Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 132 из 146

Действия Пупарда

Итак, Ватикан мог рассчитывать только на самого себя. Необходимо было действовать быстро и не поддаваться панике. За дело взялись новый государственный секретарь, богослов, лишенный опыта дипломатической работы Тар-чизио Бертоне; неизвестный французский дипломат Доминик Мамберти, который в самый разгар разбушевавшейся бури получил назначение в Министерство иностранных дел Святого Престола; а также «министр культуры» Ватикана Поль Пупард, которому папа недавно доверил бывший папский Совет по межрелигиозному диалогу.

Все они действовали наугад, импровизируя и стараясь найти выход из сложившейся ситуации. Восемнадцатого сентября L`Osservatore Romano впервые опубликовала слова сожаления папы на арабском языке. Девятнадцатого сентября кардинал Пупард явился в римскую мэрию, куда помимо него были приглашены главный городской раввин Рикардо Ди Сени и имам главной мечети Сами Салем, не отличавшийся особой чувствительностью в отношении регенсбургского выступления папы. Через несколько дней после этого тот же кардинал Пупард на импровизированной пресс-конференции огласил послание, распространенное Святым Престолом на двадцати языках, в том числе и на арабском, в честь праздника Аид аль Фитр, знаменующего собой окончание Рамадана. Суть послания заключалась в следующем: какая была бы польза от религий, если бы христиане и мусульмане не боролись сообща против насилия и терроризма?

Особая миссия выпала на долю находившихся в мусульманских странах апостольских нунциев, которым, начиная с 20 сентября, была поручена беспрецедентная задача принести извинения политическим и религиозным лидерам этих стран. В то же самое время Пупард распространил по телефону коллективное приглашение всем послам мусульманских держав, работавших при Святом Престоле: Алжира, Бангладеш, Марокко, Нигерии, Пакистана, Сомали, Турции и др. Один за другим, не без формальной сдержанности, дипломаты приглашение приняли. Отклонил его только представитель Судана.

Эта встреча, состоявшаяся в Кастель-Гандольфо в понедельник 25 сентября, стала переломным этапом. В главном швейцарском зале папа принял двадцать двух послов. Были также приглашены и руководители Исламского совета Италии. В своей длинной речи на французском языке папа предложил гостям извлечь выгоду из возникшей полемики для установления диалога между католиками и мусульманами, особенно в плане общих для всех ценностей: солидарности, социальной справедливости, морали, свободы и достоинства человека и пр. Выступление было выразительным, доводы убедительными. Бенедикту XVI горячо аплодировали. Совещание, проигнорированное европейским телевидением, было транслировано на весь мир каналом Аль-Джазира. Десятки миллионов телезрителей от Марокко до Индонезии впервые увидели папу и узнали, что этот немного застенчивый пожилой господин не был тем «богохульником» и «невежей», каким его им представляли на протяжении последних восьми дней.

Среди гостей Бенедикта XVI был и турецкий посол Угур Цигаль, который проявлял особенное внимание к происходящему, поскольку в конце ноября папа планировал поездку в Турцию. Однако несколькими днями ранее все слышали, как главный муфтий Али Бардакоглу, глава религиозных дел при правительстве Турции, публично выразил сомнение по поводу «принятия человека, который имеет подобные убеждения в отношении ислама и его пророка». Не говоря уже о близком к власти депутате Салихе Капу-зуре, сравнившем Бенедикта XVI с Гитлером и Муссолини! Присутствие в Кастель-Гандольфо Угура Цигаля свидетельствовало о том, что путешествие, несмотря ни на что, может все-таки состояться.