Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 53 из 144

Спросил холодно, а в глазах читалось веселье. Но мне было вовсе не до него. Когда ректор вошел в комнату, оценив обстановку, у меня сердце в груди забилось пуще прежнего.

– Это она обчистила лабораторию! – ткнула Пим в меня пальцем. – Я нашла в ее шкафу украденное!

– И где же оно? – спросил дракон.

Кудрявая направила свой палец на кунг-фу панду и та зашипела, демонстрируя желание откусить адептке явно лишнюю конечность.

– Угу. Знакомое существо.

Моя милая Хренотень фыркнула и отвернулась. Стало понятно, что она думает о ректоре.

– Оно отобрало и не отдает мешок, – пожаловалась лохматая.

Ректор прошел мимо меня, обдав ароматом своего парфюма, от которого у меня слегка закружилась голова и протянул руку панде.

– Отдай, пожалуйста.

Хренотень несколько долгих секунд смотрела на протянутую длань, а затем, вздохнув, все же отдала мешок. Ректор разу же его открыл и достал несколько склянок и непонятных предметов, после посмотрел на Пим и на меня.

– Это действительно было украдено из лаборатории.

Его голос был бесцветным, но вот взгляд неуловимо потемнел, отчего я даже почувствовала холодок, скользнувший по спине. Повернулась к дверям, услышав смешок и увидела Эльжен Лавиди, а за ее спиной стоял хмурый Войз.

Я снова повернулась к Рэму и уверенно сказала:

– Я этого не крала!

– Да кто тебе поверит после такого? – ехидно спросила Пим, но я смотрела только на дракона, который в этот момент изучал содержимое мешка.

Когда он достал какой-то камень, моя Хренотень нервно взвизгнула и нетерпеливо поерзала. Ректор вскинул бровь, а после повернулся и посмотрел на меня.

– Адептка, Дамнид, я правильно понимаю, что в законсервированной лаборатории трансформировались не только вы?

Я моргнула, посмотрела на свою Хренотень, а затем медленно кивнула.

Ректор усмехнулся.

– Как занятно. Я думал, что саены не подвержены магии, но выходит, когда рядом ходячая катастрофа, все может быть.

– Господин ректор, – обратилась к нему нервная Пим, – вы должны наказать воровку. А лучше исключить!

– Я согласен с вами, адептка Сентис. Воровку обязательно нужно наказать, – он перевел на нее насмешливый взгляд. – Но сначала нужно выяснить, кто украл.

Он посмотрел на мою обожаемую Хренотень, а та без каких-либо эмоций ткнула пальцем сначала в Пим, а затем в Эльжен.

– Только проблема в том, адептка Сентис, что воровка, а точнее, две воровки, не учли, что у некоторых украденных предметов есть свой старожил. В данном случае у артефакта имеется саен. Он прикрепляется к его владельцу и повсюду следует за ним. Пока предмет находился в лаборатории, саен спал. Но как только вы разместили его… где? – он посмотрел на панду, а та снова указала пальцем, на этот раз на шкаф. – Так вот, как только вы разместили предмет в личных вещах адептки Дамнид, он прикрепился к ее энергетике.

– Оу, – сложила я губы трубочкой, вспомнив, как Хренотень обреталась в углу, когда ее обнаружила Рида.

– Это неправда! – завизжала Лавиди, протискиваясь в комнату. – Тварь, ты специально это все!

Она вдруг рванула ко мне, вытянув руки и наверняка целясь в лицо. Вот только ректор одним взмахом руки пригвоздил Эльжен к месту.

– Очень жаль, что вам не досталось мозгов и достоинства, чтобы решить все свои проблемы разговором, адептка Сентис, – он посмотрел на медленно закипающую Пим. – Глупостей только не делайте. Наказание будет жестче.

Я с изумлением наблюдала, как Пим и Эльжен выводили из нашей комнаты. Ректор мне ничего не сказал больше, но его улыбка и насмешливый взгляд были красноречивее любых слов.

Да, я ходячая катастрофа.

57

Остаток дня проходит спокойно. К вечеру по академии разносится объявление о том, что ограничения на выход из здания сняты и все адепты радостно гудят в коридорах.

На ужине я замечаю, как Рида ищет кого-то взглядом по столовой, а на вопрос кого именно она не отвечает.

– Как дела? – к нам за стол подсаживается Войз и двигает ко мне стакан с компотом. – Я добыл твой любимый.

Мы с рыжей насмешливо переглядываемся.

– Спасибо, но не стоило, – ответила я достаточно прохладно, продолжая спокойно поедать свой салат.

Блондинчику мой ответ очевидно не понравился. Он прищурился и придвинулся ближе.

– В чем дело? Ты никогда не отказывалась… – начал он, но мне не доставало терпения вести с ним беседу.

– Слушай, ты оглох или просто придурок? – я зло на него посмотрела. – Я не хочу!

Во взгляде бывшего женишка Анасты промелькнуло что-то нехорошее.

– Ладно, – он поднял руки в примирительном жесте. – Я просто забочусь о тебе, ты ведь всегда его пила, считая полезным для здоровья.

Блондин решил не осаждать больше и свинтил в неизвестном направлении. Рида хохотнула, увидев мою недовольную физиономию.

– Думаю, будет еще пара попыток.

В этом я с ней была согласна. Он же бронелобый. Как в танке, в самом деле! Нет, настойчивость это, конечно, хорошо, но меру-то тоже знать нужно.

– Или не пара, – подтвердил Герас.

– Ну нет. Я попробую доходчиво ему объяснить, – настраивалась я на серьезный разговор.

– А ты разве не пыталась? – насмешливо спросил хамелеон, о чем тут же пожалел. – Ай, хвост!

– Скажи спасибо, что не оторвала с корнем, – процедила я.

После плотного ужина я шла по коридору академии, размышляя о том, чтобы заскочить в библиотеку перед сном. Может, найду там что-нибудь интересное почитать, а то в голове такая каша... Герас, объевшийся в столовой, мирно посапывал у меня на плече, зарывшись в волосы. Вот же обжора чешуйчатая!

Вдруг позади раздались торопливые шаги. Я обернулась и чуть не застонала - опять этот Войз! Ну что ему неймется? В руках он держал стакан с каким-то подозрительно ярким пойлом.

– Анаста, постой, – выпалил он, запыхавшись. – Я хотел извиниться. Вот, возьми, это просто сок.

Ага, конечно. Я так и поверила. Я прищурилась, разглядывая его встревоженную физиономию. Неужто думает, что я такая дура и куплюсь на эту дешевую уловку?

– Спасибо, но нет, – отрезала я, скрестив руки на груди.

Войз нахмурился, его взгляд забегал.

– Почему? Это же твой любимый.

Я молча забрала у него стакан. Войз уставился на меня, явно ожидая, что я сейчас как послушная овечка выпью его зелье. Ха! Размечтался! Я подняла стакан и медленно вылила всю эту ярко-розовую бурду прямо на пол, а затем вернула стакан ему в руки.