Страница 92 из 146
Когда все «братья» были христианами
В момент своего зарождения в XVIII веке франкмасонство несло на себе сильный отпечаток христианства. И причиной этому было то, что оно явилось наследником соборных зодчих, пользовавшихся «свободами» и объединенных в товарищества, защищавших свои профессиональные секреты паролями, символами, ритуалами и знаками. Уже тогда разделенное на три ступени (учеников, подмастерьев и мастеров) отличавших его членов от простых рабочих, это древнее франкмасонство выглядело вполне «действенным». Оно было тесно связано с широко распространенной в эпоху Средневековья христианской религией. Его верхушка состояла из пасторов и священников, следивших за тем, чтобы все эти братства зиждились прежде всего на вере в Бога.
Современное франкмасонство, вышедшее из строительных бараков каменотесов и создавшее кружки мыслительной деятельности и солидарности, стало «умозрительным». Официальной датой его основания принято считать 24 июня 1717 года, день праздника Святого Иоанна в Лондоне. В этом городе, превращенном гигантским пожаром 1666 года в огромную стройку, четыре ложи, главным образом протестантских, объединились в «Великую Ложу», возглавляемую англиканским священником французского происхождения Жаном Теофилом Дезагюлье и пресвитерианским пастором Джеймсом Андерсоном.
Фундаментальные правила этой Великой Ложи, опубликованные Андерсоном в 1723 году, не лротиворечили ни Богу, ни религии, даже наоборот. По утверждению Андерсона, каждый франкмасон должен был чтить веру в Бога и моральный закон, чтобы не стать «глупым атеистом или безбожным распутником». Первостепенным долгом любого франкмасона было сохранение верности Богу и уклонение от «ереси и споров».
Оригинальность «правил» Андерсона была в новаторской концепции своего времени, заключавшейся в межрелигиозной толерантности. Подлинное масонское «братство» можно было создать лишь при условии отделения от политики и религии (что в то время было одно и то же), которые более века топили Англию в крови. В этом несчастном разделенном королевстве ни одна религия не навязывалась в ущерб другой. Англикане, пресвитерианцы, кальвинисты и католики потрошили друг друга в течение почти двух веков. Все понимали, что франкмасоны сделают все, чтобы эти вечные религиозные междоусобицы не чинили препятствий их предприятию.
Религиозной толерантности как оттиску прагматизма и рационализма суждено было не только принести успех новым ложам, но и стать их ахиллесовой пятой. Ведь если провозглашалось равное уважение всех деноминаций, это означало, что ни одна из деноминаций не должна была рассматриваться выше других. Особенно настаивала на своей универсальности отстаивавшая непреложную истину Католическая Церковь. Ссылаться на христианство, да, но смешение различных конфессий в очищенное от догмы нагромождение могло лишь вызвать неудовольствие папы и кардиналов.
Выходит, что франкмасоны почерпнули в христианстве основные свои символы и действия: «братья», паперть, франкмасонское собрание, легенда о Хираме и Соломоне, число 33, храм, алтарь, колонны, крест, клятва на Библии, надпись «INRI[50]», свадебные и погребальные обряды, общая трапеза вплоть до поклонения Великому Архитектору Вселенной!
Между 1725–1735 гг. франкмасонство размножилось на континенте (во Франции и Италии) в разнообразных английских (большей частью протестантских) и шотландских (большей частью католических) вариантах. В 1730 году в Лондоне был посвящен Монтескье, а рыцарь Рамсей, ученик Фенелона, часто рассматриваемый в роли главного основателя французского франкмасонства, был приехавшим из Лондона католиком. Лорду Ричмонду, англиканцу и либералу, потомку незаконнорожденного сына Карла II, удалось в 1738 году подтвердить автономию «Масонства Французского королевства».
Развитие лож в XVIII в. не было однородным процессом. Порой он представлял собой игру, видимость, а иногда и легкомысленное, плутовское развлечение. В письме к своей сестре, эрцгерцогине Марии Кристине, Мария Антуанетта весело писала: «Здесь собран весь свет!» Это было время, когда поднявшаяся эзотерическая волна привела к многочисленным мифическим разглагольствованиям. Франкмасонство строилось на библейских, соломоновых, ессей-ских, друидических, пифагорейских, кабалистических, тамплиерских основах, широко используя различные символы, псевдооткрытия, и неестественные секреты. Иногда становилось известно, что какая-нибудь франкмасонская ветвь, наподобие Stricte Observance[51] в Германии или баварских Illuminâti[52] заявляла, что ее целью является уничтожение религии. Такие слухи доходили порой до местного епископа, который, в свою очередь, передавал их в Ватикан…
Именно это обстоятельство и побудило папу Клемента XII — а, скорее, его правую руку Священную Конгрегацию Римской и Вселенской Инквизиции — провести тайные расследования в Авиньоне, Флоренции, Португалии, Фландрии, Вене и Бреслау, часто руководствуясь при этом лишь поступившими в Рим сведениями. Развернувшиеся позже многочисленные процессы на самом деле преследовали цель узнать как можно больше о франкмасонском движении!