Страница 99 из 146
Откройте или же закройте дверь…
В январе 1983 года Святой Престол обнародовал проект нового Кодекса канонического права, который не пересматривался с 1917 года. Новый документ содержал статью 1374 (заменившую собой прежний канон 2335), в которой оговаривалось осуждение секретных обществ, но уже без ссылки на франкмасонство. Последнее больше не считалось «сектой», но «ассоциацией». При этом возникал вопрос: если ложи отныне были освобождены от «сектантской» трактовки, то продолжало ли строиться обвинение оных на их предполагаемом заговоре против Церкви?
Иоанн Павел II вместе с составителями Кодекса замыслил упразднить те случаи, когда наказание отлучением от Церкви считалось необоснованным: 35 случаев из 42, среди которых фигурировала и принадлежность масонской ложе. Как стало известно позже, обсуждение данного предложения проходило бурно, а отказ от прежнего положения серьезно оспаривался некоторыми немецкими специалистами канонического права. Принадлежность к ложе отныне каралась «справедливым наказанием». Как? По усмотрению местного епископа? Вероятно, поскольку допускалось, что ситуация могла варьироваться в зависимости от каждой конкретной местности. Однако ясности эти обсуждения не прибавили.
26 ноября 1983 года, накануне принятия нового Кодекса канонического права, Конгрегация доктрины веры опубликовала свою знаменитую «декларацию», в которой подчеркнуто продемонстрировала возврат к прежним положениям. Нового префекта Конгрегации звали Йозеф Ратцингер. Будучи немцем, он, по сути, вернулся к декларации немецкого епископата 1980 года (одним из составителей которой сам тогда и являлся), отклонявшей все щедроты кардинала Сепера. Согласно этой декларации «посвященные» католики пребывали в состоянии «тяжкого греха» и, как вступившие в повторный брак разведенные христиане, должны были воздерживаться от причастия. Если этот грех был тяжкий и очевидный, а грешник продолжал упорствовать, в причастии ему могли и отказать (канон 915).
Примерно через год L’Osservatore Romano опубликовала большую анонимную статью под названием «Христианская вера и франкмасонство», объяснявшую, что на самом деле никаких изменений не произошло. По-прежнему сохранялась непримиримость и осуждалась тайна, возможно, потому, что она искажала вероисповедание. Но могла ли простая анонимная статья из L’Osservatore Romano перечеркнуть десять лет неопределенности?
Эта двойственность сохраняется и в наши дни. Иногда она становится причиной редких, но суровых и одновременно ничего не значащих ответных действий со стороны Курии. А также причиной открытых разговоров, в том числе и со стороны папы Бенедикта XVI, обратившегося в Париже 26 марта 2011 года в «Паперти послушников» со словами:
Если речь идет о строительстве общества свободы, равенства и братства, то как верующие, так и неверующие должны ощущать себя свободными в своем выборе, наделенными равными правами, позволяющими им вести личную и общественную жизнь в соответствии со своими убеждениями, и оставаться друг для друга братьями.
Итак, вопрос, кажется, решен: отныне каждый по совести может делать то, что считает нужным.