Страница 10 из 12
В этот момент Марк потянул подрулевой переключатель омывателя, и мелкие капли с шумом ударили по стеклу. Я непроизвольно вздрогнула от неожиданности.
- Трусиха, - усмехнулся он, даже не глядя на меня.
- Это я просто… от неожиданности, - оправдалась я, чувствуя, как ещё больше краснеют щеки.
- Ну да, ну да. Охотно верю.
Мы рассмеялись - легко и искренне. И мне кажется я слышала самый красивый смех в мире… Я вдруг поняла: куда бы Марк меня ни вёз, часть меня всё равно хотела оказаться там.
Даже если потом я буду ненавидеть за это и себя, и его.
Я хотела продолжения нашей совсем не случайной встречи.
И Марк, кажется, это понимал.
В салоне стало тихо - если не считать приглушённой музыки и шороха шин по дороге. Он был отвратительно самоуверенным, грубым и, к сожалению, достаточно привлекательным, чтобы я замечала это даже тогда, когда больше всего хотела треснуть ему.
Глава 4. Без масок
Мы подъехали почти к самому берегу какого-то озера, и Марк остановился уже практически там, где заканчивалась гравийная дорога и начинался песок.
В темноте невозможно было разобрать, насколько оно большое, но прохлада, тянувшая от воды, сразу давала понять, что озеро довольно внушительных размеров. Вокруг стояли высокие сосны, плотной стеной уходившие вверх, и из-за них место казалось ещё более мрачным.
На соседнем берегу мерцали огоньки - скорее всего, это были базы отдыха или частные дома. Я пригляделась внимательнее и только потом заметила остров в центре озера. Именно он и показался мне знакомым. Тогда до меня дошло, где мы.
Медвежье озеро.
Я знала это место очень хорошо. Наша дача была совсем недалеко отсюда. И от этой мысли стало как-то тревожно: мы с Марком оказались так близко к месту, где сейчас были мои родители, а я же вроде как должна была сидеть дома и спокойно готовиться к предстоящим экзаменам.
Марк вышел из машины, хлопнул дверью, и его силуэт закрыл лунный свет. Я осталась сидеть, не зная, что делать дальше: идти за ним или ждать его здесь. Когда он распахнул мою дверку, в салон ворвался ночной холод - сырой, тяжёлый, с запахом тины. Я тут же поёжилась, чувствуя, как холодный воздух медленно пополз по телу.
Марк заглянул в салон, упёрся одной рукой в крышу машины и посмотрел на меня сверху вниз.
- Ты что, так и будешь сидеть здесь? - спросил он.
Я отвела взгляд в сторону, на тёмную полосу воды за машиной, и сильнее вжалась в сиденье.
- Там холодно, - буркнула я, подтянув колени ближе.
Он наклонился ближе, и я невольно задержала дыхание, напрягшись всем телом. В голове мелькнула нелепая мысль: он что, тянется меня поцеловать?
Но Марк лишь протянул руку к ремню и отстегнул его. Потом, не говоря ни слова, потянулся назад, достал с заднего сиденья мягкий свёрток и снова посмотрел на меня.
Я осторожно перевела взгляд с его лица на ткань в его руках.
- Что это? - тихо спросила я, не двигаясь с места.
Наши пальцы едва соприкоснулись и электрический разряд прошил нас обоих…
Мы оба быстро отдёрнули руки, глядя друг на друга с нескрываемым удивлением. Кажется, это и было то самое, о чем пишут в книгах - та самая «искра». Похоже, мы только что на собственном опыте убедились: любовь - это не только химия, но и чистая физика.
В руках оказалась его толстовка - плотная, тёмная, одна из тех, в которых он разгуливал по универу.
- Надень, - бросил Марк через плечо, уже направляясь к воде. - Не хватало ещё, чтобы ты заболела и перестала ходить на пары.
- Какая забота, - съязвила я.
- Не переоценивай, - отрезал он.
Мне было приятно, что Марк обо мне заботится и, кажется, действительно переживает, что я могу простудиться. Эта мысль как будто согрела меня изнутри, и в конце концов я всё же выбралась из тёплого салона и вышла к нему.
Ночная трава была мокрой от росы; я сделала всего несколько шагов, и замшевые лоферы тут же промокли, неприятно холодя ноги. Я натянула его толстовку поверх кофточки. Она оказалась тяжёлой, мягкой и великоватой - настолько, что рукава почти закрыли ладони, а её край доходил мне почти до колен.
От толстовки пахло дорогим древесным парфюмом: кедром, сандалом и чем-то прохладным, перечным. В этом аромате не было ничего сладкого или уютного. Он был резким, притягательным - таким же, как Марк.
Этот запах я бы узнала из тысячи. Среди всех моих знакомых так пах только он.
Я сама не заметила, как притянула ворот к лицу, вдыхая самый желанный для меня аромат. И в этот момент, пока я стояла так, зажмурившись, в голове вспыхнула непрошеная мысль: что это вообще такое?
Это влюбленность? Или просто кокая- то нездоровая одержимость? А может, меня так сильно тянет к нему только потому, что он - моя полная противоположность, тот самый «запретный плод»? Я пыталась разложить всё по полочкам, но чувства так похожи друг на друга, что их легко перепутать.
Как понять, что происходит между нами на самом деле, пока я не зашла слишком далеко? Я боюсь потерять голову раньше, чем успею разобраться в своих чувствах.
Вопросы, на которые пока нет ответов, только этот дурманящий аромат, который сбивает с толку еще сильнее.
У берега тихо плескалась вода - то ли рыба всплеснула, то ли что-то шевельнулось в темноте. Я поспешила за ним, утопая в мягком песке и то и дело спотыкаясь о корни и мелкие кустарники.
- Марк! - окликнула я. Голос прозвучал громче, чем я ожидала, и эхом разнёсся над озером. - Зачем мы здесь?
Марк стоял у самой кромки воды, отвернувшись. Руки в карманах, плечи опущены. А по озеру, дробясь и мерцая, тянулась неровная лунная дорожка.
- Тебе не стоило садиться ко мне в машину.
Я остановилась.
- Ну да, это я уже поняла.
- Да нет, Даш, - он провёл ладонью по лицу и только потом обернулся ко мне. -Ты вообще не понимаешь, во что ввязалась.
- Я поехала с тобой, потому что ты сказал, что отвезёшь меня домой.
- А я не отвёз.
- Ого, спасибо, капитан очевидность. - Я скрестила руки на груди. - Ты забрал мой рюкзак, ничего не объяснил, увёз меня чёрт знает куда и всю дорогу вёл себя так, будто это прикол какой - то. По-твоему, это нормально?
Марк отвёл взгляд, будто подбирая ответ.
- Если хочешь, можешь называть это похищением.
- Ты сейчас серьёзно?
- Серьёзно. - Он снова посмотрел на меня, и голос у него стал тише. - Я не должен был так делать. Прости. Я не хотел тебя пугать.
Я растерялась. От него я ждала чего угодно - колкости, усмешки, даже очередной дурацкой шутки. Но не этого. Не такой... честности.