Страница 80 из 92
– Скажи спасибо, что тут я, а не Моранди или Росси, – процедил Риви. – Языком бы казармы пришлось вылизывать в наказание.
– Виноваты, лейтенант, – пролепетал длинный, но Риви было плевать.
Он покинул патио через полукруглую каменную арку и направился кривыми переулками к тюремной стене. Миновал три кордона сонных погранцов. Спустился в подвал и долго шел один мимо пустых камер маршрутом, к которому за две недели успел привыкнуть.
Почему захотелось увидеть Минхи, Риви не знал. Кажется, просто посмотреть ему в глаза.
– А, лейтенант Риви, – прохрипел, звякнув кандалами, Минхи из угла. – Я вас ждал.
– Пришел убедиться, что вам можно верить, господин Сон. Потому что если я послушаю Моранди, змеи могут уничтожить Рим, а потом и Реджо. А если послушаю вас…
– А если послушаете меня, у вас будет ничтожный шанс выжить. Возможно, вас, как и меня, убьют. Вместе с жителями вашей деревни. Вместе с жителями вашего города.
– А если нет? – огрызнулся Риви.
– А если нет – будете мне должны, лейтенант Риви.
– Только не говорите, что нужно будет возносить заупокойные молитвы пророкам.
– Защитите человека, лейтенант Риви. Майор Фрост был не единственным с особенной кровью.
– Вы просите защитить Мину?!
– Я говорю не о ней, лейтенант Риви. Эта просьба – единственное, что я могу сделать для майора Фроста и Акиры. И хоть как-то искупить вину. Запомните, у вас есть время до конца зимы.
– Почему до конца зимы?
– У змей брачный период. Они спариваются и откладывают яйца. Хаяни самец, ему нужно продолжить род. Это инстинкт. Примерно к двадцатому февраля он закончит искать самок и впадет в спячку на месяц. Думаю, он будет в ущелье Проклятых, где я его и встретил. Но, конечно, он может быть где угодно. Так что у вас будет время что-нибудь придумать. Вы же помните, что его нельзя будить?.. Если он проснется не сам, то будет очень злым. И очень сильным. Но если избежать этого, то убить его будет возможно. И когда в конце марта змей проснется и придет за Акирой…
– А что, крепко дрыхнет этот ваш змей? – спросил Риви.
– Совсем не крепко, лейтенант, в этом-то и проблема. Он в полудреме и может общаться с другими змеями и даже им приказывать. Но нападать сам не будет. Лейтенант Риви, я снова чувствую дрожь. А вы?
Пол и правда резко задрожал, и ни через минуту, ни через две дрожь не прекратилась. Минхи упал на спину, Риви кинулся его поднять, и сухая ладонь вцепилась в пальцы.
– Я не смог пойти до конца, лейтенант Риви. Я предупредил майора о нападении. И он сказал, что если белый змей победит, я должен его убить. Кровь мертвой жертвы не дает змее ни разума, ни долголетия.
Риви попытался освободить руку – не вышло.
Дверь камеры распахнулась, и, балансируя на дрожащем полу, в зал вбежали двое пограничников, которых Риви не знал. Один грубо схватил Минхи за плечи, другой вырвал ладонь Риви и оттеснил его к стене.
– Держитесь подальше, лейтенант. Этот заключенный сошел с ума.
– Что вы делаете, его же завтра казнят, – сказал Риви, пытаясь освободиться.
– Некогда с ним возиться, у нас нападение на Реджо. – Пограничник по-прежнему прижимал Риви к стене и крепко держал его за локоть.
Второй приставил к горлу Минхи лезвие ножа.
Минхи смотрел прямо на Риви – и в его уставших красных глазах не было страха, только надежда.
– Акира Фрост, – произнес он по слогам. – Акира Фрост.
Нож, поблескивая в полутьме, полоснул. Минхи обмяк и затих.
– Уходите отсюда, лейтенант Риви. – Локоть наконец-то отпустили.
Дрожь прекратилась. Оба неизвестных быстро покинули тюремную камеру – холодные и отрешенные.
Риви смотрел на красную робу на грязном полу и на тело Минхи под ней: сухие руки с узловатыми пальцами, спутанные темные волосы, высокие плоские скулы, костлявые, обтянутые сморщенной кожей ноги. Подошел, опустил ладонь на глаза – лицо было теплым – и прошептал на северном языке:
– Пророк Донсу, прими сына Минхи в объятия свои и даруй ему жизнь вечную на Земле, и вечный покой, и вечную память.
И, помолчав, добавил:
– Прощайте, капитан Сон.
* * *
– Аспидова лихорадка, – сказал Риви, трогая взмокший лоб Кима. Ногти и уголки губ у него уже стали черными. – Откуда?
Акира дернулась, словно от острой боли, подошла ближе, сунула руку за подушку.
– Яда нет, – произнесла она одними губами.
– Синь.
Риви ощупал на всякий случай вялого Кима. Мокрое тело начинало потихоньку холодеть – значит, он мог умереть уже в первые сутки. Ким открыл красные глаза и посмотрел так жалобно и виновато, что Риви понял: искать бутылку бесполезно.
– Я за Синем. – Акира попробовала оттащить Риви за рукав, но он не сдвинулся с места.
Дом с драконами снова задрожал, будто испугался. Заходил ходуном пол, загудели светлые стены. На кухне падала с полок жестяная посуда.
Риви глянул на крышу. В горле стоял комок.
– Уходим! – крикнул он. Присел, подняв Кима на руки, и, подталкивая Акиру вперед, побежал к двери.
Едва они выскочили и отбежали, ханок дрогнул и с глухим стуком сложился, будто карточный домик, что любил строить майор Фролов. Риви огляделся. Невозмутимые козлы стояли поодаль, будто не понимая, чего это их хозяева так задержались. Акира подманила козлов, и Риви аккуратно положил Кима Джованни под бок.
– Теряю время. – Акира запрыгнула на своего козла, но Риви схватил ее за руку.
– Очень сильно трясет. Рядом много змей, Акира. Не ходи.
– Что значит «не ходи»? – прошипела она в ответ. – Нужно вернуть яд.
– Да, но…
– Маттео, я теряю время! – повторила Акира. – Последи за Кимом, но не подходи близко, чтобы не…
Но договорить она не успела. Послышался соколиный крик, и птица, сделав круг в воздухе, разжала когти и выпустила что-то из лап.
Акира отпрянула.
Риви испуганно посмотрел под ноги: кровь, свалявшиеся волосы, выпученные глаза и гримаса смерти, исказившая лицо.
Голова капитана Синя.