Страница 2 из 93
— Мэр! — брякнул начальник. — Точнее, губернатор Марсианской области Российской Федерации. Владимир Ляшко, тридцать девять лет. Любочка тебе скинет его досье. До нас доходят сигналы, что он якшается с америкосами. Сливает им наши ресурсы за бесценок. Торгует страной мимо кассы. Ты же знаешь, что на Марсе наше поселение граничит с американским?
— Слышал, — кивнул Степашкин. — А с другого боку китайцы.
— Америкосы на западе, китайцы на востоке, как положено. Есть ещё Европа, но она, как положено, в жопе. Южнее, то бишь. В общем, Ляшко этот лет десять уже правит, и есть мнение, что рамсы попутал. Коррупцию развёл, но это ещё ладно. Дело житейское. Но мутки с нашими закадычными недругами — это уже перебор. Потому тебя и посылают, полиция-то у него под пятой. А может, и в доле. Хотя прямых доказательств пока нет. Только сигналы от неравнодушных граждан.
Сигналы с Марса, подумал Гоша. Звучит-то как! Романтично. А на деле — банальные доносы.
— Это всё? — с сомнением спросил он.
Что-то тут не сходилось. Вороватого мэра могли устранить и так. Удалённо, так сказать. Зачем посылать человека, и почему именно его? Чуйка подсказывала, что шеф рассказал не всё. Так оно и оказалось.
— Не совсем, — уклончиво протянул Виктор Палыч. — Будет у тебя ещё одна оперативная задача. Сопутствующая.
— Какая? — задал Степашкин очевидный вопрос, чтобы подстегнуть вновь замолкшего шефа. Тот явно медлил и не решался раскрыть все карты. Хотя никакого смысла в этой задержке не было. Всё равно же придётся сказать. Говори уже, Старый Хрыч! — воскликнули степашкинские глаза.
— Я тебе доверяю, Жора, — проникновенно произнёс Виктор Палыч. — Ты человек честный, прямой, бесхитростный. Звёзд на погоны не хватаешь, но и не подведёшь, если что.
— И что дальше? — уныло буркнул Гоша. Он был не настолько тупым, чтобы не понять, что шеф только что назвал его тупым.
— Короче, история такая, — шеф неожиданно покраснел. — Я женат двадцать лет. Дело это, прямо скажем, на любителя. Никому не советую! Ты вот избавился от ярма, и молодец! И не женись больше.
— Не буду, — пообещал Степашкин.
— Жена моя — женщина нестандартная. Порывистая. Взбалмошная. Говоря по-русски — ебанутая на всю башку. И вот, значит, вздумалось ей слетать на Марс. Туристкою. Одна, без провожатого, без помощника, без мозгов. А там, сам знаешь, условия суровые. Не Мальдивы. И даже не Якутия. Мало ли что! Оно, может, и к лучшему бы, но у нас дети. Переживаю за эту козу, в общем. Чтобы копыта не откинула.
— Так поезжайте с ней!
— Ага, конечно! Ты знаешь, сколько путёвка стоит? Там бешеные бабки, я столько за всю жизнь не заработаю. Если, конечно, одну зарплату учитывать. А в моём случае ещё надбавка будет за вес. Тоже немало! Придётся всё имущество продать, а оно мне надо?
— А у жены откуда деньги? — задал Степашкин не совсем приличный вопрос, однако шеф уже пустился в откровения и никаким вопросам не удивлялся.
— И не спрашивай! Тесть у меня знаешь кто? Лучше не знай, целее будешь. Оплачивает этой дуре все прихоти. Оно, конечно, где-то и удобно, но тормоза у неё совсем отказали на старости лет. Но я туда с ней и задаром не полечу. Во-первых, у меня служба. Дела, подчинённые, банкеты. Во-вторых, в гробу я это всё видал. Давление, перегрузки. Мне этого добра и тут хватает. Ты — другое дело. Молодой, здоровый, семьёй не обременён. Ты и с задачами управишься, и за Миленкой присмотришь. Она у меня женщина с норовом, но если подход найти, то ничего. Жить можно. Только ты не смей! Даже пальцем ни-ни!!!
Шеф даже подпрыгнул на стуле от внезапно пришедшей ревнивой мысли. Георгий только плечами пожал. Сдалась ему больно старая жена этого толстобрюхого хрыча. Да ему сейчас никакая не сдалась. Хватило с бывшей страстей. В пень это всё.
Сквозь грязно-пыльное окно виднелись зеленые шапки сосен с сосновой аллеи перед Следкомом. Затарабанил ноябрьский дождь. А ведь там ничего этого нет. Ни сосен, ни дождя. Как же он будет?
— Только учти, Жора, задание сверхсекретное! — не унимался Старый Хрыч. — Никто не должен знать, особенно Миленка. А то обидится, тебе ж хуже будет. Я так-то жену свою люблю. Хотя, конечно, она меня достала.
— Слушайте, я вообще-то не нянька! — взорвался Георгий. — А следователь по особо важным. Какого хе… ху… черта я должен…
— Хватит! — грозно прорычал Виктор Палыч, тяжело поднимаясь с кресла. — Произошло убийство. Первое. Умышленное. Убийство. На Марсе. Бытовуху я не считаю. И нашему управлению выпала честь его расследовать. Ты, Жора, посланец Земли. И либо ты с честью выполняешь возложенное поручение, либо я лично тебя тогось! Ну, ты понял.
— Понял, — сказал Гоша, который ничего не понял, но решил не уточнять. — Так бы сразу.
Итак, он летит на Марс! Выходя от шефа, Георгий был так взволнован, что даже не заметил кокетливую улыбку Людочки, явно желавшей перекинуться парой слов с высоким и осанистым следаком, которому так шла тёмно-синяя форма с майорскими погонами и широкая болливудская улыбка. Увы, молодой красавчик прошёл мимо, будто она пустое место. Людочка поджала губы и уткнулась в монитор.
На Марс! Ну охренеть просто.
Георгий вспоминал, что он знает про русское поселение на Марсе. Называлось оно смешно — Марсорусь. Правда, это было вроде неофициальное название. Двадцать пять лет назад, когда отправляли первые миссии, и мужественные колонизаторы строили первые дома, заводы, осваивали суровую и нелюдимую планету, всё это очень широко освещалось в инфополе. Теледикторы с ума сходили от возбуждения, читая очередные новости, интернет бурлил, люди спорили до истерик, что это: величайший прорыв или грандиознейший распил? Новая эра в истории человечества или глупые понты планетарного масштаба? Но Георгий в те времена ходил в начальную школу и новостями интересовался мало.
Со временем истерика поутихла, хотя новости с Марса по-прежнему время от времени поступали. Было даже реалити-шоу, которое, правда, передавали с задержкой в несколько месяцев. Жена это шоу смотрела иногда, а Гоша лишь мельком поглядывал. Какие-то странные люди под куполом, среди безжизненной красно-рыжей пустыни. Зачем им это надо? Чего им на земле спокойно не жилось? Вопросы то и дело мелькали в голове, но быстро улетучивались под грузом текущих забот. Что ж, теперь у него будет возможность получить ответы.