Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 17 из 146

Вейо и Дюпанлу

Шестого декабря 1869 года Рим проснулся ранним дождливым утром. Колокольный звон бесчисленных церквей, крики уличных торговцев и хозяев кафе, шум кабриолетов и грохот экипажей выманили с раннего утра на улицы многочисленных паломников, съехавшихся в Вечный город ради присутствия на открытии Вселенского собора. Пестрая толпа римлян и паломников готова была устремиться к базилике Святого Петра, чтобы взглянуть на зал, где через два дня должен был открыться Ватиканский Собор. Как только солнце осветило площадь Святого Петра, в воздухе раздались многочисленные голоса, которые молились, восклицали и воспевали Бога.

В соборе, перед исповедальней Святого Петра, стоя на коленях среди толпы верующих, молились два человека. Оба были французами. Один — журналист и публицист, талантливый хроникер газеты L'Univers Луи Вейо, другой — известный французский педагог и академик, епископ Орлеана монсеньор Дюпанлу. Первый был главным светским глашатаем ультрамонтанов; второй, прибывший одновременно с первым, являлся самым титулованным главой «либеральной» католической ветви. Оба относились друг к другу с уважением. Несколькими днями ранее Вейо решил опубликовать в своей газете собранные Дюпанлу аргументы «Предупреждение монсеньору Вейо», оставив их без комментариев.

Прибыв первого декабря в Рим, Луи Вейо остановился в просторной квартире рядом с Пинчио, окна которой выходили на площадь Испании. По утрам он присутствовал на мессе в церкви Святой Троицы на горе, затем читал газеты в Кафе Греко; после обеда совершал прогулку по вилле Боргезе, после чего спешил во французскую семинарию на виа Санта Чиара; остаток времени у него занимали бесконечные встречи и дискуссии; ночью же он писал. Вейо обожал Рим. Известный полемист был, помимо всего прочего, родоначальником светской католической прессы, явившей большую эффективность в защите папы, чем все церковные газеты, наводнившие собой мир во времена Второй империи. В прошлое воскресенье он был принят Пием IX и теперь с неиссякаемым энтузиазмом свидетельствовал о «его уме, улыбке, находчивости и ясной речи», таких далеких от гнусных сплетен бульварной прессы.

Что же касается монсеньора Дюпанлу, то со своими друзьями и соратниками он остановился на большой элегантной вилле, предоставленной в его распоряжение герцогом Грациоли, которая находилась между Римским вокзалом и базиликой Сен-Лоран-ор-ле-Мюр, в небольшом удалении от центра, к огорчению его многочисленных посетителей. Несколько раз в неделю епископ Орлеана давал обеды и ужины, на которые в большом количестве собирались французские, итальянские, немецкие епископы, дипломаты и эксперты… Иногда бывали некоторые короли и королевы, а также журналисты. Целью каждого присутствующего было выведать, кто что говорил по поводу событий в соборе Святого Петра.

На протяжении всего Собора Рим бурлил слухами, которые распространялись за многочисленными обедами. Наиболее модными римскими салонами стали салоны княгини Роспильози, мадам Гравен и маркиза Спинолы, которые Вейо позже колко окрестил «Соборными сплетнями». Наивысшей роскошью считалось приглашение князя и княгини Боргезе в их великолепный дворец, утопавший в элегантном убранстве и залитый светом тысячи свечей. Там можно было встретить и музыканта Ференца Листа, недавно завершившего работу над своей самой красивой ораторией «Христос», и писателя Эрнеста Ренана, которого второй раз плохо приняли потому, что за произведение «Жизнь Иисуса» на него сильно прогневался Пий IX…

Распахивала двери перед всеми знаменитостями своей эпохи и вилла Медичи, управляющим которой был знаменитый в то время художник Хеберт. Французский посол Гастон де Банвиль, озабоченный обострением отношений между Францией и Пруссией, предпочитал в дебаты не вступать. Однако некоторые из его коллег активно продолжали тормозить процесс созыва Собора, иногда в целях воспрепятствовать усилению папской власти, как делал посол Австрии граф Трауттмансдорф, иногда в целях спровоцировать раскол в католическом мире, как делал прусский посол граф д’Арнем. Повсюду были дипломаты, шпионы и влиятельные агенты.