Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 93 из 95

– Верно! – весело крякнул в ответ Иван. – И отныне так будет всегда! Ты ничего больше не добьешься, ничего больше не получишь! Я всегда буду рядом, чтобы тебе помешать! Тебе никто не поможет! Ты отправил своего лучшего воина убить меня, и где он теперь?! Он на моей стороне! Весь мир на моей стороне! Ты ничего не сможешь мне сделать! Ничего!

Змей, оскалившись, что-то нечленораздельно зарычал и сиганул в пруд, подняв тучи брызг, но, зайдя в воду по колено, остановился вдруг, и в темных глазах, что почти застил слепой гнев, промелькнуло сомнение. Левая рука взметнулась к груди и сжала пальцами белоснежную ткань чудесной рубашки.

Иван быстро развернулся к атаману и, встретившись с ним взглядом, отчеканил:

– Тебе меня не убить. Ты проиграл.

И это стало последней каплей.

Глаза Змея вспыхнули необузданным огнем ненависти, выжигающим все на своем пути, даже разум и душу. Заревев как загнанный в угол раненый зверь, он стянул с себя чудесную рубашку, отшвырнул ее, не глядя, за спину и, замахнувшись ятаганом, рванул сквозь толщу воды к селезню.

Ивана же охватило полнейшее спокойствие. Не шевелясь, он выждал несколько мгновений, чтобы Змей успел зайти в воду по пояс, и лишь затем стрелой скользнул вбок. Быстро замахав крыльями, он совсем немного приподнялся над водой, но этого было достаточно, чтобы обогнуть атамана разбойников по дуге и приземлиться рядом с упавшей на траву чудесной рубашкой.

Когда Змей развернулся, напротив него у края воды стоял уже не селезень, а Иван. Ярость в глазах атамана смешалась с невообразимым, животным ужасом, подстегнувшим его броситься очертя голову на заклятого врага, но вода скрадывала скорость.

Иван в одно стремительное движение сбросил одолженную у Радимира рубаху, подхватил с земли чудесную рубашку и надел под протестующий вой Змея. Ее струящаяся ткань прохладным шелком легла на разгоряченную азартом, предвкушением и чередой превращений кожу.

Всего какая-то сажень отделяла Змея от Ивана, но это уже не имело никакого значения. Даже зная, что ни ранить, ни тем более убить заклятого врага уже не получится, он не мог отвернуть, гонимые вперед гневом и страхом ноги попросту не успевали остановиться. Все, что ему оставалось, – это в отчаянном порыве замахнуться ятаганом.

Но Иван не позволил ему нанести даже этот бесполезный удар. Обнажив меч, он шагнул вперед и вонзил его прямо в сердце атамана разбойников.