Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 50 из 72

Морда ханомага чуть поднялась. На гусеничном ходу он ускоряясь закатился за дом, в сад. Уперся в яблоню, заскрежетал. Дерево не было исполинским, больше разлапистым. Ветви хрустнули, посыпались плоды, еще не совсем даже яблоки, больше завязь размером с грецкий орех.

Мотор взревел сильнее. Дерево застонало.

— Назад! Все назад! — Орал я, но сам следил со своей отличной позиции за дорогой. Нужно прикрыть парней, дать им возможность уйти.

Так, вон разведчик перебирается. Трубицын. Вижу. Бережной, вроде тоже, в дыму стремится на нашу сторону. Что с Петровым и Ивановым? Пулемет строчил из дыма, но они на нашей стороне, это хорошо.

— Назад! Отходим!

Фрицы со своей стороны подтягивались к крайним домам, стремились к обочине.

Метнул гранату, вторую, третью. Колотушки можно было не жалеть, уверен трофеями разжиться нам скоро удастся, а тут нужно прикрыть отход.

— Назад!

Васька занял позицию рядом, глянул на меня.

— Давай! К Петрову! Отходим!

Он кивнул, ползком двинулся к пулемету.

Яблоня наконец-то поддалась, завалилась, ханомаг дрогнул и ускорился, откатывался быстрее, уходил в дым. Разведчики двигались следом.

Грохнули мои гранаты, раз, два, три. Кто-то орал на той стороне.

Пора.

Я рванулся, прикрываясь кустарником, домчался до неказистых хозяйственных строений. Увидел как ханомаг пытается выруливать, но не справляется. Кормой он врезался в горящий дом, мотор загудел, машина двинулась вперед, колесо провалилось в какую-то яму. Железный зверь пытался выбраться, но водитель не был так опытен, как штатные немецкие. Бронемашина вертелась, пулемет молчал.

— Уходим! Назад!

Я подскочил к ханомагу. Бережной прикрывал, пара разведчиков тоже была тут как тут.

Взлетел к борту. Рука скользнула по иссеченному металлу. Весь в выбоинах. Что же там? Внутри.

До ушей донесся стон и брань. Зараза, без потерь не обошлось.

Водитель не глушил мотор, сам выбрался в основное отделение. Он подхватил пулеметчика, который говорил лишь одно:

— Не вижу, ничего не вижу. Петя. Я не вижу. Больно. Глаза, что с ними? Не вижу.

Второй, что прикрывал тыл, сидел у кормы, замер привалившись там же. Глаза открыты, пустые, смотрят в небо. Зубы мои скрипнули. Мертвец.

— Товарищ… — Начал было водила, но я был уже внутри, перемахнул ловко. Шаг. Подхватил парня. Мельком глянул. Лицо в крови, глаза залиты. Сочится она откуда-то из-под волос, со лба. Окалиной рассекло, может осколком задело.

— Жить будешь! — Выкрикнул я. — Вытащим.

— Глаза! Мои глаза! Как же я… Как…– Он нервничал, но услышав второй голос, чуть собрался.

— Принимайте, парни!

Еще один разведчик был у ханомага. Несмотря на бьющих по кварталу врагов, он не испугался, встал в полный рост.

— Давайте, товарищ политрук. Давайте.

Мы вдвоем с водителем помогли ослепшему перелезть. Тот под самый конец оступился, завалился, и принимающий его не удержал. Оба рухнули и это их спасло. Буквально в следующее мгновение очередь ударила по борту ханомага. Благо обычная. Не бронебойная. Фрицы поняли что машина погибает, смысла тратить дорогие боеприпасы нет, нужно крошить отходящих. Этим они и занялись.

Подтягивались к обочине.

— Хватай гранаты и оружие! И наружу. — Выкрикнул я.

Здесь было снаряжение тех самых убитых нами фрицев. Я подхватил ранец и разгрузку, даже не думая что там. Перекинул через плечо. Водитель последовал моему примеру и уже перелазил за борт. Между бронемашиной и горящим домом. Здесь было как-то поспокойнее.

— Отходить! Все назад! — Выкрикнул я. Потратил мгновение, чтобы найти сумку с гранатами.

Вот она. Хоть и не родная, но такая приятная глазу. Взял, перевалился со всей поклажей через борт. По звукам понял, что мои отступают, отходят, уносят раненого парня в задымленный квартал, а через него уже к своим. Теперь прятаться и медлить нельзя. Нужно быстро отходить. Фрицы вряд ли сунутся в огонь. Там же наши позиции. Черт знает, чем встретим. Атаку отбили, могут праздновать победу.

Достал две гранаты.

Пригнулся. Очередь ударила в борт, но меня прикрывали целых два. Спрыгнул. Присел. Свинтил колпачок. Одна, вторая, дернул шнурки и метнул. Одну ближе к мотору, там где рубка водителя, а вторую просто в центр, примерно куда-то. Может там еще что-то сдетонирует, хотя это вряд ли.

— Товарищ политрук. — Слух мой после дикой стрельбы еще не отошел, но голос Бережного я узнал.

— От машины, давай, давай.

Парень прикрывал меня, ждал. Мы начали отходить и я приметили Василия, который засел метров на пятнадцать от бронемашины, пальнул из винтовки раз, второй, отбежал еще. Дистанция метров двадцать на полусогнутых, влетели за какой-то сарай. Из-за него я высунулся. Дал несколько коротких очередей из шмайсера перекрывая пространство за нами.

— Что Петров⁈ — Выкрикнул ему.

— Передал! Отходит!

Пулемет слева больше не бил, значит и правда.

Вперед, рывок вприсяде, как-то по-звериному. Рюкзак трофейный я закинул на спину, разгрузку застегнул через плечо. Все это било по спине, мешало, но трофеи дело нужное. У нас своих патронов — то мало. А ситуация напряженная. Бой будет не простой.

Немцы орали за спиной. Ругались. Били по нам из винтовок. Пулемет не подтянули еще, запаздывал он и это, пожалуй, спасло. Они уже перебрались через дорогу, и их командир явно хотел начать преследование, а вот солдаты не горели желанием лезть в бой. Понимали что тут им не поможет выучка. В дыму легко можно напороться на злющего Ивана.

Взрыв, второй, гулкие. Треск пламени, резко вздымающегося к небу. Это полыхнул ханомаг. Видимо осколки добрались до мотора и бензобака. Хорошо, машина послужила и вышла из строя.

— Назад, назад. — Махнул я.

Васька был рядом, чуть левее, но в пределах видимости силуэта в этом диком непроглядном дыму. Мы втроем начали спешно, перебежками, ползком, кое-как отступать к своим. Разведка ушла вперед, это хорошо. Они тащили своего и не оглядывались. Ну а мы, выступая отрядом прикрытия, продвигались вперед, замирали, слушали. Преследования не было.

Слева движение, близко.

Я вскинул оружие.

— Свои! Свои!

Отлично — Петров и Иванов.

Грохнул немецкий МГ, по кустарнику и деревьям ударили пули.

— Ползком! Дальше ползком.

Фрицы наконец-то подтащили к обочине пулемет и начали короткими очередями поливать все пространство. Дым, не видно ни черта, только трассеры над головой. А мы ползем, продвигаемся вперед вжимаясь в землю, надеясь что она прикроет и спасет.