Что такое?
– Думаю, среди нас «крот». – Я стала говорить еще тише. – В Париже.
К моему удивлению, он быстро кивнул, и при этом его лицо заметно потемнело.
– Я тоже уже об этом думал, и из-за этого все чертовски становится сложнее.
– Есть идеи, кто это может быть?
Казимир провел рукой по волосам и внимательно осмотрел окружающий пейзаж.
– Я знаю этих людей сколько себя помню, Реми. Каждый из них познал потери из-за этих фанатиков, у каждого есть причина ненавидеть их.
Я прикусила внутреннюю часть щеки.
– У ненависти много масок.
– И она делает слепым к очевидному. – В следующее мгновение Зим остановился и указал на узкую дверь. – Вот здесь.
– Что здесь?
– Наше убежище. На данный момент.
Нахмурившись, я последовала за Казимиром, когда он пошел к двери, быстро глянул через плечо и положил руку на темное дерево. Как и в туннелях под Парижем, его кожа и дерево начали светиться золотым, словно бы проснулось множество светлячков. Я завороженно уставилась на этот свет и на мгновение забыла, почему нам вообще нужно было убежище. Пока не раздался щелчок замка, и дверь без предупреждения открылась.
– Как… ты же сказал, что эта твоя способность проявляется только в Париже?
Вместо того, чтобы ответить мне, Казимир зашел внутрь и осторожно закрыл за нами дверь, прежде чем объяснить:
– Это другое. Мои люди вставили камень
Мондии
в стены и таким образом сделали это место убежищем. Никто без
Сигно
не сможет его открыть.
– Даже
Нова
?
– Может, они и зараза, но так-то обычные люди.
– В отличие от тебя? – Я с сомнением посмотрела на Казимира, а он включил свет и поставил рюкзак на пол.
– И тебя. Не забывай это, Реми. – Еще мгновение он смотрел на меня, а потом жестом предложил войти в первую комнату. Кроме круглого стола с четырьмя стульями, простой лампочки и холодильника, она была полностью пустой. Не было даже окна и никакого намека на то, кому принадлежал этот дом. Пока я осматривалась, Зим уже положил кубик и буквы на потертую поверхность.
– Ты хочешь сразу решить следующую загадку?
– Нет причин дальше откладывать, – ответил он и подождал, пока я тоже не усядусь. – Мы открыли ящик Пандоры и продолжим без официальных оповещений Подземелья. Сами справимся.
Я уперлась подбородком в сложенные руки.
– Ладно, давай начнем.
Казимир закатал рукава бежевой рубашки, а потом медленно подтолкнул две буквы из набора станка Гутенберга к кубику. С каждым миллиметром, пока предметы приближались друг к другу,
жужжание
в воздухе становилось громче. Я немного привыкла к этому шуму, который теперь почти постоянно окружал меня, но теперь из гула раздался резкий звук, заставивший меня сжать зубы… и достигший высшей точки в одной из букв.
– Это «А», Зим. Она… реагирует на кубик.
Он быстро взглянул на меня, потом забрал букву «Б» со стола и напрямую поднес «А» к кубику. Почти в то же мгновение высокие частоты издали ряд щелчков, скрежета и треска. Очевидный скрежет замка, пришедшего в движение внутри кубика и решившего третью загадку.
Только когда механизм затих, я осознала, что задержала дыхание. Я неосознанно склонилась над столом.
– Сработало?
Казимир схватил кубик и повернул его так, чтобы я могла увидеть новые слова на одной из сторон.
–
Oui
, у нас есть следующее описание.
Описание, за которое восемь человек заплатили чертовски высокую цену. Холод пробрался в мои внутренности, но несмотря на это, я забрала кубик и начала читать
: «Сердцу не нужны чернила, чтобы почувствовать слова, в отличие от глаз, рук и разума. Если найдешь первые видимые следы, то найдешь и ключ. Он объединяет то, что нашел, и дополнит то, что ищешь».
Я озадаченно подняла взгляд.
– Есть идеи?
Казимир провел рукой по подбородку, а потом уперся ладонями о стол.
– Загадка дала нам часть ответа.
– Чернила? – предположила я, потому что только эта часть загадки мне была понятна, и при этом она могла относиться к фразе «он объединяет».
– Именно. – Зим кивнул. – Речь идет о первых видимых следах. Первых чернилах.
Я нахмурилась и отложила кубик в сторону.
– Как правило, я плохо разбираюсь в твоем мире, но когда мы с Нинни были в Японии, в музее древней высокоразвитой культуры узнали, что первые чернила появились уже за три тысячи лет до нашей эры в Китае и Египте. И я вполне уверена, что там не было склянок. Ни в Китае, ни в пирамидах.
Мгновение Зим смотрел на меня, а потом покачал головой. По какой-то непонятной причине на его губах заиграла слабая улыбочка, и по еще более непонятной причине меня охватило от этого слабое возбуждение.
– Я согласен с тобой, лягушатница. К счастью, в этот раз кубик описывает не буквально первые чернила, а название. Или лучше сказать место. Первые чернила – книжный магазин.
–
Книжный магазин?
Ты уверен?
– В этот раз – да. Он находится в Вене и многие десятилетия был частью нашего мира, своего рода обменным пунктом для книг. Однако после несчастного случая, связанного с
Нова