Страница 14 из 78
Глава 5
Бункер
Вэнса я нашел ближе к полудню в лаборатории телеметрии, той самой, где стоял опечатанный после инвентаризации сейф. Он сидел за столом, разложив перед собой стопки папок, и надписывал корешки размашистым почерком человека, привыкшего работать быстро.
Лет сорока пяти, поджарый, с длинными пальцами и внимательными светлыми глазами за стеклами очков. Темно-синяя рубашка с закатанными рукавами. При виде меня он не вздрогнул, не отложил торопливо ручку, спокойно дописал строчку, закрыл папку и только тогда поднял голову.
— Агент Митчелл. — Он произнес мою фамилию так, будто знал ее заранее. — Наслышан. Тот самый, из Вашингтона. — Он кивнул на стул. — Присаживайтесь. Передаю дела, как видите. Двадцать лет коту под хвост, и все в картонные коробки.
— Соболезную насчет увольнения.
— Сокращение, — поправил он ровно. — Не увольнение. Есть разница. Уволенный виноват, а сокращенный просто лишний. — Он усмехнулся сухо. — После «Аполлона» тут все лишние, агент. Просто до кого-то очередь дошла раньше.
Я сел.
— Вы работали с Дрейком.
— Под Дрейком, — снова поправил он. — Пятнадцать лет под Дрейком. — Ручка легла на стол. — И раз уж вы все равно спросите, а вам наверняка уже напели про наш скандал в цеху, скажу сам. Да, мы поругались. Да, при людях. За неделю до того, как он свалился с башни. Я считал и считаю, что он мог за меня вступиться перед начальством и не вступился. Обидно. Но, агент Митчелл, — он развел ладони, — от обиды до того, чтоб сбросить человека со ста тридцати футов, дорога неблизкая. Я инженер, а не убийца.
— Я про убийство ни слова не сказал, — заметил я. — Официальная версия, что это просто несчастный случай.
Что-то мелькнуло в его лице и тут же исчезло.
— Официальная, — повторил он. — Вы бы не прилетели из Вашингтона ради несчастного случая, агент. И не ходили бы выпрашивая журналы допуска. Тут все на виду, слухи распространяются быстрее лифта. — Он снова взял ручку и повертел ее. — Спрашивайте прямо, что хотите спросить. Не люблю, когда ходят вокруг да около.
— Хорошо, спрошу прямо. Что вы делали на объекте в ночь гибели Дрейка? По графику вы не работали.
— Передавал дела. — Он ответил без запинки. — Мне оставили допуск до конца месяца только из-за этого. Систему, кроме меня, никто хорошо не знает. Дрейк знал, конечно, но теперь Дрейка нет. Я прихожу когда придется, часто по ночам. Днем в цеху не протолкнуться, а ночью тихо, можно работать. В ту ночь я тоже сидел с бумагами. — Он пожал плечами. — Один. Свидетелей, увы, при себе не держал.
— А в чистую комнату зачем заходили в час ночи?
Тут он на мгновение запнулся, едва заметно, на долю секунды.
— Сверял комплектацию блоков памяти по описи. Это тоже часть передачи дел. — Он выдержал мой взгляд. — Проверьте, если угодно. Я делал работу, за которую мне, кстати, до сих пор недоплатили.
Я не давил дальше. Расспросил по мелочи, про порядок хранения документов, кто еще имел доступ к сейфу и испытательные стенды.
Вэнс отвечал охотно, обстоятельно, как человек, которому нечего скрывать, которому даже приятно лишний раз показать, что систему он знает лучше всех. Держался он собранно, спокойно, без единой лишней ноты.
Уже поднимаясь, я обронил между делом, будто ставя галочку в блокноте:
— И последнее. Из сейфа Дрейка, кроме чертежей, ничего не пропадало? Меня интересуют чертежи бортового компьютера.
— Еще пропали ленты, — сказал Вэнс.
Он сказал это спокойно, почти небрежно, тем же тоном, каким отвечал весь разговор. И тут же осекся.
Поймал себя на полуслове, я увидел, как это до него дошло. Про ленты в нашем разговоре не упоминал никто, ни я, ни, судя по описи, кто-либо еще из посвященных сотрудников.
Инвентаризация сейфа проводилась закрыто, список пропавшего имущества Восс держал при себе. Официально Вэнс знать про пропавшие ленты не мог.
Он это понял на секунду позже, чем следовало. Пальцы на ручке чуть сжались и тут же раскрылись.
— Так говорят, — добавил он поспешно, правда слишком поспешно. — Слухи. Тут же все на виду, я вам говорил. Кто-то обронил про это, а я запомнил.
— Конечно, — согласился я, закрывая блокнот. — Тут все на виду.
Я поблагодарил его за откровенность и вышел. Он смотрел мне вслед, я чувствовал его взгляд спиной до самой двери.
За вещдоком я пошел к Прайсу. Поврежденный жгут проводов бортового компьютера сняли со стенда еще при первой проверке и упаковали как улику.
Тот самый жгут, что в официальном заключении числился «оборванным вибрацией». Прайс выдал его под роспись, в опечатанном пакете, с той же кислой миной.
Местная лаборатория НАСА оказалась под стать всему тут. Просторная, светлая, набитая аппаратурой, о какой в вашингтонском отделе только мечтали.
Я попросил стереомикроскоп и оптический компаратор и молодой лаборант, польщенный участием в деле федерального агента, расставил все на столе, притушил лишний свет и отошел в сторону.
Жгут представлял собой толстую косу из десятков цветных проводов, стянутых лаковыми нитями. Часть разводки, идущей от бортового компьютера к диагностическому разъему испытательного стенда.
Один провод в косе был перебит. Я закрепил конец под объективом стереомикроскопа, навел резкость и склонился к окулярам.
Медная жила прыгнула в поле зрения крупно, как канат.
Официальное заключение говорило, что это обрыв от вибрации. Но провод, перетертый или лопнувший от тряски, дает рваный край, растянутую шейку, где металл истончается и рвется волокнами, с неровным, лохматым торцом. Такой обрыв ни с чем не спутаешь, я видел их десятки.
Здесь ничего похожего не было.
Торец жилы уходил ровным зеркальным срезом, гладким, чистым, под углом. Не рваным, не растянутым.
Металл срезали одним движением, как срезают стебель острым ножом. Причем срез шел не поперек, а наискось, под сорок пять градусов.
Так провод не рвется. Так его режут.
Я подложил под объектив компаратора линейку с сеткой, замерил ширину среза и угол, отснял торец на пленку для протокола. Кадр за кадром, с масштабной шкалой в поле.
Потом попросил лаборанта принести из микроэлектронной лаборатории комплект прецизионных бокорезов с твердосплавными губками. Тех самых, которыми той ночью, если верить журналу, орудовал Вэнс.
Я свел под компаратором две картинки, срез на проводе и кромку губок бокореза. Ширина реза совпадала.