Страница 49 из 61
Так бывает, - хмыкает Апрель. - Зато теперь тебе не скучно, да? Подавившись дымом, смотрю на брата. Он сказал это без издёвки, просто как факт. А сейчас криво ухмыляется, поняв, что попал в точку.
Да, меня мучила скука. Последнюю пару лет точно. Но Царёва как-то умудрилась её развеять. Наши отношения вообще не были скучными. Они были бесячими. Иногда горячими. А иногда даже тёплыми.
Я... скучаю.
Нет, мне не скучно теперь, - хриплю в ответ. - Вообще, брат, нихуя не скучно А как?
Он с каким-то жадным любопытством заглядывает мне в глаза. Мол, скажи! Приоткрой занавес, впусти в свою душу!
Некомфортно, - выдыхаю, отворачиваясь.
И всё? - он явно разочарован.
Качаю головой.
Ещё... Я в бешенстве. В моей груди странно тесно. Мне... больно. Везде больно. В башке больно. От одной только грёбаной мысли больно
Какой мысли?
Смачно затягиваюсь. Перед внутренним взором пульсирует картинка: она и он, она под ним... И бьётся пронзающая насквозь мысль: он - её первый.
А должен быть я! Я и только я! Навсегда!
Выдыхаю дым вверх, вновь смотрю на Апреля. И признаюсь тихо: Мысль, что я реально её потерял, вообще нахер стирает весь смысл моего существования на этой земле. Как тебе такой ответ, брат?
Ух ты ж, блять... - выдыхает охреневший Апрель.
Сам в шоке, да.
Брат поднимается, протягивает мне руку.
- Поехали к Феликсу. Я за рулём…
Глава 44. Почему ты не можешь просто быть мудаком?
Варя
Уткнувшись в телефон, иду по универу. Какой-то странный ажиотаж вдруг под моими постами в ВК. Проверяю комментарии, а там..
Господи!
Как-то не подумала я, когда пыталась мстить Богдану, что на меня ополчатся девицы, сохнущие по Феликсу. Такой грязи понаписали... Прошлись по внешности, по одежде, по тому, как я улыбаюсь на фото. «Дешёвка», «выскочка», «думает, что если богатенький на неё посмотрел, то она особенная». Лана тут же, в комментариях, грызётся со всеми за мою честь. Строчит ответы один за другим, не стесняясь в выражениях.
Ужас какой…..
Вот оно тебе надо было, Варя? Всё это представление?..
Выхожу из универа, спускаюсь по ступенькам. Выхватываю взглядом белую Ауди, въезжающую на парковку. А я же просила его не приезжать!
Направляюсь к Феликсу. Выбравшись из машины, он подходит ко мне и вдруг распахивает обьятья. Смотрю на него непонимающе. Феликс крепко прижимает меня к себе и шепчет куда-то в висок: За нами наблюдают. Будь естественна.
Кто? - бормочу, уткнувшись носом в его грудь.
Вообще-то, его объятья тёплые. И на секунду можно представить, что это.. Нет. Ничего я представлять не буду.
- Тот, кому ты мстишь, - говорит Феликс тихо. - Он где-то тут. На парковке его байк. Богдан здесь?
Сердце начинает частить. Отстраняюсь от Феликса. Он открывает для меня дверь, а я борюсь с собой, чтобы не начать шарить глазами по территории кампуса.
Где он? Зачем приехал?
Быстренько сажусь в машину. Феликс захлопывает дверь, обходит авто, устраивается за рулём. Пока он заводит мотор, закрываю комментарии под своими постами, методично переходя от одного к другому. Что делаешь? - Феликс косится на мой телефон.
Комменты закрываю. Твои фанатки меня линчевать собрались. А, это, - он хмыкает, выруливая с парковки. - Ну, это обратная сторона твоей мести. Прости. За что извиняешься? Ты же не виноват, что на тебя вешаются все подряд. Не все, - он бросает на меня быстрый взгляд. - Некоторые упорно сопротивляются. Фыркаю.
У тебя их, кстати, так много, этих фанаток.
А ты сомневалась? - игриво дёргает бровями. - Я же неотразим. И скромен.
Скромность - удел посредственных, Царёва. Запомни это, - заявляет с важным видом. Качаю головой, но улыбаюсь. Хоть что-то смешное в этом дурацком дне. Куда едем? - спрашивает он.
В общагу. Вещи собрать для поездки.
Окей.
Какое-то время едем молча. Я листаю ленту, но не вижу ничего - в голове всё ещё крутится мысль о Богдане. Видел ли он нас с Феликсом? Что почувствовал?
Хочу, чтобы ему было больно.
И ненавижу себя за это желание.
Ты в порядке? - голос Феликса вырывает меня из мыслей.
Нет, - отвечаю честно. - Но это нормально. Я уже привыкла быть не в порядке Звучит депрессивненько, - хмыкает он.
Так и есть.
Он притормаживает на светофоре, поворачивается ко мне.
Варь, можно вопрос?
Давай.
Тебе хоть легче-то становится от своей мести?
Не знаю, - говорю честно. - Наверное, нет. Но я не могу просто... просто ничего не делать. Понимаешь? Он сделал мне больно, а я должна улыбаться и делать вид. что всё окей? Не должна, - Феликс пожимает плечами. - Но месть - это как пить яд и надеяться, что отравится враг. Это ты сейчас процитировал умное изречение из гугла?
Нет, это мне бабушка говорила, - он усмехается. - Она вообще много умного говорила. Жаль, я редко слушал. Светофор переключается на зелёный. Едем дальше.
А ты сам никогда не мстил? - спрашиваю.
Мстил, - кивает. - И каждый раз жалел потом.
Почему?
Потому что месть не закрывает гештальт, Варь. Она его только усиливает. Ты думаешь, что станет легче, когда он будет страдать. А потом он страдает, и тебе... ну, может, на секунду становится приятно. А потом - снова пусто. И ты понимаешь, что ничего не изменилось.
Он говорит это спокойно, без морализаторства. Просто делится опытом. И что тогда делать?
Отпустить.
Легко сказать.
Знаю, - он вздыхает. - Я же говорил - сам редко слушал бабушкины советы. Подъезжаем к общаге. Феликс паркуется у входа, глушит мотор. Я подожду, - говорит.
Может, долго провожусь.
Ничего. Мне спешить некуда.
У двери комнаты медлю... Почему-то боюсь открыть. Долго копаюсь в сумке в поисках ключей. Наконец нахожу, открываю... И вздрагиваю всем телом.
На моей кровати сидит огромный плюшевый медведь. Коричневый, мягкий, с глупой доброй мордой. В его лапах - белая коробка.
Подхожу к мишке, беру коробку и разглядываю её. Это телефон. Похоже, от Богдана. От кого же ещё...
Положив его на тумбочку, смотрю на медведя. Он такой большой, такой мягкий. Такой….. такой, блин, милый.