Страница 97 из 127
Глава 38: Рокс
Нужно было разорвать эти “недоотношения”, когда я почувствовала, что делаю то, чего не должна была делать ни под каким предлогом – влюбляюсь в Тэда. Я должна была найти нормального партнера, с кем бы я могла остепениться и научиться быть серьезней. А мое дурацкое сердце и другие органы пришли в восторг именно от этого парня. Замечательно, ничего не скажешь.
Я злилась на саму себя за то, что чувствовала это. Но сделала ли я хоть что-то, чтобы прекратить это? Не-а.
Мне было слишком хорошо, пусть я и притворялась, что это ничего не значит.
Мы проводили время вместе, точно так же занимались крышесносным сексом, точно так же смеялись друг с другом, много говорили о всякой ерунде, а иногда и о не ерунде.
Однажды я чувствую себя настолько откровенно и доверительно, что говорю ему, что подумываю о том, что хочу когда-нибудь открыть свое место – кофейню, кондитерскую, неважно, – что-то уютное, где я смогу встречать гостей.
– Почему не сейчас? – спрашивает Тэд, – если вопрос в деньгах…
– Нет, – поспешно говорю я.
У меня есть деньги, сбережения, плюс отец несколько раз намекал мне на то, что если я захочу заняться чем-то своим, он поможет со стартовым капиталом.
– Тогда почему?
– Потому что сейчас я на это совсем не гожусь. Это же бизнес. Цифры. Ответственность. Это не для меня.
– В смысле?
– Слишком поверхностна, – тихо говорю я.
– Что за бред? – резко реагирует он.
Я молчу.
– Рокс, откуда ты взяла эту глупую мысль?
– Это не глупая мысль, ок. Ты меня знаешь. Я не люблю планы. Я не знаю, чего я хочу от жизни.
– Необязательно знать, чего ты хочешь от жизни. И ты несешь полный бред. Ты не поверхностная, а просто любишь жить в моменте. В этом нет ничего плохого. Наоборот, многие так сильно планируют свою жизнь, что не замечают то, что проносится прямо перед ними. Но не ты. Ты живешь здесь и сейчас. И живешь ярко и получаешь удовольствие от каждого момента.
Я сглатываю, потому что то, как он говорит обо мне заставляет бабочек, которых я активно пытаюсь не замечать, устраивать полнейший рейв.
– Может, прямо сейчас я не получаю удовольствие? – с сарказмом отвечаю я.
– Сомневаюсь, – говорит Тэд, целуя мою шею и заставляя все нервные окончания плавиться.
– Но если ты хочешь, я могу познакомить тебя со своим отцом. Не то чтобы я люблю пересекаться с ним лишний раз, но у него большой опыт по части ресторанного бизнеса. Ты могла бы пообщаться с ним и узнать все, что тебя интересует.
– Нет-нет! – отвечаю я и снова удивляюсь, как от простого предложения у меня теплеет внутри.
После того разговора я снова заглядываю к Перри и хочу поговорить сначала с ним. Перри я нахожу в расстроенных чувствах, потому что показатели выручки снова падают. И я снова провожу с ним несколько дней, пытаясь разобраться со всеми цифрами и помочь ему. Что бы я не думала о открытии своего места, я считаю, что Cafe Noir, где я работала и действительно чувствовала себя на своем месте, должен жить. Поэтому несколько ночей я провожу, выискивая и сравнивая поставщиков кофейного зерна, и штудирую информацию о том, как можно уменьшить налоги. После этого Перри, растрогавшись, предлагает мне вновь работать на него, но я не соглашаюсь. Пару недель назад я, возможно, была бы рада снова вернуться. Но почему-то сейчас, я действительно не хочу соглашаться на меньшее. Я даже подумываю согласиться на предложение Тэда и пообщаться с его отцом.
Этими мыслями я делюсь с Амандой, когда мы с ней собираемся прогуляться вместе.
Я всегда была общительной. Но не сходилась ни с кем близко, кроме Рии. Но теперь я чувствую, что не могу цепляться за нее вечно. Поэтому мне вдруг становится проще заводить более тесные знакомства. После той ужасной попойки я написала Аманде, спросила, как она себя чувствует, и с тех пор мы постоянно общались. Обсуждали всякую ерунду и что обычно делают девчонки. Я немножко думаю о том, что, возможно, предаю нашу дружбу с Рией, но Рия и сама дружит с Амандой – поэтому это не считается.
Мы с ней сидим в модном корейском ресторане и пытаемся понять, как есть эту странную лапшу, которую они подают отдельными ингредиентами, когда она спрашивает:
– Что ты делаешь на выходных? Мне на работе дали два билета на концерт симфонического оркестра, они будут играть саундтреки из популярных фильмов.
– О, круто! Я бы очень хотела пойти, но Тэд позвал меня с ними на фестиваль в Париж.
– Так у вас уже все серьезно?
– Что серьезно?
– Ну, все… – она ковыряет палочкой зеленые ростки, которые нам подали к супу, и морщится, глядя на них, – что это вообще?
– Нет, все так же, – отвечаю я.
– И все же он позвал тебя в Париж.
– Просто развеяться.
– Окей, – просто говорит она и пожимает плечами. Затем кидает несколько перцев чили себе в суп, прежде чем я успеваю остановить ее. Почему-то кажется, что Аманда не любит острое.
– Хотя стой, прости если лезу не в свое дело, но ты не думала, что между вами не совсем “просто секс”? – она показывает кавычки пальцами.
Вот, что мне изначально понравилось в Аманде: она всегда говорит, что думает. Даже когда я встретила ее первый раз, она говорила о нас с Марком так, как не сказал бы незнакомый человек.
Но она просто говорит, и это просто звучит из ее рта без какого-либо подтекста.
– Вы не только спите, вы проводите время вместе, он зовет тебя на важное для него мероприятие. Это больше похоже на отношения.
– Он никогда не говорил ни о чем таком.
Я глотаю острый суп, надеясь, что сердечный ритм у меня ускоряется именно от него.
– А ему обязательно об этом говорить?
– Э-м-м, нет. Не знаю. Я не думаю, что что-то изменилось между нами.
Изменилось.
– Ладно, забей, и прости, что полезла в это, – говорит Аманда.
– Да не парься, это не что-то особенное, о чем нельзя говорить. Мы относимся к этому достаточно просто.
Аманда тянет в рот ложку супа и закашливается:
– Черт, зачем я накидала сюда столько перца? Это ужасно.
– Ох, ты не любишь острое.
– Нет. Почему вообще я должна сама готовить себе этот чертов суп? Почему нельзя сразу сделать все вкусно?
– Правильно, – поддерживаю я, – Мы что, платим деньги, чтобы поиграть в кулинара? Я так и дома могу. Отвратительное заведение!