Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 75 из 146

Адская партия в покер

Когда 20 января 1961 года Джон Кеннеди сменил в Белом доме Дуайта Эйзенхауэра, первое, что он нашел на письменном столе своего предшественника, оказалось «срочное» кубинское досье. С тех пор как власть на острове в январе 1959 года перешла в руки Фиделя Кастро, ситуация между США и их новым соседом обострилась. Куба со своей стороны приступила к жесткой национализации североамериканских богатств и установлению дипломатических отношений с СССР; американские же руководители, в свою очередь, не скрывали намерения всеми способами устранить власть имущего чужака и вернуть себе контроль над островом. В нарушении всех международных правил старый Эйзенхауэр и ЦРУ планировали предпринять военное вторжение на Кубу посредством подготовленных для этой цели кубинских эмигрантов. Под давлением окружавших его «фоконов» Кеннеди осуществил рискованную инициативу своего предшественника, за которую поплатился унизительным поражением в бухте Кочинос в апреле 1961 года и тотальным равнением Кастро на своего нового советского друга.

Однако в то время отношения между США и СССР уже были натянутыми из-за ядерного оружия, объем и эффективность которого обуславливали так называемую «гонку вооружения». В ноябре 1961 года в Турции США развернули 15 ракет средней дальности «Юпитер» и 30 таких же ракет в Италии. Эти ракеты с ядерными боеголовками весом 1,4 мегатонн были способны достичь территории СССР, что приводило Советы в бешенство. В мае 1962 года Хрущев дал разрешение на операцию «Анадырь»: к новому кубинскому союзнику через Атлантику спешно направились 50 000 солдат и техников, а также 36 ядерных ракет СС-4 и СС-5, которые должны были «отговорить» США от завоевания мятежного острова. Позже в своих «Воспоминаниях» Никита Хрущев писая: «Я постоянно думал: если Куба падет, нас оттолкнут и другие латиноамериканские страны. Они решат, что, несмотря на всю свою мощь, Советский Союз только и смог сделать для Кубы, что выразить перед ООН свои неубедительные протесты!» Хрущев также понимал, что на него внимательно смотрел его новый идеологический сторонник в лице коммунистического Китая и Мао Цзедуна. Ставкой в этой адской партии лживого покера было лидерство СССР, которое он 3 течение полувека сохранял перед лицом всего «прогрессивного» мира…

2 октября в атмосфере строжайшей секретности Кремль начал операцию «Кама». Четыре боевых субмарины класса «Фокстрот» покинули Кольский полуостров в Северном море. Перед ними стояла задача: выйти в Атлантический океан и, не обнаруживая себя, присоединиться к идущим на Кубу судам для защиты их от американской агрессии. Мало кто даже в Москве знал, что на борту этих субмарин находились ядерные торпеды. Все официальные представители Никиты Хрущева, включая советского посла в Соединенных Штатах Анатолия Добрынина, долго старались всех уверить, что поставки на Кубу советского вооружения осуществлялись исключительно в оборонительных целях.

Американцы проиграли информационную войну, потратив около месяца на распознавание и оценку новой советской угрозы. Этому было три причины: сначала Кеннеди, желая продемонстрировать добрую дипломатическую волю, отменил 5 сентября полеты знаменитых U-2; когда же, наконец, президент решил возобновить полеты, операцию парализовало внутреннее соперничество между Пентагоном и ЦРУ; наконец, съемкам с самолетов помешал удар стихии, особенно тропический циклон «Элла», бушевавший до вечера 14 октября…