Страница 176 из 186
А сверху, перегнувшись через перила, свесив босые ноги между балясин и совершенно счастливо растрепавшись, сидела Тесс.
— Ты рано! — обрадовалась она.
— Тесс, — Ардан прокашлялся. — Откуда здесь рояль?
— Из театра! — она даже подпрыгнула. — Арди, там была ревизия оборудования. Списывали предыдущее оборудование, которое скупали перед открытием, ну и инструменты, чтобы не пропадали, продавали своим по десятой части цены. По десятой, представляешь? Я даже думать не стала. Второго такого раза может и не представиться.
— По десятой, — задумчиво протянул Ард, осматривая масштаб проблем.
— Ага!
Он открыл было рот, но тут снизу раздался хруст, и сразу стало как-то не до цен.
— Перила надо снимать! — объявил старший.
— Перила общедомовые! — немедленно отозвался господин Пряхин. — Я, между прочим, пожалуюсь домовому управляющему!
— Так а как мы его тогда поднимем, уважаемый?
— Через окно поднимайте, на веревках! У нас в типографии станину так поднимали.
— Ножки давайте отвинтим, — предложил кто-то из-под рояля.
— Отвинтишь ты, а привинчивать кто будет?
— Господа, — вклинилась госпожа Пряхина. — а давайте я вам чаю прямо сейчас налью?
— Может, померить сначала? — предложила сверху Тесс.
Мягкого метра, разумеется, не нашлось ни у кого.
Ардан вздохнул, поднялся на пару ступеней и повесил пиджак на перила. Потом закатал рукава.
— Дверь на площадке снимите с петель, — проворчал он, обращаясь к курящим рабочим. — Кантовать будем не в повороте, а уже в проеме. Так можно будет получить больший градус для поворота.
Старший артели секунду с легким подозрением смотрел на его Звездные погоны, а затем повернулся к своим и рявкнул так, будто это была его личная, выстраданная многолетним опытом и потом, идея:
— Дверь с петель, живо! Разворачивать в проеме будем! Чему вас только учили!
Дальше, если честно, сильно легче не стало.
Взялись всемером. Ардан держал угол, рядом сопел грузчик с рыжими бакенбардами, кто-то считал «
и-и, взяли
», кто-то прищемил палец и выматерился так, что старший тут же извинился перед дамами. На середине пролета рояль вдруг поехал обратно, к нему бросились уже все разом, включая господина Пряхина. Тот сам не заметил, как оказался внизу и подпер плечом черный лакированный бок.
Струны внутри отзывались на каждый рывок глухим нестройным гулом. Инструмент явно жаловался.
— Держим! Держим, парни!
— Да держу я!
— Петр, ты куда полез! Спина же!
— Молчи, жена. Тут же другие мужчины…
Когда рояль наконец оказался на верхней площадке, все так и сели там же, прямо на ступеньки. Мокрые, пыльные и очень довольные собой.
Ардан опустился рядом с женой и вытер лоб рукавом сорочки.
— Тесс, — сказал он негромко. — Так же не бывает. Девяносто процентов скидки… Я просто не понимаю, где здесь подвох. Или это меня уже
настолько
профессионально деформировало?
— И я не понимаю, — так же тихо ответила она. — Я, честно говоря, три раза цену пересчитывала. А потом стояла в бухгалтерии и ждала, что сейчас выйдет какой-нибудь человек в очках и скажет, что вышла ошибка.
Тесс пожала плечами и уперлась подбородком ему в плечо.
— Никто, кстати, так и не вышел. Может, у Бельского приступ невиданной щедрости? Арди, ну иногда же и нам может повезти. Просто так. Не за что-то.
Ардан подумал и не нашел, что возразить.
Последним рывком рояль вкатили в квартиру, ободрав косяк до светлой полосы. А ведь Ардан совсем недавно покрыл его морилкой и лаком…
В гостиной инструмент поместился единственным возможным способом. Категорически боком и совершенно впритык, так что дверь в спальню теперь открывалась ровно наполовину, а буфет пришлось отволочь от плиты к самому окну.
Тесс, не дожидаясь, пока уйдут рабочие, села, попробовала клавиши и поморщилась.
Инструмент был безбожно расстроен.
Она все равно заиграла. Что-то простое и очень уютное. Артель замерла в дверях, господин Пряхин с женой остановились на лестнице, а сам он так и стоял с пиджаком в раскрасневшихся, потных руках.
Потом в квартиру вошел господин Брим с женой. Он долго мялся и наконец выговорил:
— Вы… сыграйте еще что-нибудь, если вам не трудно. Признаться, мы с супругой были на вашем концерте…
Госпожа Пряхина, наконец, внесла свой чайник. Артель расселась по ступенькам, старший достал папиросы, и кто-то уже обсуждал, что, наверное, действительно стоило поднимать на веревках.
Ардан сидел на пороге собственной квартиры, весь в пыли, и с некоторым удивлением обнаруживал, что впервые много дней от него никому ничего не нужно.
Если не брать в расчет предстоявшую поездку на Крылатое Озеро с Миларом… и в Ральские предгорья с Дином Эрнсоном… и то, что Пижон, где-то между двумя вышеперечисленными событиями, должен был расплатиться с Ардом по их давней сделке.
Но все это казалось в тот момент мыслями завтрашнего дня. Сейчас он сидел на полу, пил соседский чай и слушал, как пела его жена.