Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 38 из 92

— На всякий случай, — сказал один из магов. «Блокиратор, я попал». Не видеть потоки, не чувствовать силу, разлитую по всему лесу, оказалось для меня настоящим испытанием. Осыпался трухой БКМ, смягчавший побои Буфо, теперь я сполна вкушал всю мощь тяжёлых кулаков. Так плохо мне давно не было, по ощущениям сравнимо с ампутацией рук, что тоже являлось частью моей биографии, хотя нет, остаться без рук было гораздо хуже. Когда к экзекуции присоединилось ещё несколько человек, я потерял сознание. Очнулся уже в каком-то подземелье, думал, что будут пытать, морально готовился к этому, просчитывал, в какой момент использовать благословение, дабы уменьшить собственные страдания. Тогда, когда палач достанет щипцы или поднесёт раскалённый прут? Моя богатая фантазия рисовала десятки различных вариантов истязаний. Но ничего не происходило, меня даже кормили какой-то бурдой, похожей на перловку. Так по моим прикидкам, прошло несколько дней, под землёй трудно понять, день на улице или ночь, я ориентировался чисто по своим биологическим часам и желанием поспать. Затем ещё несколько дней, и ещё. «Может, про меня забыли?» Как оказалось, не забыли и даже пришли несколько стражников, дабы вывезти меня на площадь столицы Трансеунта. Как и вся страна, столица не особо впечатляла убранством. Было довольно грязно и чем-то неприятно пахло. Меня вывели на плаху посреди площади, на которой стояли окровавленный пенёк и здоровенный мужик с топором, намерения которого были прозрачны как стекло. Вокруг бесновалась толпа граждан, требующих крови, а с балкона красного замка смотрел какой-то неприятный плюгавенький, прыщавый дядька в короне с десятком разряженных как павлины придворных. «Сам король почтил». Но мне было пофигу, ведь меня собирались обезглавить. Доставлять такой радости публике не очень хотелось, и я упал в обморок, не по-настоящему, конечно, а нагло симулируя, ведь рубить голову человеку без сознания неинтересно, так я надеялся выиграть ещё немного времени для своей драгоценной жизни. Фокус сработал, меня стали обливать водой, «наивные», но я не просыпался, тогда пришёл целитель, который сразу раскрыл мой маленький экспромт. Урод что-то сделал, и теперь я не мог закрыть глаз и даже моргнуть, от раздражения мои ясны очи стали наполняться влагой, и из них градом потекли слёзы. Для стороннего наблюдателя казалось, что я реву от страха, хотя это было не так. Ведь после процедуры лекаря я накинул благословения и в ближайшие пять минут ничего не боялся, готовясь снова уйти из жизни. Вот только выглядело всё немного иначе. Толпа засвистела, в меня полетел какой-то мусор.

— Трус!

— Отрежьте ему уже башку. — Кричали граждане.

Мне даже стало немного обидно, ведь я не боялся, это просто реакция такая организма. Умирать с таким грустным фейсом не хотелось, какой-то не героический конец. Честно говоря, погибать в принципе не хотелось, но если уж выбирать, то делать это с гордо поднятой головой «палачом». Слово взял глашатай.

— Именем его величества, батрак, поднявший руку на дворянина, должен быть умерщвлён, как и любое другое животное. «Сами вы животные». После чего с его тела сдерут кожу и похоронят вместе с убитым им. «Хорошо, что не наоборот». Таков закон!

После чего ведущий поклонился королю. И тот дал отмашку.

— Именем его величества, приступить к казни.

Палач медленно пошёл в мою сторону, поигрывая гигантским топором, парень явно любил свою работу, потому как этот лысый детина искренне и многообещающе улыбался. Он взял мою заплаканную голову и положил на пенёк, который пах спёкшейся кровью. «Хоть бы мыли», — пронеслась в моей голове мысль. Подчинившись воле судьбы-злодейки, я не стал сопротивляться, а то ещё начнут сначала кожу сдирать, нет уж, лучше так. Благословение уже спало, и я погрузился в полнейшую апатию.

— Последнее слово, батрак? — спросил меня лысый.

— Воздеружсь. — С пересохшим горлом выдавил я, безуспешно пытаясь скрыть волнение.

— Ну, как знаешь.

Тщетно пытаясь закрыть заплаканные глаза, я ждал рокового удара, вот только в какой момент он произойдёт, я не знал, ведь смотрел в противоположную от палача сторону, и вот я услышал этот неприятный свист металла, разрубающего воздух, затем характерный хрип, «наверное, из трахеи», потом вокруг образовалась лужа крови. «А умирать от топора, оказывается, неплохо», — подумал я, а затем услышал до боли знакомое.

— Привэт.

Я резко поднял голову — «шеей?» — повернул её и увидел довольную красную морду.

— Нэ плачь по нэму, друг, — указал на мертвого палача орк. — Он тэбе хотэл голову отрубить.

— Да, блин, я не плачу. Это всё целитель.

— Да-да. — Иронично согласился Геро.

«Теперь он меня доконает».

— Ладно, можешь издеваться, но я рад тебя видеть. — Улыбнулся я орку, с красными заплаканными глазами.

А дальше были взрывы, шум, гам, на площадь вбегали какие-то люди в тряпье. И кричали «смерть королю!» Одновременно с этим стража уже поднималась по ступеням плахи, Геро играючи превращал их в макароны. Я, связанный по рукам и ногам, мог помогать только морально. Один из стражников на бегу лишился головы, но вместо того, чтобы упасть, тело на автомате сделало ещё с десяток шагов и врезалось в меня. Не удержавшись, я полетел вниз с двухметрового постамента, после чего погрузился во мрак.