Страница 55 из 109
Глава 15 Черный дракон узнает про опасный ритуал
Эйр Синистер Нуарэ
Ксилантис, Ларэин
Утро следующего дня
На следующее утро после свидания я проснулся спокойным и отдохнувшим.
Выслушал отчёт Рамси, пробежался взглядом по сводке новостей, которую он принёс. И снова отправился в Ларэин, теперь уже с Киллианом. Полагаю, убийца не станет ждать, пока некромант выберет невесту и устроит свою личную жизнь.
— Ты сегодня весел, Син, — с улыбкой заметил в экипаже Лафабьер. — Эйресс Фэрра сумела тебя развлечь?
— Вроде того, — я улыбнулся тоже, но не стал вдаваться в подробности. — Какие новости?
— Наблюдающий донёс, что по ночам ты спишь, — хмыкнул Голос тени. — Жаль, я надеялся на драматический поворот событий.
— Киллиан, я спрашивал о Морвэнах.
— Ну как тебе сказать.. — друг сделал вид, что задумался. — В их родовой особняк меня точно больше не впустят. Натан Морвэн подпалил мне дублет — любимый, между прочим! А Фарен расщепил вазу с цветами и столик, на котором она стояла, но на большее его не хватило.
— Или он сделал вид, — я потёр подбородок. — Да уж, провоцировать ты умеешь, Килл. Выбери доверенных теней, пусть установят слежку отдельно за Натаном и особенно за Фареном. До тех пор, пока не произойдёт новое убийство, и мы не подтвердим их непричастность, они тоже под подозрением.
— Список подозреваемых невелик, — пожал плечами Лафабьер. — Сделаю.
— Упускаешь ма-аленькую, но существенную деталь: Дэстар, Нуарэ и Морвэн — три некогда сильнейших рода некромантов, которые присягнули короне и корэлу. Но не все тёмные маги последовали нашему примеру. Есть те, кто скрывается, и служит только себе. Говорят, много независимых некромантов в Альванди́ре, а это корэлевство — наш ближайший сосед.
— Там у нас нет власти, и наши руки связаны, — заметил Голос тени.
— Да, но глаза не завязаны, и.. — я осёкся, потому что пресловутое сравнение отбросило меня в вечер, когда в мою ванную комнату проскользнула одна бесстрашная Ласточка.
Я не рассказал про неё даже лучшему другу, хотя Килл от пикантной истории пришёл бы в восторг. Бывают сокровенные моменты, которые хочется оставить только себе.
— Си-и-ин, с тобой всё в порядке? — настороженно протянул Лафабьер.
— Да, я отвлёкся, извини, — встряхнул волосами, стараясь отогнать неуместные воспоминания. — Я к тому, что если мы не можем действовать, то можем следить. И расширить сеть наших шпионов. Начнём с граничащих с нами окраин Альвандира и его столицы — Рагмо́ра.
— Ты.. отвлёкся? — переспросил друг. — Ты, Син? Что же устроила эйресс Фэрра, что ты до сих пор витаешь в облаках?
— Не зли меня, Килл, — предупредил я, сдерживая улыбку. — Сеть информаторов сама себя не развернёт.
Он ухмыльнулся, но промолчал.
Когда мы добрались до местного Корпуса теней, его каменный дом гудел, как растревоженный улей, — люди, перья, бумаги, запах пыли и травяного отвара. Капитан Меррик встретил нас на пороге своего кабинета.
— Эйр Лафабьер, эйр Сирести, — он поклонился с уважением, но без раболепства. — Проходите. Новости.. ну, скажем честно: не ахти. Похоже, что убийца затаился. Никого не трогает уже несколько суток.
— С момента нашего прибытия, — заметил Киллиан, прищурившись, и указал на дату в протоколе. — Любопытно.
Мы переглянулись и поняли друг друга без слов: мы с Голосом тени вспомнили имя одного и того же человека.
— Убийца — не дурак, — признал я с лёгкой досадой. — Умеет слушать и умеет молчать. Единственное, что мне не до конца ясно — это его мотивы.
— Кто знает о нашем поручении и о том, что мы в городе? — спросил Лафабьер.
Капитан скрестил руки и задумался.
— По идее — никто, кроме меня и патолога Фосса. Приказы отдаю я, докладываю вам тоже я. А, разве что приходил человек.. Эйр советник с печатью корэла. Подозрительно.. Э.. Любознательный.
— Эйр Омалкар Вейт, — подсказал я.
— Да, точно! — обрадовался Меррик. — Сказал, что в Ларэине не только Голос Тени, но и сам Тень Короны! Видно, инкогнито.
Капитан посмотрел мне прямо в глаза, я улыбнулся, и с ним мы тоже поняли друг друга без слов. Настоящая тень — наблюдает, делает выводы и молчит.
— Хочу подчеркнуть, капитан Бартон, — Киллиан добавил в голос стальных ноток, — что эйр Омалкар Вейт действует неофициально, по собственной инициативе. И так как я не могу нести ответственность за его действия, я прошу вас не допускать его к подробностям и материалам нашего дела.
— Я бы и рад, эйр Голос тени, — хмыкнул Меррик, — да только как я откажу высокопоставленному магу с золотой печатью корэла?
— А вы не отказывайте, капитан, — подсказал я. — Займите гранта-энтузиаста делом: пусть соберёт и подпишет сотню бумаг, отчётов и подтверждений, чтобы получить доступ к закрытой информации. Говорят, эйр Вейт в этом хорош.
Бартон кивнул, сдерживая улыбку. Затем они с Киллианом переглянулись и оба засмеялись в голос. В любой точке Ксилантиса тени говорили на одном языке.
Мы выслушали отчёты: допросы хозяев постоялых дворов, список кораблей, что пришли в бухту, список тех, что ушли ночью; кто из купцов прислал донесение о пропаже дочерей, кто — угрозы. В итоге ноль.
Убийца слился с камнем, а мы бились о стену.
И ушли, забрав с собой раздражение, как песок в сапогах. Прогулялись по улицам города — и ни одного крючка, чтобы зацепиться. Рыбаки латали сети, торговки ругались из-за места, дети гоняли тряпичный мячик по набережной.
Ничего необычного.
— Шутки шутками, а я в тупике, — признался Килл, стиснув зубы. — Второй раз за месяц. Мне это не по душе.
— Спустимся к воде, — предложил я.
— Искупаться решил? — фыркнул он, но пошёл за мной.
Мы миновали порт, и спустились на пустынный дикий пляж — с этой стороны Ларэина волны были слишком бурными, а берег — скалистым, чтобы лезть в воду. А потому нам сопутствовали только чайки, пара бакланов на валуне и неуловимые силуэты ласточек над волнами.
«Ох уж мне эти ласточки!» — усмехнулся я в мыслях.
Разулся под изумлённым взглядом Лафабьера и зарылся босыми ступнями в песок.
Недаром земля и огонь считаются стихиями, близкими некромантам. Они помогают успокоиться и сосредоточиться. А вода — естественный природный проводник между жизнью и смертью. Место подходящее.
— Ты что задумал? — прищурился Килл.
— Спросим у того, кто видел смерть ближе всех. И у кого нет причин нам врать.