Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 73 из 95

Карканье раздавалось все ближе, а затем внезапно стихло. Аксинья осмелилась слегка приподнять голову и обернулась, хотя за густой листвой рассмотреть что-то было невозможно. Она потерла опухшие после бессонной ночи глаза, рассеянно отмечая, что вместо сплошной серой массы уже могла видеть цвета – глубокую зелень листьев, бурые стволы и красную россыпь ягод в небольшом овражке слева.

Велесский жеребец снова заржал, на этот раз призывно и торжествующе, и Аксинья торопливо вскинула голову и с облегчением выдохнула. Жеребец стоял, довольно помахивая хвостом, на краю небольшой поляны, на другом конце которой рос старый дуб, будто рассеченный когда-то очень давно пополам, из-за чего его ствол разделялся на две толстые, растущие в противоположные стороны ветви.

Даже конь Аксиньи воодушевился при виде него и, поборов усталость, почти выбежал на поляну. Доставая из рукава платочек, Аксинья запрокинула голову к небу и неуверенно протянула:

– Кажется, оно светлее слева… Или нет?.. Может, дождаться восхода, чтобы наверняка…

В этот момент из-за крон вылетело что-то черное и понеслось на нее, как выпущенный из пращи камень. Аксинья едва успела пригнуться, но острые когти ворона все равно оцарапали ей щеку. Порхнувшая следом еще одна ворона с громким карканьем закружила вокруг ее головы, хватая за волосы и хлеща крыльями по лицу. А затем ворон стало так много, что они скрыли собой небо и деревья, будто Аксинья оказалась внутри черно-серого вихря. Конь под ней испуганно визжал и танцевал, отбиваясь от когтей и клювов, и Аксинья едва держалась в седле. Она успела заметить, как велесский жеребец, встав на дыбы, передними копытами сбил в полете сразу двух воронов, затем с не менее поразительной точностью, взбрыкнув задними, разделался еще с двумя. Но птиц было слишком много.

– Нам нужно… – начала Аксинья, но вскрикнула от боли в рассеченном когтями предплечье, которым прикрывала лицо. – Нам нужно перейти на Ту Сторону!

Велесский жеребец согласно заржал. Поймав зубами за хвост истерично заголосившую ворону, он мощно мотнул головой и швырнул ее о ствол ясеня, после чего, не тратя больше времени на ее возмущенно горланящих сородичей, призывно завизжал, и конь Аксиньи послушно метнулся к дубу.

Аксинья привстала в стременах и, прикрываясь одной рукой от ворон, потянулась к растущим рядышком трем маленьким желудям. Внезапно конь под ней взбрыкнул, отбиваясь от царапающих ему круп ворон. Чувствуя, что опасно заваливается назад, Аксинья отчаянно вытянулась всем телом и сорвала с ветки все три желудя. Она думала обойтись одним, но уж как вышло, хуже точно не будет. Плюхнувшись в седло, она наскоро завернула их в платочек и сунула сверток назад в рукав.

Уклонившись от целившихся в глаза когтей, Аксинья нащупала поводья и вдавила пятки в бока взмыленного коня. Но тот и сам уже сорвался вслед за пронесшимся мимо золотистым жеребцом и, обогнув дуб, поскакал дальше в лес.

Аксинья еще несколько мгновений держала одну руку поднятой, готовая защищаться, пока не осознала, что вокруг стоит полнейшая тишина, особенно сладкая после оглушительного вороньего гвалта. Она натянула поводья, заставив недовольно всхрапнувшего коня остановиться, и, выпрямившись, огляделась.

На первый взгляд лес вокруг остался прежним, разве что казался более гостеприимным, но, возможно, причина была в разогнавших ночную темноту предрассветных сумерках, из-за которых деревья будто едва уловимо светились. Аксинья глубоко вдохнула и зажмурилась от пряных запахов мокрой от росы травы, старой гниющей листвы и влажной коры. Где-то неподалеку распевались пичужки, готовясь приветствовать восходящее солнце.

Услышав шорох, она открыла глаза и поймала на себе вопросительный взгляд больших ореховых глаз.

– Отведи меня к друзьям Ивана, – попросила Аксинья.

Велесский жеребец кивнул и быстрым шагом повел их навстречу розовеющему небу.