Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 142 из 212

Глава 22

1-й округ, Париж

Зим

Э

динбург. Первая составная часть ключа, открывающего

Мондию

, находилась в Эдинбурге, в Шотландии, и добраться туда можно было опять лишь на самолете. Ругаясь, я провел рукой по подбородку и проигнорировал боль, пронзившую бок. Мне не нравилось, что снова нужно покинуть Париж. Несколько часов в Риме и так были трудными,

Нова

что-то планировали, а мы понятия не имели что, и по какой-то причине были проинформированы о нашей поездке в Италию. Иначе я не представлял, как они там объявились. Но только откуда? Откуда они могли это знать? Что, черт возьми, от нас усколь- зало?

Я, не сдержавшись, оттолкнул стул, на котором до этого сидел в главном зале Подземелья. С глухим стуком он ударился о полку.

– Вау, спокойно. Почему такое плохое настроение, братишка?

Я поднял взгляд и увидел Людвига, закрывшего за собой дверь.

– Не знал, что ты еще тут.

– Меня и не было, но

мама

попросила отвести тебя к Манон. Если ты будешь сопротивляться, мне разрешено притащить тебя за волосы.

Я, смирившись, скривился. Манон была нашим лекарем здесь внизу и уже несколько раз спасала меня. В последний раз – когда Корбин во время одной из тренировок снова переборщил.

– Я уже говорил, что у меня все хорошо.

– Да неужели? – Лу вскинул бровь, а потом без предупреждения ударил меня прямо по плечу.

– Ça va pas la tête? – Ты с ума сошел? – прошипел я, проводя рукой по этому месту и обхватил рукой уже и без того гудящее от боли тело.

– Я хотел спросить у тебя то же самое. Если вы хотите сегодня вечером полететь в Шотландию, тебе стоит пойти к Манон, иначе твоя следующая встреча с

Нова

, возможно, пройдет совершенно по-другому.

Закатив глаза, я легонько оттолкнул его и выдохнул. После приезда в Париж и прихода в Подземелье мы провели много часов в главном зале, делая доклад. Реми бо́льшую часть времени молчала, хотя в целом то, что мы вообще знаем, где находится первый элемент ключа, являлось ее заслугой. Каким-то образом прошлой ночью ей удалось открыть шкатулку, поэтому, когда я сегодня утром зашел в столовую нашего номера в Риме, Реми спала на полу, держа в руках открытую шкатулку.

На самом деле мы об этом не поговорили. Ни при перелете, ни до этого. Речь шла о том, как можно побыстрее организовать поездку в Эдинбург и о роли

Нова

в Риме, и при этом у меня все время оставалось ощущение, что нужно было поговорить совсем о другом.

– Я сейчас приду, – заметно медленно ответил я и толкнул стул обратно на место.

Людвиг облокотился о стол и внимательно посмотрел на меня.

– Рассказывай, что случилось? Вы нашли руководство, Реми обнаружила свои суперсилы

Рипари

, тогда почему, ради

Мондии

, ты злишься? И не говори мне, что все дело в том, что Зелла ударила тебя раз или два.

Вообще-то три, но ладно.

– Лу, кончай с этим, у меня не осталось на это нервов. Ты знаешь, где Реми?

Его лицо изменилось, как только ее имя сорвалось с моих губ.

– То есть дело в этом, понимаю. Что произошло в Риме?

– Людвиг.

– Не нужно этих «Людвиг». Мы находимся посреди самой большой катастрофы со времен начала записей

Писателей миров

, а ты втюрился в последнюю

Рипари

?

Против моей воли жар прилил к лицу.

– Я не втюрился. Тьфу, нам нужно думать о других проблемах. – Я не хотел это признавать, но когда я произносил эти слова, мой голос звучал странным образом глухо. Возможно, потому что в его словах было то, что я не хотел признавать.

Я говорил серьезно: я не влюбился в Реми, но… по необъяснимым причинам не мог забыть, как она смотрела на меня в церкви, как ее пальцы касались моей кожи, – а это, черт возьми, последнее, что мне нужно. Не сейчас, когда мой разум необходим для того, чтобы снова восстановить

Мондию

. Но почему меня так волновало, что Реми ни слова не сказала об открытии шкатулки? И почему этот вопрос мне казался важнее, чем проблема с

Нова

?

– Реми ушла в гостевую комнату. После шести часов обсуждений с отцом и дядей я не могу винить ее. Уже чудо, что она так легко пережила Рим, – тихо заметил Людвиг и убрал прядь с глаз. – Возможно, тебе стоит поговорить с ней.

– И что сказать?

– То, что тебя заставляет задумчиво сидеть здесь, уставившись перед собой вместо того, чтобы покинуть этот угнетающий зал. В последующие дни вы будете проводить много времени вместе в поисках части ключа, и это не должно мешать вам еще больше, чем сейчас.

Я нехотя согласился, что Людвиг был прав. И, возможно, Реми нужен был тот, с кем можно обсудить произошедшее прошлой ночью.

– Поблагодаришь меня позже, Зим. – Лу хлопнул меня по плечу, отчего я застонал. – И порадуй нас всех, сходи сначала к Манон. Я серьезно.