Страница 96 из 127
Я уже мысленно готовлюсь к какой-нибудь чуши, которую она может выдать о том, что мы не должны нарушать границы, наши отношения – это чистый секс и все в этом духе. Но она только тихо шепчет:
– Спасибо.
***
Мы заканчиваем запись песни и выходим из студии, когда Мэтту звонит Клэр. Он с озадаченным видом кивает в ответ, несколько раз говорит “ага”, а потом кладет трубку и произносит:
– Нас хотят на рок-фестиваль в Париже. Через пару недель. Там сорвался разогрев Coldplay.
– А что, в Париже проводятся рок-фестивали? – усмехаюсь я.
– Погоди, из всего этого ты услышал только про Париж? – останавливает меня Кевин.
Мы переглядываемся.
– Разогрев Coldplay, – медленно повторяет Мэтт.
Тогда до меня доходит.
– Да ну нахер…
– Ага.
– И они не ошиблись? И точно хотят нас?
– Ага.
– Охренеть, – говорю я, голос Кевина вторит мне.
В этот вечер мы заваливаемся отмечать в Лампочку. С нами Рия и Рокс, конечно. Она – первая, кому я сообщил эту новость. Ладно, за исключением парней, она вообще единственная, с кем бы я хотел делиться важными новостями своей жизни.
Девчонки заходят в бар, когда мы уже слегка поднабрались. Рия – в светло-розовом платье, Рокс – в широких джинсах и свитере с открытыми плечами. От той немного жалкой и болезнненой Рокс ничего не осталось. Мой взгляд скользит по ее коже, по волосам, находит глаза. У меня внутри теплеет при виде ее. Она одними губами говорит мне “привет”. Необычно, она будто немного смущена. В этот момент Рия, сщурившись, окидывает нас с Рокс взглядом, и хмурится, но ничего не говорит.
Рокс садится рядом со мной, но немного на расстоянии. В этот момент внимание привлекает Кевин:
– Эй, может, вы двое уже перестанете делать вид, что между вами ничего нет? – громко говорит он, размахивая бутылкой пива рядом с Рокс.
– Что? – недоуменно отвечает она.
– А что? Судя по переглядкам этих двоих, – он показывает на Мэтта и Рию, – они уже в курсе. Так что хватит уже разыгрывать этот спектакль, – он смотрит на меня.
Рия хихикает и пожимает плечами.
– Так, стоп, – говорю я, – а ты откуда знаешь?
Кевин тыкает в нас пальцем, по очереди в меня и в Рокс, и демонстративно театрально говорит:
– Вы оба, идиоты! Я вас видел.
– Где? – резко реагирует Рокс, будто крайне удивлена тем, что где-то могла проколоться.
Кевин закатывает глаза.
– В Берлине, на вечеринке после концерта. Вы там, вполне не скрываясь, обжимались.
Я усмехаюсь.
– А нахрена тогда был этот допрос с пристрастием про то, с кем я был в Берлине, если ты все видел?
Он пожимает плечами.
– Хотел посмотреть на вашу реакцию.
– Интересные у тебя развлечения, – бросает ему Рокс, и я с удовольствием отмечаю, что она двигается ближе ко мне и, вообще, как будто сбрасывает с себя какие-то невидимые веревки. Снова появляется огонек в глазах и присущая ей дерзость во всех движениях. И как это я улавливаю все ее изменения?
Наверное, я беспроствествно влюблен. И это не лечится. Я бы хотел притянуть ее к себе и поцеловать прямо сейчас, но не думаю, что она готова, поэтому я просто кладу руку ей на бедро, когда она придвигается достаточно близко. Она на секунду замирает, а потом на ее лице расцветает довольная мини-улыбка.