Страница 155 из 212
1-й округ, Париж
В Подземелье царил переполох, и мы без предупреждения попали прямо в осиное гнездо. Весь путь у меня сохранялось ощущение, что за нами следят и нас преследуют, и даже когда тяжелые двери в Подземелье закрылись за нами, это ощущение никуда не ушло. Оно кололо и обжигало, вгрызалось в мой затылок, словно хотело напомнить, что теперь это моя реальность. Постоянно остерегаться людей, охотящихся на нас.
И убивающих нас.
Снова.
– Кто-то может мне объяснить, что здесь происходит? Кто это? – До этого Валентин Абернати казался спокойным и невозмутимым руководителем, но теперь он буквально закипел от гнева, как только мы вошли в широкий главный вход.
– Казимир?
– Отец, это…
– Она здесь из-за меня. У нас не было другого выбора. – Теперь я сама пользовалась этим девизом,
Dieu
.
Валентин сузил глаза и пристально посмотрел на Нинни, которая стала непривычно тихой, так, словно она потенциальный смертельный враг.
– Это никак не отвечает на мой вопрос.
– Мы с Реми подозревали, что
Нова
видели Нинетт Бофор с нами, и мы не могли позволить, чтобы она стала их целью и средством давления на нас.
– Она гражданская.
– Это в прошлом не мешало фанатикам убивать. – Голос Зима прогремел в тоннеле, отразился от высокого сводчатого потолка. – Ты правда хочешь рисковать тем, что ее возьмут в заложники? Мне пришлось быстро принимать решение на основе ничтожной информации, которую получил о смерти Юго, и я решил убрать гражданскую с линии огня. Ты всегда говоришь о принятии важных решений в опасных ситуациях, папа.
Я искоса с удивлением взглянула на Зима. Не ожидала, что он может так защищать Нинни и меня перед своими людьми, и… от этого грудь наполнило непонятное чувство.
– Боже мой, Казимир, у меня и так достаточно проблем, о которых нужно позаботиться.
– Оставь это мне. Я позабочусь об этом, я… ручаюсь за нее.
Губы Валентина превратились в узкую бесцветную линию.
– Ловлю тебя на слове.
Зим скрестил руки на груди и быстро кивнул.
– Есть ли новости о втором предмете?
– Пока что нет. Смерть Юго… не знаю, с чего начать. Как это могло произойти. – На его скуле дрогнул мускул, а потом он громко прокашлялся. Руководитель явно не мог позволить себе большего. – Нужно узнать, о каком предмете идет речь в загадке. Как можно быстрее.
– Мы можем этим заняться, – предложила я и заставила себя расслабиться. – Только если мы не нужны вам в другом месте.
Валентин провел рукой по затылку и покачал головой:
– Нет. Позаботьтесь об этом. Смерть Юго ничего не меняет в нависшей катастрофе, связанной с
Мондией
, и ваше открытие имеет приоритет. Я дам вам разъяснение, как только будут новости. До этого вы останетесь в Подземелье, никто не покинет туннель. Это приказ, и я надеюсь, что для разнообразия все будут его слушаться.
Сейчас мне бы хотелось задать Валентину все вопросы, горящие на моем языке.
Что именно произошло с Юго?
Почему
Нова
убили
Писателя миров
прямо посреди Парижа?
Как нам разгадать загадку при таких обстоятельствах?
Но я чувствовала нарастающее напряжение Нинни, давящий взгляд Казимира и понимала, что сейчас не то время.
– Спасибо, – тихо сказала я, обращаясь к Зиму, когда мы попрощались с Валентином и теперь направлялись в одну из комнат для совещаний рядом с главным залом.
Он немного поколебался, а потом сдавленно выдохнул.
– Надеюсь, эта история не повторится.
– Нинни не Эделин.
– И Нинни идет примерно в тридцати сантиметрах позади вас и слышит каждое слово, – сказала моя лучшая подруга и снова стала больше похожа на саму себя, пусть даже в ее голосе слышался страх. Я отлично могла представить, как она должна себя чувствовать, ведь меня саму не так давно толкнули в этот мир.
Шагая вперед, я повернулась к ней:
– Мне жаль, Нинни.
– Кого-то правда убили? И о какой загадке речь?
Я пошла рядом с лучше подругой.
– Возможно, стоит начать сначала.
* * *
Примерно два часа я рассказывала Нинетт Бофор все, что знаю о
Писателях миров, Нова, Рипари
и
Мондии
. Все это время Нинни не произнесла ни слова, почти не шевелилась, а по выражению ее лица нельзя было понять ее мысли. И пусть от ее пристального взгляда мне было не по себе, я была благодарна за то, что она меня не прерывала и дала время найти правильные слова. Казимир также молчал, выражение его лица было словно бы скрыто огромными дверями, но я знала, что ему не нравилось раскрывать непосвященной одну из самых больших тайн человечества, учитывая, что она не давала клятву. Тем не менее он иногда приходил мне на помощь, когда я не могла нормально что-то объяснить.
– В настоящее время мы не знаем, что
Нова
планируют. Зелла призналась мне, что они планировали взять меня в заложники и отвезти к Чарльзу Рамси, но это не соответствует нашим предположениям, что они лишь подстерегали нас в Эдинбурге, или тому факту, что Юго умер от их руки. Людвиг сказал по телефону, что они нашли Юго рядом с Сакре-Кёр и напали на него с ножом, он еще сумел сбежать в первый отрезок туннеля и сообщить об этом центральному управлению, прежде чем истек кровью.
Я сглотнула, но в горле застрял ком.
– Это ужасно. Они оставили его умирать на улице?
– Возможно, они планировали для Юго нечто другое, но после его побега
Нова
это не удалось. – Зим встал и провел рукой по волосам. – Но точно не могу сказать. Знаю лишь, что мы поймем мотивы
Нова
, когда откроем
Мондию
, и для этого…
– Вы должны разгадать вторую загадку, насколько я правильно поняла, – впервые с тех пор, как мы зашли в комнату для совещаний, вмешалась Нинни.
– Правильно – что ты думаешь обо всем этом?
Моя лучшая подруга пожала плечами, словно мы за последние часы лишь вели беседу о погоде:
– Как сказал твой вор, не нужно все рассматривать со стороны логики, и тогда в этом есть смысл.
Я открыла рот, но не издала ни звука. Не нужно было удивляться, что Нинни так отреагировала. У нее всегда была слабость к теориям заговора и сверхъестественному. Не знаю, как часто мне приходилось выслушивать о том, существуют ли вампиры или что в некоторых частях Парижа есть призраки. Уже не говоря о слухах и мифах, касающихся катакомб.
– И это тебе подходит. В том, что касается
Рипари