Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 71 из 146

За кулисами Собора

Январь, 1959 год. Когда едва избранный папа Иоанн XXIII выдвинул идею о созыве нового экуменического Собора, «мариологи» тотчас оживились. Особенно отец Карл Ба-лич, хорватский богослов с кустистыми бровями и твердыми убеждениями. Балич, возглавлявший основанную им самим папскую международную мариологическую Академию, ратовал за то, чтобы статус Девы Марии стал исключительной соборной «схемой», в которой Церковь смогла бы провозгласить привилегию «посредничества» и «соискупления» Девы, т. е. новую догму, которая без преувеличения сделала бы Марию равной Христу.

Когда через несколько недель папа разослал 2 812 епископам всего мира опросник на тему того, что они хотели бы обсудить на Соборе, то был весьма удивлен, увидев, что из 2 150 ответов, изобилующих более или менее смелыми «рекомендациями» и «пожеланиями», около 600 содержали упоминание о Марии и ее статусе в Церкви. Некоторые епископы были обеспокоены отклонениями, вызванными мариологическим культом. Другие же, составлявшие неоспоримое большинство, желали видеть укрепление ма-риологической доктрины.

У консультанта Конгрегации Священной Канцелярии Балича в Риме было много связей. С появлением первых Соборных структур в июне 1960 года он постарался попасть в богословскую комиссию, отвечавшую за данную доктрину, введя в нее некоторых близких ему по духу прелатов, например, основателя испанского мариологическо-го общества кларетинца Гарсия Гарсеса или епископа Бе-зансона монсеньора Дюбуа, автора книги «Небольшой мариологический итог», иронически прозванной некоторыми его собратьями «ультрамариологической».

Именно Баличу был обязан своим присутствием на этой «подготовительной» к Собору стадии крупный специалист в области мариологии Рене Лорентен. Хорват возлагал на французского богослова большие надежды и тайно хлопотал о том, чтобы последний получил сан епископа. Двое мужчин часто встречались либо у приютивших Балича францисканцев на виа Мерулана 124, либо на виа Помпео Маньо, 13 у урсулинов, где жил Лорентен. Но на беду Балича Лорентен вскоре разоблачил в своих записях семантические излишества мариологов, которые, по его мнению, могли разрушить масштабный экуменический проект Иоанна XXIII. Пылкий Балич с трудом переносил, когда ему противоречили. Лорентену никогда не суждено было стать епископом…

Отец Балич пускал в ход любые средства. Он добился получения всех трудов современных пап, начиная от Пия IX и Пия XII, которые распространял по собственному усмотрению, а также 450 пожеланий епископов, благосклонно настроенных в отношении его умозаключений. Однажды, когда он с жаром защищал доводы специфической схемы под названием De beata Maria Virgine[41], измученный Лорен-тен, наклонившись к сидящему рядом с ним монсеньору Филипсу, спросил:

— Он продает подтяжки или носки?

Французский богослов Ив Конгар, присутствовавший на одной из защитительных речей Балича перед богословской комиссией в марте 1962 года, дал весьма низкую оценку этому несдержанному «пиетисту», помешанному на идее увеличения «привилегий» Девы Марии и полностью непроницаемому к какому бы то ни было экуменическому уважению. Он не смог помешать себе записать в своем «Соборном дневнике»:

— Какой у него талант и какая беспринципность! Какое краснобайство и какая неслыханная проворность!

В тот самый день Балич убедил комиссию извлечь схему De beata Maria Virgine (о Блаженной Деве Марии) из проекта посвященной Церкви конституции De Ecclesia (см. стр. 24). Один балл в его пользу. В июне 1962 года мариологическая схема была изучена центральной комиссией, где многие убежденные мариологи, в том числе и французский кардинал Поль Ришо, оказали Баличу теплый прием. Наконец, 23 ноября 1962 года, во время первой сессии, ее текст был предоставлен отцам Собора. Последний штрих к документу добавил Балич.