Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 6 из 52

Глава 3

Эрмия

— Айн, я поступила!!! — восторженно заверещала я, как только мне удалось до него дозвониться.

— Умница! Я в тебе не сомневался! — Лицо моего любимого мужчины светилось искренней гордостью. — А я только-только пришёл в себя после прибытия, сейчас поеду подавать заявление.

— Хоть бы всё получилось и как можно быстрее! — Разумеется, я не рассчитывала, что после расторжения фиктивного брака меня сразу позовут замуж, просто очень хотела, чтобы не было никаких подвохов.

Айн — публичный гуманоид, его слава движется в гиперскоростном режиме, причём облетела практически всю галактику. Зачем ему ненужные проблемы с непонятным статусом? А я и вовсе не хочу светиться, а то мало ли. Кто знает, что бздынькнет в голову той или иной поклоннице? Нет уж, буду в тени, в шапочке и чёрной одежде. Собственно, как и сам Айн, когда не выходит на сцену.

Любить друг друга мы предпочитаем за закрытыми дверьми и без свидетелей.

— Да, я уже соскучился по тебе! — глаза Айна буквально вспыхнули, словно он петь собрался. — А ещё меня беспокоит твоя поездка на Эрмию. Я бы не хотел, чтобы ты летела туда одна, мало ли…

— Мне тоже страшновато, — призналась я. — Я так привыкла, что мы всегда вместе, а тут… Я никогда не летала в одиночку, всегда в компании.

— А ребята как? Кто куда собрался?

Я принялась перечислять то, что знала, вот только насчёт Кьона была не уверена. Он — сирота и совершенно точно не собирался на Фаргон, тем более что был там относительно недавно, мы давали большой концерт в столице. По-моему, он собирался составить компанию Лормасу, но это не точно.

— Слушай, а что ты сразу не сказала, что боишься лететь одна? — Айн сделал видеоконференцию, присоединив к нашему разговору Кьона и Лорма.

И сейчас Кьон строго смотрел на меня, а я даже и не знала, что ответить.

— Да я вообще сосредоточилась на подготовке к собеседованию, и, если честно, не была уверена, что получится поступить, — выдала, наконец, я.

— Допустим, но ты ведь поступила! — воскликнул Лормас.

— Да, спасибо всем вам за помощь! Люблю вас!

— Мы тебя тоже! И поэтому, конечно же, полетим с тобой, заодно посмотрим на Эрмию, накормишь нас тыквенным супом

[1]

, о котором рассказывала. — Кьон даже облизнулся в предвкушении.

— А как же ваши планы? — Мне было откровенно неловко.

— Так мы просто покутить хотели, оттопыриться, — хмыкнул Лорм. — Дома мне точно делать нечего, как и Кьону.

— На Эрмии особо не оттопыришься, если только в гастротуре.

— И отлично, а то я слишком отощал, надо массу немного набрать, — отозвался Кьон.

Кстати, да, он действительно сильно похудел. Больше подростка напоминает, а не мужчину. И не подумаешь, что когда-то у него была проблема с лишним весом.

— Вот и хорошо, а я присоединюсь к вам чуть позже, как только разберусь со своими делами. — Айн не говорил ребятам о разводе.

Не та тема, чтобы обсуждать.

В общем, проблема оказалась легко решаемой, и уже этим вечером мы сели в звездолёт, который доставит нас до Эрмии. Квести составил нам компанию в космопорте, только у него посадка будет чуть позже — он летит на Церладу повидаться с роднёй. Те, к слову, очень им гордятся и даже создали сообщество психологической помощи серочешуйчатым. Мол, долой несправедливость, когда из-за цвета чешуи тебе навязывается профессия. Дорогу настоящим талантам и прочее, и прочее.

М-да, похоже, Квести создал прецедент. Глядишь, через некоторое время на Церладе случится если не революция, то смягчение системы. Однако…

Кстати, со мной тоже произошёл прецедент, не так глобально, но в рамках университета моё имя, оказывается, прогремело. Причём способствовали этому и мой куратор, и одногруппники, которые успели разболтать всем и каждому о том, какая я наглая, ушлая девица. А у куратора ещё и проститутка. Узнала я об этом, не успев переступить порог гостиницы, в которой мы сняли номера — столкнулась на улице с подругой из ногтевого сервиса.

Той самой, с которой мы вместе выросли в приюте.

— Юта? — Девушка — типичная пшеничноволосая загорелая эрмийка — резко притормозила.

Она куда-то спешила, но, увидев меня, остановилась. Что характерно, я была в чёрном комбезе и шапочке, а такая манера одеваться прилипла ко мне уже в команде. Раньше я предпочитала более разнообразную расцветку. Вот что значит, когда тебя знают с детства, как облупленную и узнают в любом виде.

— Далла, привет! — я радостно улыбнулась и тут же полезла в рюкзак, ибо там для неё лежал подарок.

Разумеется, не гу-саанские червячки, их давно стрескали ребята, да и не дожили бы они до этого времени. Всё-таки натурпродукт.

— Ой, что это? — Приятельница с подозрением смотрела на прозрачную коробочку, где лежала тыршванкская жемчужина.

Одну из них мне разрешил взять Айн после того, как я рассказала о том, что Далла плохо спит. Её часто мучают кошмары, ведь она потеряла родителей при очень трагичных обстоятельствах. Всё произошло на её глазах. Надеюсь, жемчужина нормализует её сон.

— Это то, что тебе обязательно поможет! — Я коротко объяснила, для чего она нужна, и что не надо делать из неё украшение. — Ни в коем случае не прокалывай жемчужину и не повреждай какими-либо иными действиями. Это не для красоты, хотя любоваться ей — одно удовольствие.

Вот чего я не ожидала, так это слёз в ответ. Далла кинулась мне на шею, принялась сбивчиво извиняться, а потом огорошила новостями, что, оказывается, вся округа судачит, будто я подцепила на одно место известного артиста и…

Кхм… Нет, ну если убрать детали, то по факту я действительно имею с Айном интимную связь. Правда, началось всё не с неё, а близость в наши отношения пришла гораздо позже и по большой любви, но… В общем, правильно я думала, что не надо высовываться и показывать наши отношения. Так что продолжаю ходить в чёрном, шапочку снимаю только в гостинице, да и отдельный номер для прикрытия продолжаем выкупать. Да, я в нём никогда не сплю, но всегда сминаю постель, как будто ей пользовалась.

К — конспирация.

— Нам надо нормально поговорить, — вынесла я вердикт. — Ты занята?

— Нет, я шла в аптеку за очередной пачкой снотворного, но твоя жемчужина… — Она шмыгнула носом и вновь кинулась меня обнимать.

— Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Кьон.

Видимо, он решил, что я слишком задержалась на улице, и я его понимала. Мы только-только вышли из флаера, ребята понесли свои вещи и мой чемоданчик внутрь, а я всё никак к ним не присоединялась.