Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 9 из 32

Глава 7

Я не спала эту ночь. Не потому, что отчёт требовал правок — с этим справилась ещё к полуночи — просто не могла уснуть. В голове метались мысли. Я сидела на кухне своей съёмной однушки, сжимая в ладонях кружку с давно остывшим чаем, и смотрела в тёмное окно. Там моросил мартовский дождь, и капли стекали по стеклу как-то особенно тоскливо и беспросветно.

«Кто-то украл твой пароль» — сказал Кирилл.

Бывший не сказал «я тебе верю». Он буркнул «смени пароль». Казалось бы, формальность, техника безопасности. Ничего личного.

Но для меня это было личным. Больше, чем бывший мог представить.

Я прокручивала в голове события последних двух недель, пытаясь вспомнить, когда могла оставить компьютер без присмотра. В пятницу я уходила на обед и оставила его включённым, потому что думала, что отлучусь на пятнадцать минут. Вернулась — всё было на месте. Но кто-то мог зайти в отдел. Кто-то, у кого есть доступ, кто знает, как работают логи.

Катерина. Имя «королевы» жгло язык. Я почти физически чувствовала его вкус — горький, как полынь. Эта надменная стерва подставила меня и сделала это так чисто, что не подкопаться.

«Как?» — думала я. — «Как она достала мой пароль?»

А потом меня осенило. В первый день, когда я настраивала компьютер, ко мне подходил Антон. Он помогал с доступом к общему диску, что-то набирал на моей клавиатуре. А потом отошёл, и я не видела, что он делал.

Молодой, тихий, незаметный Антон с вечно взлохмаченными волосами и очками в тонкой оправе. Тот самый, который представился как «вопросы по технической части — ко мне». Неужели он?

Что я ему скажу? “Ты украл мой пароль?”. А если нет? Если он просто помогал мне, а пароль кто-то подсмотрел или взломал иначе? Я выставлю себя параноиком. Или хуже — начну подозревать коллег, и это дойдёт до Кирилла.

Я отложила телефон и подошла к окну. Внизу, на мокром асфальте, отражались огни ночного города. Москва не спит. Москва живёт, дышит, борется. Как и я.

«Ты не будешь жертвой, Алиса. Ты уже была жертвой. Три года назад. Хватит».

Подойдя к зеркалу, посмотрела на своё бледное отражение с тёмными кругами под глазами, с опухшими веками. Но сейчас в моих глазах загорелась решимость.

— Ты сильная, — сказала я своему отражению. — Ты пережила худшее, справишься и с этим.

Умывшись холодной водой, заварила свежий чай, села за ноутбук и начала собирать доказательства.

Утром я пришла в офис за час до начала рабочего дня и принесла с собой флешку, на которой сохранила все черновики отчёта, скриншоты времени создания файлов, даже фотографии с телефона — в субботу я действительно была у родителей, и у меня были снимки с семейного обеда, датированные и с геолокацией.

Я не знала, примет ли это Кирилл как доказательство, но должна была попытаться.

В отделе никого не было. Сев за свой стол, включила компьютер и первым делом сменила пароль на сложный, длинный, с цифрами и символами, такой, что невозможно подсмотреть или угадать. Потом открыла отчёт, который переделала ночью. Сверила каждую цифру. Перепроверила формулы. Добавила комментарии к расчёту, чтобы было видно логику.

— Готово, — прошептала я, сохраняя файл. — Теперь попробуй подделай.

И лишь после этого скинула отчёт Ольге и Кириллу, добавив в письмо примечание: «Финальная версия. Логика расчётов в комментариях к файлу».

Кирилл не ответил на письмо. Вообще никак не отреагировал. Не вызвал к себе, не прислал замечаний, даже «получено» не написал. К обеду уже начала нервничать. Не потому, что боялась ошибок — я знала, что отчёт идеален. А потому, что молчание босса было хуже любой критики.

Ольга подошла ко мне около трёх часов.

— Соболев принял отчёт, — сказала она, и в её голосе прозвучало что-то похожее на уважение. — Без замечаний.

— Правда? — я выдохнула, чувствуя, как напряжение отпускает.

— Правда. Он сказал, что работа сделана качественно. — Ольга помолчала. — И ещё пожелал, чтобы ты продолжала в том же духе.

Я лишь кивнула, стараясь не показывать, как меня тронули эти слова. Пусть формальные, пусть переданные через другого человека, но заметил и оценил мои старания.

— Спасибо, — сказала я, пытаясь спрятать довольную улыбку. В этом серпентарии никому нельзя показывать свои настоящие эмоции.

— Знаешь, Ветрова, я сначала думала, что ты… ну, не совсем на своём месте. Слишком тихая, слишком зажатая. Но после этой истории с отчётом… — Ольга покачала головой. — Ты умеешь держать удар. Это редкость.

— Спасибо, — повторила, чувствуя, как к горлу подступает комок.

Начальница ушла, а я осталась сидеть, глядя на экран, и вдруг поняла, что улыбаюсь впервые за две недели. Не широко, не радостно — но искренне.

Я справилась!

Но Катерина не была бы собой, если сдалась после первой неудачи.

В среду, когда я пришла на работу, меня ждал сюрприз. В почте имелось письмо от неизвестного адреса. Тема: «Интересное чтиво».

Чувствуя неладное, я открыла сообщение. В письме были скриншоты моего старого аккаунта в соцсетях, который забросила ещё три года назад. И оскорбительные комментарии от моего имени про «лохов», которые работают в найме, про «начальников-идиотов», про «стеклянные офисы для рабов».

Но я не писала этого. Никогда! К сожалению, скриншоты выглядели убедительно. Кто-то потратил время, чтобы подделать их качественно. Я сидела, глядя на экран, и чувствовала, как внутри закипает холодная злость, тяжёлая, как расплавленный свинец.

Королева хочет, чтобы я сломалась. Чтобы я пришла к Кириллу с этим истерикой, и он увидел, какая я «настоящая». В висках стучал пульс, но глубоко вдохнула и нажала «удалить».

Письмо исчезло в корзине. «Никаких эмоций, Алиса. Не играй по её правилам».

Но я знала, что это не конец. Катерина продолжит давить. И следующий удар может быть сильнее.

Теперь каждое мгновение я ждала удара в спину.

А на следующий день случилось нечто, чего точно не ожидала.

Я задержалась в офисе допоздна, разбирая старые отчёты, чтобы понять логику компании. Около девяти вечера, наконец, выключила компьютер, собрала сумку и вышла в коридор... И столкнулась с Кириллом.

Бывший стоял у кофейного автомата, сжимая в руке стаканчик. Его лицо на секунду дрогнуло. Маска сползла, и я снова увидела того, кого нельзя вспоминать. Уставшего, измотанного, с красными глазами человека, который тоже не спит по ночам.

Мы стояли в пустом коридоре, разделённые двумя метрами и пропастью в три года.