Страница 2 из 5
Алексей остановился вместе со всеми. К отправке он пришёл по распоряжению и теперь ждал следующей команды: назвать судно, проверить бумагу, указать место в очереди. Этот порядок был понятен. Что делать после Владивостока, ему никто не говорил.
— Освобождённые! Сюда!
Крик донёсся со стороны стола у склада. Несколько человек сразу двинулись туда. Алексей пошёл вместе с ними и через пару шагов заметил, что держится в середине группы: не впереди, где первым спрашивают, и не сзади, где хуже слышно команду. Он давно выбирал такое место, не задумываясь, и сейчас не стал его менять.
Рядом шёл низкий седой мужчина в телогрейке, явно с чужого плеча. На одном плече у него висел мешок; через несколько шагов он перебрасывал его на другое и каждый раз недовольно кряхтел. Мужчина заметил его взгляд.
— На «Индигирку»?
— Говорят, на неё.
— Билет дали?
— Нет.
Седой усмехнулся.
— Значит, одинаково едем.
Мужчина поправил мешок на плече.
— На судне, говорят, разберутся.
Алексей усмехнулся.
Очередь остановилась. Впереди двое спорили со служащим над списком: одной фамилии не находили, человек уверял, что утром его уже отмечали. Через несколько минут спор закончился ничем, и всех опять попросили подождать.
Слева прошла другая группа. Люди шли плотнее, по двое; рядом — вооружённая охрана. Алексей увидел винтовку, потом лица и отвёл взгляд к воде. Когда группа прошла, он заметил, что всё это время сжимал пальцы в кулак. Разжал их и сунул руку в карман.
Седой тем временем сел на свой мешок и начал развязывать верёвку.
— Что там? — спросил Алексей.
— Проверяю имущество.
Внутри лежали половина буханки, кружка, свёрнутое одеяло и пара портянок. Мужчина потрогал хлеб, заглянул под одеяло и снова затянул верёвку.
— Всё?
— Всё. Ничего не украли.
— Кто должен был украсть?
— Не знаю. Но теперь можно не думать.
Он хлопнул ладонью по мешку.
— Богатый человек.
Алексей сел рядом, на край низкого деревянного настила. От воды тянуло холодом. За складами работала лебёдка; металл отзывался на каждый рывок коротким тяжёлым звуком.
— Куда едешь? — спросил седой.
— Через Владивосток.
— Это все через Владивосток. Потом куда?
Алексей оглядел людей у причала. Фёдор спрашивал без особого интереса, просто чтобы скоротать ожидание.
— На запад.
— Далеко?
— Пока не знаю.
Мужчина кивнул и больше не расспрашивал.
Алексей знал адрес и мог бы назвать его без ошибки: улицу, номер дома, трещину на подоконнике. Он помнил дверь и старый стол у окна. Считать это место своим пока не решался.
Поэтому Фёдору он назвал только направление.
Мужчина достал хлеб, отломил кусок и протянул ему.
— Бери.
— У меня есть.
— Тогда мой не пропадёт.
— Оставь себе.
— Бери. Мне одному много.
Алексей взял хлеб, но не сразу откусил. Подождал, не скажет ли седой ещё что-нибудь. Тот спокойно ел свой кусок и, стряхнув крошки с колена, спросил:
— Работа у тебя какая?
— Была разная.
— Это не работа.
— С машинами приходилось.
— Чинил?
— Когда давали.
— Значит, не пропадёшь.
Алексей перебрал в уме знакомые работы: ремонт, разгрузка, что-нибудь у механизмов. Все они начинались одинаково — ему говорили, куда встать и что делать. Что из этого он выбрал бы сам, Алексей не знал.
— А ты? — спросил он.
— Столяр. Был, по крайней мере. Доеду — найду мастерскую. Если руки ещё помнят.
Седой показал ладони. Пальцы были широкие, ногти коротко обломаны.
— Варвара у меня и сын. Старый адрес знаю. Сначала туда.
После имени жены он ненадолго замолчал.
— Пишут?
— Давно нет.
Алексей не стал спрашивать дальше.
Седой затянул мешок потуже и протянул руку.
— Фёдор.
Алексей пожал её.
— Алексей.
— Фамилию потом спросят. Тут без неё никуда.
Алексей машинально снова проверил рукой внутренний карман.
Очередь двинулась.
Ближе к воде ветер стал сильнее. Между складами сначала показалась мачта, потом труба, затем тёмный борт. «Индигирка» стояла у причала тяжёлая, рабочая, со следами ржавчины и грязного снега на металле. По трапам шли люди, рядом поднимали груз.
Фёдор посмотрел на него.
— Не нравится?
— Какая разница.
— Вот и правильно. Главное, чтобы довёз.
У стола перед трапом снова проверяли документы. Очередь двигалась рывками: у одного не находили фамилию, у другого не сходилось число мест, третьего отправили к соседнему столу.
Когда подошёл Алексей, человек за столом протянул руку, не поднимая головы.
— Документ.
Алексей достал справку. Перед тем как отдать, расправил сгиб большим пальцем и только потом заметил этот жест.
Человек пробежал лист глазами.
— Лазарев Алексей?
— Да.
Он вернул справку и махнул в сторону трапа.
— Дальше.
Алексей остался у стола.
Человек поднял голову.
— Чего?
— Меня записали?
— Сейчас запишем.
Он подтянул лист, нашёл свободную строку.
— Фамилия.
— Лазарев.
Карандаш прошёл по бумаге.
— Имя?
— Алексей.
— Освобождённый?
— Да.
На этот вопрос Алексей ответил чуть быстрее, чем на предыдущие.
Человек поставил отметку.
— Всё. Проходи.
— Билет?
— Какой билет?
— На судно.
Служащий посмотрел на очередь за его спиной.
— На судне место скажут. Следующий.
Алексей убрал справку во внутренний карман и отошёл. Фёдор ждал в нескольких шагах.
— Ну?
— Пассажир.
— С билетом?
— Нет.
— Значит, всё-таки наш класс.
У самого трапа стоял ещё один человек со списком. Фамилию спросили снова.
— Лазарев.
Служащий повёл пальцем по строкам.
— Лазарьев Алексей?
— Лазарев. Без мягкого знака.
— Здесь так написано.
— Неправильно написано.
Сзади кто-то шумно выдохнул. Другой сказал, чтобы не задерживали проход.
Служащий уже собирался махнуть рукой, но Алексей не двинулся.
— Потом исправят, — сказал тот.
— Кто?
Теперь человек за списком посмотрел на него внимательнее.
Алексей прижал ладонь к внутреннему карману, где лежала справка.
— Исправьте сейчас.
Служащий взял карандаш, жирно зачеркнул мягкий знак и провёл сверху короткую черту.
— Лазарев. Теперь доволен?