Страница 57 из 109
После завтрака я возвращалась к себе потерянная и понурая, однако в комнате меня ждал сюрприз: на кровати лежали пять роскошных платьев. Глубокие цвета, дорогие материалы, вышивка золотой и серебряной нитью, жемчужные пояса, разрезные рукава — да я за всю свою жизнь не видела такой красоты!
— Эйр Нуарэ прислал их вам в подарок, эйресс Фэрра, — прошептала Вейя с благоговейным восторгом. — Смотрите, какое кружево, какие ткани! Шёлк, бархат, парча, дамаск! Это же настоящие произведения искусства!
Эля вертелась вокруг, сама не своя от возбуждения и восхищения. А я стояла ошеломлённая, никак не ожидая ни даров, ни тем более такой щедрости. Эйр Синистер не просто думал обо мне — он заботился о том, как будет выглядеть его невеста.
Я улыбнулась и прошлась вдоль постели, рассматривая новые наряды. Думала выбрать для второго испытания одно из своих скромных платьев, но взгляд зацепился за алое с золотой вышивкой. Оно сияло, словно в нём заключили огонь.
— Это то, что нужно, — прошептала я самой себе и попросила служанку и сестрёнку помочь мне с примеркой.
Платье село, как влитое, и выглядело очень богатым, даже величественным. Единственный недостаток, что оно оказалось бархатным и тяжёлым, но я знала, как с ним справиться. Наряд был началом, но не всей моей задумкой.
Когда я объяснила Вейе, что мне нужна её помощь и чего именно я хочу от неё, девушка побледнела, словно увидела перед собой самого Тэнэброса. Ей казалось кощунственным переделывать подарок претёмного эйра, но я настояла.
И пока я весь следующий день бегала по Наэрису, организовывая своё выступление, талантливая служанка трудилась, не покладая рук.
Я договорилась с пажами об одолжении, попросила дэра Ремериса познакомить меня с его старинным другом — верховным маэстро Наэриса Мерку́сио Канте́лли, и напела ему мелодию, которую попросила сыграть для меня во время второго испытания.
После обеда, когда вернулась в спальню, я подняла платье перед собой и закружилась от радости. На первый взгляд оно казалось строгим, закрытым, недосягаемым. Но я знала — в нужный момент оно станет моим оружием.
Наряд был готов, музыку я доверила нужному человеку, так что мне оставалось лишь репетировать. И я готовилась до позднего вечера, пока ноги не сделались ватными, а голова — рассеянной и тяжёлой.
Ох, Виа, с огнём игр-раешь! — заявил Пуфик, который ошивался со мной весь вечер и видел мой замысел от начала и до конца. Вроде как хотел пожурить, а в голосе слышалась гордость. — Разожжёшь Чёр-рного др-р-ракона, потом не потушишь.
В этом и смысл, котик, — мысленно хихикнула я.
Дур-р-рилка, — глубокомысленно изрёк леонтир, но спорить не стал, что само по себе являлось добрым знаком.
И на следующий день, за час до заката, когда залы и галереи Наэриса готовились окраситься в золото магических кристаллов, я в последний раз всё перепроверила и выдохнула. Оставалось только успокоиться и настроиться.
— Вы необыкновенная, эйресс Вивиан, — Вейя помогла мне собраться, принесла воды и дождалась, пока я осушу бокал до дна. — Но, честное слово, я боюсь за вас.
— Спасибо тебе за всё, — я улыбнулась, хотя в груди предательски кольнуло.
Конечно, и меня переполняли страх, сомнения и волнение, но я оттолкнула их прочь, как лодку от берега. Отступать уже поздно. Буквально через час, в финале второго испытания, мне предстояло засиять так, как я не сияла никогда.
Я шла к центральному залу и ощущала себя не невестой, а натянутой струной: алое платье обтягивало грудь, мешая дышать, золото вышивки отливало тёплым пламенем, волнистые локоны, собранные в эффектный высокий объёмный хвост, щекотали шею.
К счастью, Вейя и Эля сопровождали меня. Без них я, наверное, упала бы в обморок посреди галереи. Я волновалась и в то же время предвкушала новую встречу с эйром Нуарэ.
На полпути мы остановились, расслышав напряжённые голоса. Сначала — властный, опасный, словно плеть, мужской. Потом — женский, растерянный, раздражённый, срывающийся на отчаянный шёпот.
Я жестом велела служанкам подождать и шагнула в тень боковой ниши.
Увиденное поразило меня: советник корэла — эйр Омалкар Вейт прижал к стене эйресс Селесту Нуарэ. Его ладонь лежала на камне рядом с её плечом, вторая, будто случайно, касалась шёлка на её талии.
Лицо мужчины — по-своему красивое, с резкими чертами и правильной линией носа — было слишком близко к её лицу. Серые глаза сверкали, как две льдинки.
— Эйресс Нуарэ, — говорил он вкрадчивым голосом, — вы упрямитесь уже не первый год. Я намерен назвать вас своей невестой до конца осени. Ваш род, кровь, красота, дар.. Всё идеально для рождения моего наследника.
— Отпустите меня, грант Вейт, — процедила эйресс Селеста и попыталась отстранить его плечом. — Вы перегибаете.
— Перегибаю? — советник хищно усмехнулся. — Я предлагаю вам выгодный законный союз, который возвысит оба наших рода. Вам не восемнадцать лет, эйресс. Честь семьи требует принятия решения.
— Как вы смеете.. — лицо сестры некроманта выглядело так, что она либо сейчас заплачет, либо вцепится корэлевскому ставленнику в лицо ногтями.
Я выступила из тени и ровно произнесла:
— Прошу простить, эйр Вейт, эйресс Нуарэ. Я услышала шум и.. громкие голоса. Всё ли у вас в порядке?
Влиятельный маг дёрнулся, точно его ударили. Светлые глаза вспыхнули злостью, но за моей спиной показались Вейя и Эля — трое нежеланных свидетелей вместо одного охладили его пыл. Эйр Омалкар распрямился, поправил манжет и процедил:
— Мы беседовали. Благодарю за вашу.. бдительность, эйресс Фэрра.
Он наклонил голову, точно собирался сжечь меня взглядом, да сдержался — не тот коридор, не тот час. Развернулся и ушёл, оставив после себя дорогой аромат ладана, кожи и диких трав.
Эйресс Селеста выдохнула и расслабилась — шумно, с дрожью, будто только что выбралась из холодной воды. К её щекам вернулась краска.
— Спасибо, эйресс Фэрра, — сказала она и даже попыталась улыбнуться. Не знаю, вспомнила ли меня, или повторила за эйром Вейтом, — вы вовремя появились.
— Он давно вас.. — я не подобрала приличного слова и произнесла нейтральное, — добивается?
— Слишком давно, — с горечью усмехнулась девушка и покачала головой. — Омалкар видит во мне выгодный букет из имени, крови и дара. Думает, что сумеет меня прогнуть. Синистер не станет принуждать меня к браку против воли, поэтому эйр перешёл к давлению.