Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 41 из 92

— И это ещё далеко не всё, — покачал головой Вил. И было не совсем понятно, соглашается он с королём или же имеет по поводу дуэлей своё собственное, отличающееся мнение. — Для проведения дуэли в Кленфилде будет организовано две площадки с выравненной почвой и нанесённой разметкой. А то ведь, знаете, как бывает? У одного секунданта шаги ого-го какие широкие, а другой отсчитает поменьше. И что тогда получится? Правильно, разные условия. Я не говорю уж о выше-ниже, против солнца или нет. Да, чуть не позабыл об ответственном за оружие, которое нужно будет брать напрокат за весьма изрядную плату, и дежурной бригаде неотложной медицинской помощи. — Коррехидор загнул несколько пальцев для наглядности. — Множество смертей на дуэли случается вовсе не из-за меткого выстрела, убивающего на месте, как произошло в вашем случае, — он чуть заметно поклонился в сторону подозреваемого, словно желал отдать должное его способностям, — а из-за того, что на месте не оказалось квалифицированного медика или чародея, способного быстро остановить кровотечение и унять боль.

— Ого, — искренне удивился Окири, — его величество, похоже, отнёсся к вопросу со всей серьёзностью. Медики, наблюдатели, юридическая поддержка.

— Я уже упоминал, что король собирается за несколько лет вовсе искоренить традицию, позволяющую цвету артанской нации вполне законно убивать друг друга.

— А вы, полковник, насколько я понимаю, уполномочены, — их собеседник смолк, подбирая подходящую формулировку, — провести своеобразное исследование на местах. Выяснить, как у нас в армии воспримут подобные нововведения?

— Не совсем. Его величество Элиаса не особо волнуют настроения офицерства, — усмехнулся коррехидор, — он ни на секунду не забывает о всей полноте своей абсолютной власти и уверен в поддержке Совета древесных кланов. Я должен скорее разобраться в причинах и следствиях, что приводят к печальным инцидентам по типу вашей недавней дуэли на Комендантской дамбе и изложить их монарху вместе со своими соображениями по поводу предотвращения подобного впредь. Вы, мало того, являетесь непосредственным участником событий, так вы ещё — и писатель, следовательно, глубже разбираетесь и лучше понимаете побуждения людей. Я надеюсь на вашу помощь.

— Почту за честь помочь младшему сыну самого влиятельного клана, — поклонился Окири. — Восславим же жёлуди!

Вил в душе поморщился. Подобного призыва в Дубовом клане не существовало, похоже, Окири придумал его только что. Вслух же он проговорил:

— То, что вы услышали от меня, естественно, не предполагает широкого обсуждения с вашими коллегами и друзьями. Эта информация строго конфиденциальна и, разумеется, секретна. — Окири серьёзно кивнул. А коррехидор посчитал момент достаточно удобным и задал вопрос. — Ваша вражда с Никки Дайямой ведь носила давний характер?

— Никки, ах, Никки! — с горечью воскликнул подпоручик, — вечно беспечный красавчик Никки обладал чудесным, лёгким характером и был настоящим добряком. Разве ж с таким человеком можно было серьёзно или длительно враждовать?

Вопрос явно носил чисто риторический характер, и чародейка удержалась от ядовитого замечания по поводу пули, всаженной между бровей этому добряку с чудесным характером.

Вил же ждал. Он хотел послушать, что именно станет дальше говорить их подозреваемый.

— Дружили мы с самого детства, — продолжал подпоручик, в очередной раз проведя рукой по пряди на лбу, — я уже, кажется, упоминал господину коррехидору, что имение моих родителей граничило с имением родителей Никки. Вот наши отцы дружили по-настоящему, а и мы с Никки были обречены на дружбу тоже.

— Не думаю, что сейчас подходящее время для рассказов о вашем безоблачном детстве, проходившем среди рисовых полей в живописном имении и старом деревянном доме, — заметила чародейка, вспомнив о самоназначенной роли «злого следователя», — оставшихся месяцев гауптвахты вам за глаза хватит, чтобы сварганить роман о своём детстве. Не думаю, что причина дуэли на Комендантской дамбе сокрыта столь далеко. Можете также опустить «ящериц» и «драконов» из Школы гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров, — на всякий случай добавила она, — не сомневаюсь, вы были в первых рядах курсантов, ревностно соблюдавших все традиции угнетения и унижения молодняка.

— Зачем же столь грубо и откровенно? — обиженно вопросил Окири, — пребывание в ящерицах с потерей одного сегмента бесконечного хвоста каждый день первого года существовало ещё с той самой Эпохи элегантности, когда расцвели и дуэли в Артании. Я ничего не выдумывал, а всего лишь вместе с другими курсантами прошёл нелёгкий путь от ползающего пресмыкающегося до благородного дракона.

Вил демонстративно вытащил из кармана часы с дубовыми листьями на крышке и озабоченно поглядел на время, давая окружающим понять, что не стоит предаваться посторонним обсуждениям.

— Не стану задерживать господина графа пустыми рассуждениями о былом, — проговорил Окири, точно уловив посыл, — просто скажу, что его величество абсолютно прав, усматривая главную причину многих дуэлей и последующих смертей в алкоголе. Питие спиртного входит в нашу культуру с незапамятных времён. Застолья, дружеские встречи, знакомства и даже ухаживания за прекрасными дамами не обходятся у нас без бутылки вина, а то и чего покрепче. А к чему подобное приводит? — он обвёл собеседников вопросительным взглядом и сам себе ответил, — к дурацким ссорам. Взять, к примеру, Никки. В трезвом виде он был чистым золотом, из тех, кто рубашку с себя стащит, чтобы отдать замёрзающему бродяге. Но стоило ему пропустить бокальчик-другой, как в него словно вселялся какой-то злобный и вредоносный демон, превращавший Никки в грубое, бестактное, а порой, и жестокое существо.

Мужчина тряхнул головой, словно отгоняя непрошеные воспоминания.

— К тому же он становился склонен к лихим поступкам, — продолжал Окири после секундной паузы. — Вот и в тот вечер, воспоминания о котором навсегда врезались в мою память и будут жечь душу чувством вины до самой смерти, он вёл себя также. Если б я только сдержал себя, если б простил Никки его дурацкие выпады и придирки! — писатель схватился руками за виски, словно хотел удержать рвущиеся наружу чувства. — Тогда бы Никки был жив, а его жена и родственники не оплакивали бы его. Но и моя голова была изрядно затуманена винными парами. Я не сдержал обиды, и всё обернулось так, как обернулось.

— Скажите, — остановила этот нескончаемый поток сожалений Рика. — Как вы стреляли?