Страница 70 из 72
Глава 24
Локомотив ускорил ход. Видимо кочегары разгоняли машину как могли, чтобы как можно быстрее промчаться через самый опасный участок. А куда опаснее-то?
Станция осталась у нас за спиной. Горящие здания и строения прилегающих к ним складов пока что дымили справа, но еще чуть-чуть, еще немного и мы проскочим. Да и не было там для нас ничего сверх опасного. Видимо, как предполагала разведка, основные ударные силы немецкой танковой дивизии ушли на север.
А мы неслись на восток и расстояние стремительно сокращалось.
Все отчетливее было видно что за мостом идет бой. Красноармейцы, сто девятнадцатая бригада, самоотверженно атаковали. Пожалуй целый батальон сейчас пытался прорваться к переправе. И фрицы, судя по всему, не очень поняли что происходит. Их там было, из того что я видел, около роты и пара ханомагов. С этой стороны моста в изгибах местности пряталась пара танков, все тех же уже знакомых мне троек. Один прямо у железнодорожного моста. Второй выведен сильно южнее, метров триста. Его я заметил только по грохоту выстрела. Проследил откуда бьют.
Били пулеметы, шел ожесточенный бой. Фрицы очень не хотели, чтобы Иваны, прущие с востока, взяли мост. Скорее всего они считали что мы хотим его взорвать. Почему артподготовка была нанесена по станции. Все понятно — тыл, снабжение. Очень неприятный для фрицев момент, но терпимый. Они не учли наличие артиллерии, не прикинули, что ее смогут нацелить и что у нас там столько боекомплекта. Война, такое случается.
Но и ущерб был не такой великий. Не удалось накрыть десятки загнанных на станцию танков. Хотелось, да. Но все же мы пощипали им нервы.
А вот идущий на прорыв бронепоезд их явно удивил. К тому же по рации передать о нем могли только в самые последние мгновения. Откуда? Там, с юга на станцию наступала пехота при поддержке пушек. И немецкие командиры, уверен, рапортовали об успешном отражении удара. Прорыва — то считай не случилось. А тут железный монстр.
Как чертик из табакерки стальной гигант стремился к мостам через реку на востоке.
Вот он момент истины. Рванут фрицы мост перед нашим носом или нет? Что им важнее, пропустить бронепоезд или подорвать переправу?
Что больше всего меня беспокоило так… Да! Черт! Вот оно!
Немецкая тройка зафырчала и пришла в движение. Та, что стояла вблизи моста. Что сможет ей сделать пехота с той стороны реки? Ничего. Что можем сделать мы?
Грохнуло курсовое оружие. Снаряд ухнул рядом. Метров пять от гусеницы. Отлично, поняли угрозу. Я смотрел во все глаза, вжимался в новодельный борт. Закусил губу и пытался понять как! Как я могу помочь? Но идей не было. Никаких.
Мне бы РПГ! Это хоть что-то. А так… Ни в трофеях, ни у наших я не видел винтовочных гранат. Плохое, но за неимением лучшего, хоть какое-то средство противостояния бронетехнике противника на дистанции большей чем бросок.
Малый шанс жахнуть и попасть по гусенице, хоть какой-то.
Танкисты, судя по всему, приметили нас. Башня начала разворачиваться, а сама машина понемногу стала ползти к полотну. Командир танка отчаянный или… Или откровенно безумный.
Я смотрел, считал, прикидывал. Успеем или нет? Успеем или…
До выстрела по нам точно нет. Башня развернется, и с учетом их скорострельности, выдаст три-четыре бронебойных с очень неприятной близкой дистанции. Что потом? Потом мы проскочим мимо и по нам влупят еще, по корме.
А если он выедет на рельсы?
Такого можно было ждать от русского человека, но не от педантичного немца. Но видимо и в вермахте встречались безумцы. Я прикинул вес. Конечно состав на порядок, пожалуй, превосходит танк. Инерция колоссальная и если мы врежемся, его скинет, может даже перевернет, отбросит. Бронетехника будет выведена из строя. Но! Самое важное то, что и мы не выстоим. Будь мы просто машиной с таким весом, единым комплексом, то все бы было не так плохо, но поезд, это состав, сцепка. Раз. Второе, мы идем только по рельсам.
Удар и весь состав пойдет под откос, прямиком в реку.
Сука! Судорожно думал что делать и не находил выхода.
Однако ситуация изменилась сама собой. С нашей стороны мост охранялся слабо. Кардон в трехстах метрах со второй тройкой и там линия обороны. И слабое прикрытие. Мотоциклисты, человек десять. Видимо отсюда, из своего тыла, немцы не ждали удара. Люди стояли для порядка и чтобы обеспечить прикрытие технике, не дать мирным гражданам или диверсантам одиночкам подойти к мосту.
Диверсанты к мосту не пошли.
Из изгибов местности по мотоциклистам, засевшим в плохо построенных наших еще дотах, ударил пулемет. Хлесткая длинная очередь. Огонь из ППШ добавил силы этому удару. А следом, когда все вмиг затихло, в замерший на миг танк полетели бутылки с зажигательной смесью. Три.
Я не видел кто это делает. Смотрел во все глаза и понимал, работают четко и слаженно.
Разведка? Трое, похоже на то.
Сердце мое забилось сильнее, с новым ритмом. Николай Иванович Архипов. Улыбчивый лейтенант. Ты отдаешь свою жизнь и жизнь своих товарищей, чтобы мы прошли. Было понятно, что шанс выжить в такой ситуации минимален.
Следом за бутылками, которые подпалили траву вокруг танка, попали на броню и полыхнули там, полетели две гранаты. Вновь ударил пулемет. Еще две гранаты.
Разведка, я уверен это были они, смещались, меняли позиции, били из всего что у них было. Отвлекали врагов на себя. И танк замер. Его командир, полный решимости идти на таран, понял если не убить этих Иванов, они сожгут его.
Танк заворочался на месте. Ударил курсовой пулемет, прорезая заросли, откуда атаковали разведчики. К нему присоединился второй, башенный. Потом от самого моста еще один и еще.
Вновь хлопнуло наше курсовое орудие. К нему присоединился огонь одного пулемета. Я узнал звук трофейного МГ, Петров работает. Грохнули дегтяревы. Ими были видимо вооружены бойцы на первой платформе. Боковые пока что не могли выцелить врага.
Снаряд угодил танку прямо рядом с передним катком или прямо в него. Поднялся столб земли. Раздался скрип стали. Тройка не была уничтожена, но главную угрозу удалось снять.
— Молодцы! — Процедил я. — Молодцы!
Глянул назад. Иванов лежал, выцеливая противника. Выжидал. Красноармейцы тоже ждали. Лица их были собранные. Теплилась надежда, что разведчики рванутся к бронепоезду и их удастся спасти.
Танк грохнул фугасом куда-то рядом с собой, поднимая столб земли. Пулеметы его продолжали косить окружающее пространство. Сам он вертелся как мог, но гусеница слетела и повороты стали все более неказистыми и неуклюжими.