Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 15 из 91

Я смотрю на Славу в надежде найти тупое успокоение, а нахожу лишь… подтверждение.

Он подается вперед, нахмурив брови. Тянет ко мне руку. Я любила его руки… да я все в нем любила. Господи, как же я его любила… говорят, нужно осторожней выбирать тому, кому отдаешь свое сердце. Когда-то я думала, что была осторожна. Потом я услышала, что нельзя отдавать это самое сердце полностью, но в ответ посмеялась. Как это не отдавать? Ведь мы муж и жена. Мы — родные люди. Мы — одно целое. Выходя замуж, я хотела полного единения и отдельного мира на двоих. Мне казалось, что я его получила, и плата в виде всего себя казалась мизерной. Казалась… очевидной. Невозможно создать мир, если ты вкладываешься наполовину — так я думала, так я считала. Но сегодня утром мне стало ясно, что люди-то вокруг были правы. Густое разочарование в самой себе, в нем, в нас… насмешка! Над всеми моими мечтами — все это отдается во мне, множа боль от жестокого предательства.

Я закрываю лицо промокшими, холодными ладонями. Уродливо всхлипываю, задыхаюсь. Сейчас я знаю, выгляжу просто отвратительно слабой, но ничего не могу с собой сделать.

То, что мы любим больше всего, чаще всего нас и уничтожает…

Слава оказывается рядом. Я чувствую жар его тела, запах жасмина усиливается, и меня начинает тошнить. Его руки жгут, оставляя не коже уродливые ожоги — я чувствую себя ничтожеством из-за них. Ужасной, некрасивой, ненужной. Разбитой на миллион частей…

— Убери от меня руки! — ору до боли в связках, пытаюсь скинуть их, но Слава сжимает меня только сильнее.

Встряхивает, как гребаный шар предсказаний. Он давал шуточные ответы на любые вопросы, и что ты хочешь теперь? Какой ответ ты ожидал получить?..

— Дарья! Успокойся, у тебя истерика! Я…

— Убери руки! От тебя воняет ей!

Слава замирает — мой шанс. Я рвусь в сторону, сношу кастрюли и ложки. Звон оглушает, отдает в голову диким эхом, так как внутри, наверно, ничего не осталось. Это как бросить монетку в пустую вазу — что ты получишь?..

Отшатываюсь к окну, сжимая пальцами занавеску. Слава стоит передо мной и настороженно вглядывается в глаза. Он все понимает. Ему не нужно гадать о том, что я сейчас чувствую. Он просто просчитывает, что я сделаю дальше.

А что мне остается делать?..

— У-убирайся, — выталкиваю из себя.

Это сложно. Дико сложно сказать хотя бы слово. И это усилие уходит в воздух. Слава мотает головой.

— Я никуда не уйду, ты в истерике.

Снова всхлипываю, жмусь к окну сильнее. Штора у карниза противно скрипит.

— У-убирайся.

Я больше ничего не могу сказать. Слава тоже молчит, глядя мне в глаза. Видеть его — невероятная агония. Мне кажется, что сейчас у меня лопнет голова… или сердце. То, что от него осталось.

Ребром ладони упираюсь в грудную клетку. По наитию. Мне почему-то кажется, что так станет легче, но нет. Горло все еще давит, дыхания все еще нет. В легкие по-прежнему залили бетон.

Меня трясет.

Становится только хуже.

— У-у-уйди. Не-ене м-могу те-бя ви-и-деть.

Слава прикрывает глаза. В нем нет сердца? Неужели не понимает, что я сейчас… умру?..

Понимает и это тоже.

Он отсыпает на шаг назад, потом кивает и, не поднимая глаза, тихо произносит:

— Я не уйду из квартиры, но буду в гостиной. Когда ты успокоишься, я хочу поговорить.

Я не понимаю, о чем нам говорить. Правда. Не понимаю, зачем это нужно. Не понимаю… за что? Почему он такой холодный и отстраненный? Чем я это все заслужила?

Но спросить не могу. Меня растаскивает — он уходит тихо. Я съезжаю по стенке и закрываю лицо руками, чтобы заглушить рыдания. Пальцы ходят ходуном, а что внутри меня… поймет только тот, кто разом потерял свое сердце. Чье доверие было растоптано, а тот мир, который ты выстраивал всю сознательную жизнь… свалился прямо на голову.

Я вам завидую, если вы не знаете, как это. Тоже правда. Когда-то в детстве я сломала руку, упав с качелей на дереве. Так вот, даже тогда мне было легче, потому что сейчас кажется, словно я сломала все кости разом.

Ничего не осталось…

Мой мир официально рухнул в шесть сорок утра. Светило солнце.