Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 53 из 109

Красавица расстегнула серебряную подвеску и позволила ей соскользнуть в ложбинку груди. Я сглотнул и поймал себя на мысли, что отдал бы всё золото Рагонтара, чтобы оказаться на месте этой подвески.

Эйресс Вивиан повернулась ко мне вполоборота и подняла руками волосы, обнажая плечи. Я застегнул колье и не удержался от соблазна — наклонился и чувственно поцеловал её в шею.

Лёгкое нежное прикосновение обожгло нас обоих. Она вздрогнула и отстранилась. Мы смутились, как дети, которых поймали за шалостью.

— Я тоже выбрала кое-что для вас, — поспешила сказать невеста, будто сглаживая неловкость, — на память о сегодняшнем свидании.

Она протянула мне маленькую коробочку. Внутри лежала серебряная брошь в форме звезды с вытянутыми лучами, усыпанными сияющими кристаллами, словно они могли пронзить тьму.

Оправа мерцала холодным светом, а в центре переливалась жемчужина, как если бы в ней хранился лучик света Ланиры. Между главными лучами располагались меньшие — словно искры, вырвавшиеся из сияющего центра.

— Она очень красива, эйресс Фэрра, благодарю.

— Я надеюсь, — робко улыбнулась девушка, — что эта звезда станет для вас путеводной и поможет вам обрести свою судьбу и счастье.

А я смотрел на неё и думал: может, мне вовсе не нужна путеводная звезда? Может, моя судьба сидит прямо передо мной, с трогательной улыбкой на губах и сияющими глазами, в которых тонет весь мир.

Я взял её за руку, притянул ладонь к губам и коснулся кожи поцелуем.

— Спасибо, — сказал вполголоса. — Я буду носить её всегда.

— Вы позволите, эйр Нуарэ?

Я кивнул, и она приколола брошь к моему дублету. Изящные пальчики задержались на моей груди на мгновение дольше положенного. Я накрыл её ладонь своей, и эйресс Вивиан улыбнулась, опустив ресницы.

С усмешкой подумалось, что её прелестная смущённая улыбка и этот день с загадками, десертами, цветами и робкими поцелуями уже вросли в меня так, что я не сумел бы их забыть, даже если бы очень захотел.

Эйресс Вивиан Фэрра

Ксилантис, Ларэин

Я не заметила, как свет Солира стал мягче и теплее, а его лучи окрасили белый камень Ларэина в золотисто-розовые тона.

Мы с эйром Нуарэ ехали в экипаже молча, но от этой тишины не становилось легче: у меня дрожали пальцы на коленях, а он смотрел в окно, будто не хотел выдавать, что думает обо мне.

Я знала, что последняя загадка ждёт нас на Клятвенной площади, и сердце вновь ускоряло темп. Он знал это тоже — не мой безумный сердечный ритм рядом с ним, а разгадку.

Когда мы вышли из экипажа, меня словно накрыла ласковая тёплая волна — шум городской площади, звонкий смех детей, запахи выпечки и моря, звуки лютни, флейты и бубна, от которых ноги сами пускались в пляс.

Площадь оказалась удивительно красивой и чистой: ровная брусчатка, цветущие кусты олеандра, а в центре журчал фонтан из белого камня и перламутра, сияющий прозрачной голубой водой.

Влюбленные пары подходили к нему, опускали в воду цветы и шептали друг другу клятвы. Я замерла, глядя на них и их трогательные, искренние, светлые чувства. Хотелось и смеяться, и плакать от переполнивших меня эмоций.

Эйр Синистер поравнялся со мной, его ладонь нашла мою, и он сплёл наши пальцы. Наклонился ко мне и спросил тихим голосом, словно доверял секрет:

— Эйресс Фэрра, не хотите ли вы тоже обменяться клятвами?

Я с нескрываемым удивлением посмотрела на жениха. В его глазах не было ни тени шутки или лукавства — только серьёзность и теплота.

— Хочу, — выдохнула я, гадая, да что со мной. Мне ведь уже доводилось встречаться с парнями и заниматься любовью, но этот невозможный мужчина выбивал почву из-под ног.

Мы подошли к ближайшему кусту, и он сорвал красный гибискус — яркий, пылающий, как огонь. Мы вместе опустили его в фонтан, и цветок закружился в воде, будто знал важность своей роли.

— Я клянусь, — начал эйр Нуарэ низким голосом, дрогнувшим от чего-то большего, чем просто слова, — что никогда в жизни не был так счастлив, как в этот день с вами. И что никогда его не забуду.

Я улыбнулась и прикрыла губы кончиками пальцев. Его обещание тронуло меня, и в глазах предательски защипало, поэтому я опустила ресницы и произнесла:

— Я клянусь, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы вы не смогли забыть не только этот день, но и меня, эйр Синистер. Мою улыбку, и голос, и смех, и свет. Моё лицо, глаза и губы.

Он пристально посмотрел на меня, будто хотел прочитать, что я скрываю между строк. Я и сама хотела бы знать, признаться. Смутившись, перевела взгляд на танцующих возле таверны людей — и музыка подхватила меня. Сама не заметила, как начала пританцовывать, напевая мелодию, и некромант протянул мне руку.

— Потанцуете со мной, эйресс Вивиан? — спросил с мягкой улыбкой, так разнящейся с его холодной надменностью во время нашего первого знакомства.

— С удовольствием, — согласилась я, и мы присоединились к другим парам.

Никогда не думала, что можно вот так танцевать — на площади, при всех, свободными, лёгкими, смеющимися. Мы кружились, прижавшись друг к другу, и каждый его шаг и движение отзывались в моём теле дрожью предвкушения.

Дракон вёл в танце уверенно, но мягко, и его глаза горели отблесками заката. Наши лица и губы сближались, нарушая все правила приличия, и никто не осуждал — напротив, люди вокруг улыбались, будто радовались чужому счастью.

Я не хотела, чтобы волшебное мгновение заканчивалось. Мечтала растворяться в изящных фигурах вечность, и чтобы закат не погас, и чтобы время остановилось только для нас двоих.

Увы, оно не замедлило ход. И я постепенно устала — дыхание сбилось, глупое сердце рядом с ним билось так сильно, что я сама испугалась. Жених заметил перемену и вывел меня из круга к краю площади, туда, где виднелось море Тиррэн, сиявшее в лучах уходящего Солира.

— Вы разгадали все мои загадки, эйр Нуарэ, — улыбнулась я, приблизившись и глядя на него снизу вверх. — Узнали меня глубже, чем я ожидала. И проявили себя наилучшим образом. Вы заслужили свою награду.

Он приподнял широкую чёрную бровь — за день я уже успела понять, что это характерная для него мимика — и с тенью улыбки молчал, ожидая развязки.

Я встала на носочки, потянулась к нему и коснулась уголка его губ нежным неуловимым поцелуем, прикрыв глаза.

— Для такого длинного путешествия, — хмыкнул он, когда я отстранилась, — награда маловата.

— А так? — я рассмеялась и запечатлела короткий дразнящий поцелуй в другом уголке его выразительных, красиво очерченных губ.