Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 15 из 146

Церковь единодушна!

Пий IX предполагал начать работу Собора 28 июня 1867 года в знак чествования восемнадцатого столетия со времени мученической кончины Святого Петра. Символичность была Налицо. Однако вспыхнувшая между Пруссией и Австрией война, к сожалению, изменила его планы. Тем не менее, 28 июня грандиозные церемонии собрали в Риме около 500 епископов. Это был рекорд, поскольку в 1854 году, чтобы услышать догму о Непорочном Зачатии, вместе собрались 206 епископов, на канонизации японских мучеников в 1862 году присутствовали 265 епископов. Никогда в своей истории ни Рим, ни другой какой-либо город не видели собрания из полутысячи епископов, съехавшихся со всего мира…

В тот день в Риме наблюдался исключительный наплыв верующих. Перед глазами десятков тысяч паломников, прибывших в Вечный город, чествование годовщины мученической смерти Святого Петра негласно выступало как чествование его главенства в мире, воплощенного папой Пием IX как достойным наследником «верховного апостола». Кто в тот день мог усомниться в авторитете или непогрешимости папы? Однако сами инициаторы этой догмы сохраняли осторожность, избегая какого бы то ни было проявления самоуверенности.

Перед Священной Коллегией, открывавшей церемонию, торжественно и без лишнего хвастовства Пий IX объявил о своем намерении созвать «святой Вселенский главный Собор». Четыре дня спустя при закрытии этой показательной демонстрации единства, универсальности, единодушия и авторитета римско-католической церкви Святой Отец предоставил аудиенцию пятистам епископам. Все они — или почти все — были убеждены в том, что «престол Петра» являлся той самой «скалой», на которую опиралась их церковь во время бурь и ненастья. Эту мысль епископы выразили потрясающей фразой:

— Устами Пия говорил Петр!

Фраза понравилась. Среди аплодировавших ей преподобий мало кто знал, что накануне во дворце Альтьери собравшаяся во главе с кардиналом Де Анжелисом комиссия из семи человек долго обсуждала, что именно должны были ответить епископы папе, старательно вычеркивая слово «непогрешимый», которое славный архиепископ Калокский бесхитростно внес в черновой вариант текста. Папское окружение бдительно следило за каждой деталью. Не стоило искушать дьявола.

Минул год. Все шло хорошо; 22 июня 1868 года в ходе тайной консистории Пий IX представил вниманию кардиналов буллу назначения (или созыва) Собора, озаглавленную Aeterni Patris[2] и предложил им назначить открытие оного на 8 декабря 1869 года, то есть на день пятнадцатилетней годовщины провозглашения догмы о Непорочном Зачатии. Выбор был сделан подсознательно: нужно ли было папе созывать Собор, чтобы провозгласить эту новую, пусть даже и фундаментальную мариалогическую догму?

Итак, цель была намечена: «Определение постулатов веры, разрушение злостных заблуждений, защита и развитие католической доктрины, восстановление церковной дисциплины, исправление человеческих нравов», — всего, что служит «величайшей славе Божией, неприкосновенности веры, красоте богослужения, вечному спасению человечества» и т. д. При этом папа не раз уточнял, что он опирался на власть Самого Бога, «власть, которую Мы осуществляем на земле». К этой короткой фразе отнеслись как к чему-то само собой разумеющемуся.