Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 4 из 6

В этом, наверное, и есть одна из маленьких женских трагедий - нас можно разочаровать полностью, но не до конца. Где-то внутри все равно сидит крошечный внутренний редактор романтической линии и шепчет: может, потом начнется человеческое.

С человеческим не складывалось.

- Смотри, - сказал Артем и вдруг взял бумажную салфетку. - Я сейчас тебе покажу.

Он достал ручку. Я сразу почувствовала угрозу. Когда мужчина на первом свидании тянется к салфетке и ручке, это никогда не про стихи.

- Вот здесь, - сказал он, рисуя кружок, - это я. Вот здесь - моя компания. А вот здесь - моя личная жизнь, которой в идеале не должно быть отдельно от общей стратегии.

- Потрясающе, - сказала я.

- Нет, правда, посмотри. Большинство людей строят отношения хаотично. А я считаю, все должно быть прозрачно. Вот, например, первый этап - взаимный интерес. Второй - тест на совпадение ритмов. Третий - интеграция в график. Четвертый...

Я смотрела на салфетку.

На салфетке была схема. Стрелочки. Кружки. Один прямоугольник. И, кажется, таблица, где мы с ним уже существовали как совместный кейс.

- А это что? - спросила я, указывая на надпись в углу.

- Это наш возможный roadmap.

- Наш?

Он улыбнулся той улыбкой, которой, видимо, одаривают людей, выбранных в проект будущего.

- Ну а почему нет? Ты мне нравишься. Ты умная. Спокойная. Не суетишься. Это редкое качество.

Спасибо, подумала я. Особенно приятно слышать это как побочный эффект внутреннего эксперимента и легкого эмоционального онемения.

- И мне нравится, что тебя надо раскрывать, - продолжал он. - Большинство сразу стараются понравиться. Это дешевый ход.

Я сделала глоток уже остывшего кофе и подумала, что если бы я вела себя как обычно - смеялась, задавала вопросы, вступала в разговор - он, скорее всего, просто счел бы меня удобной. Но стоило мне включить режим слегка простуженной Снежной королевы, как он решил, что перед ним женщина-головоломка. Мужчины вообще любят додумывать там, где им просто не дают достаточно данных.

- Итак, - сказал он, завершив схему жирной стрелкой, - я думаю, у нас есть неплохой потенциал.

- Как утешительно, - сказала я.

- Я серьезно. Мне кажется, ты могла бы войти в проект на ранней стадии.

Я моргнула.

- Прости, что?

- Ну, не буквально в бизнес, - сказал он с легкой усмешкой, как будто это я не поняла очевидного. - Хотя, кстати, с твоим HR-бэкграундом тоже было бы интересно. Я скорее про нас. Про отношения. Просто я люблю, когда все осознанно. Когда люди понимают, куда идут.

На салфетке между нами лежал план нашего будущего. Не общего будущего в романтическом, человеческом смысле, а именно план. Как будто меня не пригласили на свидание, а провели через демонстрацию интерфейса.

В этот момент абсурд наконец достиг той идеальной температуры, при которой уже невозможно притворяться, что все нормально.

- Артем, - сказала я, - а ты когда-нибудь просто ужинал с женщиной?

Он удивился.

- В смысле?

- Ну, без диаграммы. Без стратегии. Без интеграции в график.

Он рассмеялся.

- Ты забавная. Мне это нравится.

Это тоже была очень мужская реакция. Когда женщина задает прямой вопрос, который невозможно удобно встроить в их версию вечера, ее проще назвать забавной.

Я посмотрела на него внимательно. Он не был плохим человеком. Даже, наверное, наоборот. Он был аккуратный, ухоженный, мотивированный, говорил без мата, не жаловался на бывших слишком много, не смотрел в телефон каждую минуту. Просто все, что в нем должно было быть живым, уже было упаковано в понятные формулировки. И, возможно, кому-то именно это показалось бы надежностью.

Но мне вдруг стало немного грустно.

Не из-за него. Из-за того, как легко в современном мире все начинает выглядеть как проект. Работа, тело, отношения, отдых, даже психика - все нужно оптимизировать, улучшать, отслеживать, упаковывать и презентовать. Иногда кажется, что людям уже не хочется любить - им хочется просто хорошо управлять рисками.

У меня когда-то были отношения с человеком, который тоже очень любил понятные схемы. Не стартапер, нет. Хуже - человек, уверенный, что если не говорить вслух о проблемах, они ведут себя прилично и не существуют. Это тоже была форма менеджмента, только более тихая. Потом оказалось, что чувства, как и пожары, плохо реагируют на игнорирование. Но сейчас это всплыло в голове лишь на секунду - не воспоминанием, а чем-то вроде легкого сквозняка из старой комнаты.

- Мне пора, - сказала я.

- Уже? - Он посмотрел на часы. - У нас только начался нормальный разговор.

- Боюсь, я еще не готова входить в проект на ранней стадии.

Он улыбнулся, думая, что это флирт.

- Это нормально. Я умею ждать хороших решений.

Конечно умеешь, подумала я. Особенно если предварительно оформил их в виде презентации.

Он настоял на том, чтобы оплатить кофе, и на выходе сказал:

- Слушай, мне правда кажется, что в тебе есть потенциал.

Никогда не знаешь, что именно добьет тебя на первом свидании: слова про маму, бывшую, бизнес или вот это вот загадочное «потенциал», произнесенное так, будто ты стартап, а не человек с сумкой, усталостью и ипотечными страхами.

- Спасибо, - сказала я. - Ты тоже очень... структурный.

Он, кажется, принял это за комплимент.

На улице было прохладно. Я пошла к машине и почти сразу достала телефон. Не потому что очень хотелось кому-то написать. А потому что после странного свидания человеку всегда нужен свидетель. Кто-то, кто подтвердит, что это действительно было, а не у тебя просто упал сахар и начались галлюцинации на фоне капучино.

Я открыла чат с Ильей.

Он нарисовал на салфетке план нашего будущего.

Ответ пришел через минуту.

Скажи спасибо, что не в PowerPoint.

Я улыбнулась.

Он предложил мне войти в проект.

На этот раз Илья ответил почти сразу:

Соболезную. Ты отказалась от опциона на любовь?

Я шла по тротуару и смеялась одна, как слегка ненормальная женщина, у которой вечер прошел настолько плохо, что это уже начинает работать как комедия. Начинаю думать, что книга все-таки была написана мужчинами. Чтобы женщины вели себя холодно, а они могли часами рассказывать о себе без помех.

Ну, эксперимент пока идет по плану. Правда, не твоему.

И вот это было обидно точнее, чем хотелось бы.