Страница 53 из 158
— Про Мэйсона, Мэйсона расскажи! Он и вправду такой красавчик?
— Нет! Лучше про Круза и Иден!
— Ну пожалуйста, пожалуйста! У тебя вино закончилось, ненаглядный мой. Вот, выпей ещё. Промочи горло.
Денис слушал-слушал их болтовню на сытое брюхо, да и задремал. Когда проснулся, увидел презабавную картину. Хозяйки сидели рядом с Валерой, а тот рисовал для них план на свитке папируса. О, ну это любимое его занятие — планы составлять. Вооружённый линейкой, циркулями, гусиными перьями и целым набором разноцветных чернил, он составлял для новоиспечённых фанаток Санта-Барбары самое полное генеалогическое древо благородных Кэпвел и Локридж, а чего про них не знал, то придумывал от себя. Им-то, бабам, всё равно его сказочки не проверить, не родились, как говорится, ещё те режиссёры и сценаристы...
— Девочки, а где у вас господинская комната? Мне, знаете ли, освежиться надо, — поинтересовался средневековый сценарист, заметив, что его товарищ уже проснулся.
— Какая комната? — не поняла было Присцилла и тут же спохватилась. — Вон туда, по дорожке, вымощенной розовым кирпичом, мой бесценный, там мы приготовили вам беседку для привычных нужд.
— Ладно, читайте пока то, что я вам написал, изучайте, а я вон той спящей красавице харю с мылом протру и назад вернусь, — Валера, хрустя суставами, поднялся из-за стола и кивнул напарнику, показывая направление.
Беседка типа сортир действительно обнаружилась неподалёку. Чистенькая, из сахарного белоснежного мрамора, украшенная небольшими колоннами. Валера забежал внутрь, крича «Ура!», и настороженно замер, изучая бронзовые писсуары в виде звериных голов. А ну как откусят? Вон какая голова льва с клыками на стене висит. А там крокодилья. И как в неё по большому? Боком? А зеркал-то сколько. Со всех сторон зеркала.
Денис заглянул в беседку и обратил внимание на перегородки с алыми шторами из шёлка.
— Я первый, — предупредил он.
— Пока не расскажешь, чего у них выглядел, только по маленькому! — резонно возразил его друг, прохаживаясь вдоль столика из морёного дуба, на котором лежали курительные трубки с длинными мундштуками, огниво и целая куча горшочков, наполненных табаком. Хм, действительно господинская комната, разве что карт не хватает. А как они их желания угадывают. Или это спонтанно?
— Так я же спал.
— Во-во. Жрал и спал, пока я им зубы заговаривал. А где результат? Может, ты подглядел чего, может, почуял? Где у них слабое место?
— Эм. Нету. Нету слабых мест. Все наши замыслы определённо потерпят крах вследствие ихнего всесилия, — почесав голову, признался Денис и, дабы не терять времени даром, скрылся за ширмой. Там он увидел золотой трон с дыркой и мягкой подушечкой в виде подковы и несколько оробел. Не так он представлял себе выгребную яму. Так, а где бумага? Бумаги не было, зато на полочке возле трона лежали три ракушки. Для красоты, что ли?
— Валер, а там у тебя нету полотенец? — поинтересовался он.
— Не-а. Только ракушки какие-то. Но как бы можно выкрутиться, водой, например, по-мусульмански.
— А может, платочек какой, тряпочку? А, дружище?
— От рубашки оторви, от своей, — посоветовал ему тот, несколько недовольный тем, что его обозвали дружищем. Сам же он быстренько осквернил одну из звериных голов и к моменту, когда Денис закончил за ширмой свои дела, вовсю занялся табаком. Он набил и раскурил сразу две трубки. Выбрал ту, что получше, а вторую отдал напарнику.
— Я же не курю.
— А теперь закуришь. Или куришь, или звездуй к девочкам. У нас тут как в армии. Кто не курит, тот работает.
— Понял.
Пришлось курить за кампанию.
— Хреновенькие дела, — помолчав пару минут, подытожил Валерий Васильевич. — Лучше бы ты меня, зараза, отравленным оставил. Всё же веселей помирать было, а сейчас я подсчитал, сколько мы на сериалах продержимся, и получается, не то чтобы много. А что дальше? А ну как они им наскучат? Нам нужны другие развлечения.
— Секс? — робко предположил напарник.
— Они замуж хотят, а ты опять про секс. Но вот зачем им это надо? Традиции? Мы ничего про этих тварей не знаем. Кто они? Откуда? И как долго ты собираешься выезжать на одном сексе? А если они нас слопают в первую брачную ночь? Как самки богомола?
— Ты же сам сказал, что дело не в еде?
— Логично. При таком-то изобилии.
Валера выразительно мотнул головой в сторону зала.
— Мы будем рабами, пленниками, мужьями на час, без зарплаты и премии, а про трудовой договор я совсем молчу. Чем же нам прикажешь разнообразить семейный досуг?
— Ролевые игры, БДСМ, доминирование, золотой дождь, классика, шибари, — Денис с готовностью принялся загибать пальцы.
— Фу-фу-фу! Ты где этого начитался? В СПИД-Инфо? Ты ещё им догонялки предложи. Кто кого догонит, тот того и того. А стоп!
Валера задумчиво поднял глаза к потолку.
— Наконец-то что-то умное пизданул. Современные спортивные игры нам помогут. Теннис, футбол, баскетбол, скакалка, да, это даст нам некоторую отсрочку.
— Танцы! — с готовностью поддакнул Денис.
— Иди! Иди и учи их джиге-дрыге, а я пока отдохну.
— Не-е-е.
— Тогда придумывай что-нибудь более интересное.
— Хорошо. Музыка, — предложил Денис. — Ты же на гитаре играешь. Цой, Хой, Летов, Никольский, а там, глядишь, как-нибудь до весны и дотянем.
— Опять я???
— Ну не я же? Ты же сам говорил, что мне медведь на ухо наступил. Так что не филонь. Я тебе накидал идей, а ты давай организовывай нам план спасения.
Валера горестно застонал и подошёл к большой вазе, стоявшей в углу помещения, и начал злобно вытряхивать в неё пепел.
— Есть ли у меня план? — спрашивал он сам себя вслух, постукивая чубуком о горлышко вазы. — Конечно, есть. Они заикнулись про библиотеку. И, судя по тому, что я выяснил, она очень большая. Я буду отвлекать самок, а ты будешь там искать всё, что может нам пригодиться. Хотя, по совести говоря, на моём месте должен быть ты. Есть возражения?
— Апчхи!
— Не понял?
Валера обернулся и с подозрением посмотрел на друга.
— Это не я, — быстрым голосом ответил Денис и указал пальцем на вазу. — Это она чихнула.
— Так звук вроде бы от тебя шёл.
И тут ваза подпрыгнула.
— Апчхи! Апчхи!
Валера тут же отбежал подальше от опасного предмета, но почти сразу же вернулся с двумя горшочками табака.
— Подслушиваем, значит? А ну вылазь оттуда! — потребовал он. — Иначе ты у меня насмерть зачихаешься.