Страница 79 из 146
Как достучаться до господина X?
В Государственном секретариате двое мужчин набрали личный телефонный номер заведующего протокольным отделом монсеньора Кардинале. Знакомый с Морлионом прелат понимал, что дело серьезное и не терпит отлагательств. Он поставил в известность субститута монсеньора Делль Аква, который менее чем через четверть часа ответил следующее: ситуация очень серьезная, папа согласен выступить посредником перед Хрущевым. Мог ли Казинс со своей стороны сделать что-нибудь для установления этого сомнительного контакта?
И Казинс обратился за помощью к находившимся в Андовере советским делегатам товарищам Шумейко и Федорову, косо поглядывавшим на Морлиона: никогда еще в своей жизни им не случалось беседовать с католическим священником! В четыре руки они сочинили послание для Никиты Хрущева, призванное склонить его к согласию на посредничество папы. Едва текст был составлен, его тут же зашифровали и передали в Кремль. «Мы верим, — обращались к Хрущеву авторы письма, — что вы любите мир и не станете из-за политики губить миллионы людей…» Никто не знал, получит ли Хрущев эту телеграмму и обратит ли на нее хоть малейшее свое внимание.
Глава советской компартии мало интересовался Ватиканом. В Москве не терял своей актуальности знаменитый вопрос Сталина: «А сколько дивизий у папы римского?» Правда, несколькими днями ранее всех удивило агентство ТАСС, посвятившее несколько строк речи Иоанна XXIII, произнесенной им на открытии Собора. Разумеется, редактор не стал прославлять добродетели католической религии, однако доводы папы римского в отношении мира показались ему примечательными. «Кто же не боится войны? Кто всеми силами не стремится к миру?» — говорил понтифик. Вот что изменило привычные диатрибы Ватикана, направленные против коммунистической угрозы.
Явленные в последнее время некоторые знаки ослабления напряженности навевали мысль о том, что царившая на протяжении сорока лет взаимная неприязнь между СССР и Ватиканом не была уже столь категоричной. Так, в октябре 1958 года, Радио Москвы на удивительно дружелюбной волне оповестило всех о выборах папы Иоанна XXIII. А в ноябре 1961 года Хрущев отправил Иоанну XXIII поздравительную телеграмму в честь его 80-летия. Папа вспоминал, как в тот день во время обеда его побеспокоил старый кардинал Чиконьяни, принесший ему необычную телеграмму, доставленную русским послом Семеном Козыревым.
Внимание, которое новый папа уделял сохранению мира, вызывало у Советского Союза особенный интерес. В Кремле пристально следили за приготовлениями ко II Ватиканскому собору. В то время, когда СССР послесталинской эпохи в полную силу использовал на дипломатической арене, особенно в вопросах разоружения, свои чары, такая репрезентативная ассамблея не могла пройти незамеченной в глазах ответственных руководителей ЦК КПСС. Кроме всего прочего в Москве не преминули отметить, что Иоанн XXIII воспротивился тому, чтобы Собор начал свою работу со злостного осуждения коммунизма.