Страница 44 из 61
Красавец, Монстров. Просто красавец...
В душе отмокаю намного дольше пяти минут. Бреюсь, чищу зубы. Отражение в зеркале становится чуть лучше. А вот самочувствие - отстой. Ноги не слушаются, когда спускаюсь вниз по лестнице. Остап встречает с широкой улыбкой и возведёнными к потолку руками.- Он жив! - провозглашает торжественно. - Спасибо, Господи.. Придурок.
Пожимаем руки, выходим на улицу. Куда я собрался? Как я побегу? Мне бы пожрать, - хмыкаю, глядя на выходящего следом Апреля. Пожрём, не парься, - отмахивается он.
Вместо пробежки садимся в его Додж. Куда-то едем. Меня качает. Вискаря во мне слишком много, душем смыть хмель не получилось.
- А Вирус где? - оборачиваюсь к Остапу.
Взламывает какую-то хрень уже пятые сутки. Замкнулся, ни с кем не разговаривает. На Вируса похоже.
Смотрю в окно. Город проплывает мимо.
Приезжаем на пирс. Тот самый, где всё у нас с Варей началось. Охуенный выбор места, ребята. Просто охуенный.
Но вслух я никак не комментирую и вылезаю из машины. Морщусь от зимнего солнца. Оно яркое и какое-то холодное сегодня.
- Ну что, - Остап разминает плечи, - погнали?
И срывается с места.
Бежим вдоль моря. Галька хрустит под ногами, ветер бьёт в лицо. Лёгкие горят уже после первых ста метров. Ещё полкилометра выдерживаю чисто на характере.
Потом сдаюсь.
Падаю на гальку, хватая ртом воздух. Апрель садится рядом. Остап оборачивается, бежит на месте.- Слабаки! - кричит нам.
И уносится вдоль берега.
Я лежу и смотрю в небо. Облака ползут медленно, лениво. Наконец закрывают слепящее солнце. Всё, - говорю я. - Ты теперь наследник Monster Group. Я сейчас прям тут сдохну. Не сдохнешь, - Апрель усмехается. - От любви ещё никто не подыхал, Богдан. Приподнимаюсь, чтобы глянуть на этого придурка.
Чё ты несёшь? - морщусь. - Я от алкашки сдохну. И от вас, идиотов. Какой, к чёрту, любви? Той самой.
Плюхаюсь обратно. Мне даже спорить с ним лень.
- Расскажи, что случилось, - говорит он тихо.
С кем?
С тобой и Варей.
Зажмуриваюсь.
Зачем я вышел из комнаты? Там было лучше. Никаких братских разговоров, только алкоголь. Медленно сажусь, смотрю Апрелю в глаза и говорю как можно небрежнее:- Поигрался, надоело. Она была нужна для дела. Видео нет - Варя больше не нужна. Апрель смотрит без осуждения, без насмешки. Просто недоверчиво. Потом качает головоЙ.- Ты плохо стараешься, Богдан. И сам себе не веришь, а пытаешь убедить меня. Закатываю глаза. Под руку попадается небольшой камень - швыряю его в воду. Мне хочется поорать.
Прям поорать. Как какому-то неадеквату. Вместо этого я сухо улыбаюсь брату и выдаю:- Меня невозможно прочитать, Апрель. Не советую даже пытаться. Поднимаюсь.
Ты куда? - он задирает голову.
Пожрать. Потом выпить. Потом потрахаться. Обычные повседневные вещи. Сваливаю.
Мне прилетает вдогонку:
- Ты плохо стараешься…
Глава 39. Отомстить поможешь?
Варя
Феликс отдал мне свою спальню, из которой я не выходила почти сутки. Здесь хорошо, спокойно... Хотя совершенно неправильно оставаться в гостях у парня, который поспорил на меня так же, как Монстров.
Но в общагу возвращаться не хочется. Там всё напоминает о нас. А ещё мне страшно, что мы встретимся. Я, кажется, растеряла весь боевой дух и даже не представляю, как вынести хотя бы один взгляд Богдана, не говоря уже о целой дуэли.
Какая-то часть меня (совершенно неадекватная) надеется на эту дуэль. А другая часть, конечно, мечтает, чтобы Богдан отправился в другую вселенную. Чтобы ни шанса на встречу! Утром второго дня просыпаюсь с мокрыми щеками. Отлично, блин. Теперь я ещё и реву по Монстрову во сне Переворачиваюсь набок, пялюсь в закрытую штору окна. Темно. Может, и не утро сейчас. Думаю….. о маме почему-то.
Помню, как было сложно однажды осознать и признаться себе в том, что мать никогда меня не любила. В ней всегда преобладало желание воспитать меня правильно, чтобы я была прилежной, послушной. И никогда не было желания меня обогреть, приласкать. Слов любви она тоже мне никогда не говорила. И я научилась не верить в эту самую любовь.
А потом взяла и влюбилась в Богдана.
Почему? Почему он?
В памяти прокручивается тот эпизод на крыше, когда мы играли в глупую игру про вопросы. Тогда я, наверное, и стала смотреть на него иначе. Он... начал мне нравиться. Совсем чуть-чуть, но всё же. А потом... была драка в руинах. Богдан отстаивал мою честь, защищал вопреки всему, невзирая на наделанные ошибки.
Зажмуриваюсь. Так, стоп!
Ненавижу его!
Он делал это всё для собственной выгоды. Чтобы выиграть дебильный спор. Чтобы доказать всем вокруг, что может переспать с любой по щелчку пальцев.
За дверью раздаются шаги. Феликс не стучит - просто говорит негромко:- Варя? Я кофе сварил. И тосты сделал. Ну... попытался.
Надо вставать. Надо выйти к нему и делать вид, что всё нормально. Что я не
ревела полночи в подушку из-за человека, который этого не заслуживает Выходить не хочется...
Варь, тебе надо поесть, - настаивает Феликс. - Я захожу...
- Не надо! - выпаливаю я. Потом добавляю хриплым голосом: - Сейчас выйду. Он вроде бы уходит.
Сажусь на кровати. На тумбочке лежит новый телефон, ещё в коробке. Феликс принёс его вчера. Просто положил и сказал: «Твой старый разбит, а тебе нужна связь». Я пыталась отказаться. Он не слушал. Симка до сих пор в кармане куртки. Не вставляла. Надо бы с Ланой связаться, но я откладываю это на потом. Поднимаюсь, взъерошиваю себе волосы, чтобы как-то встряхнуться. В ванной привожу себя в порядок. Умываюсь холодной водой, собираю волосы в хвост.
Отражение в зеркале бледное, с красными глазами, но уже не такое жалкое, как вчера.
Хватит страдать по Монстрову.
Он поспорил на меня... Он спал с другой девчонкой. И совершенно (совершенно!) об этом не жалеет. Я для него была просто игрой.
Ладно. Окей.
На кухне пахнет кофе и чем-то горелым. Феликс стоит у тостера с виноватым видом. Подгорели, - признаётся он. - Но это единственное, что я умею готовить. И тс через раз получается. Как можно сжечь тосты? Там же таймер.
Отвлёкся.
Сажусь за стол, беру один тост. Хрустит угольком на зубах.
Нормально, - силюсь улыбнуться.
Врёшь, - хмыкает Феликс.
Выдавливает на тосты джем из пачки. Много, слишком много
- Пытаюсь замаскировать эти угли, - смеётся он.
Теперь получается улыбнуться вполне натурально.