Страница 8 из 47
— Если Совет примет такую переправу достаточным подтверждением.
— И станете нашей хозяйкой.
— Владение уже передано мне. Но управлять людьми без их согласия я не собираюсь.
— Тогда зачем вам земля?
Я посмотрела на дома, на мастерские и на тёмные силуэты гор, окружавших долину.
Ещё утром этот вопрос показался бы простым. Мне нужна была независимость, возможность не возвращаться под власть Соррена и шанс доказать, что он ошибся. Но после разрушения моста личное упрямство перестало быть достаточной причиной.
— Потому что прежний владелец бросил её вместе с вами, — ответила я. — А я слишком долго помогала ему делать вид, будто ничего не произошло.
На площади стало тихо.
Я не стала оправдываться тем, что Соррен скрывал правду. Я присутствовала на совете пять лет назад и поверила его словам, потому что так было удобнее. Люди передо мной заплатили за моё доверие к мужу гораздо больше, чем я.
— Три дня ничего не исправят, — сказал Юрвен.
— Нет. Но за три дня можно понять, способны ли мы вообще работать вместе.
— А если башня придёт снова?
— Тогда придётся узнать, почему она разрушает переправы.
Это вызвало новое движение в круге.
Женщина-картограф, представившаяся Неврой, подняла голову.
— Башни идут только в полную луну.
— Первая уже прошла.
— Не совсем. Они двигаются по очереди. Иногда между первой и второй проходит ночь, иногда две.
— А иногда три, — произнёс Рейдаль.
Я посмотрела на него.
— Вы знаете, когда пойдёт следующая?
— Через три ночи.
— Уверены?
— За последние четыре года порядок не менялся.
— Какая башня?
Он указал в сторону северо-восточного хребта, за которым небо уже стало почти чёрным.
— Дальняя. Та, что стоит возле старых складов.
Эсвель крепче прижала к груди счётную дощечку.
— Мы перенесли оттуда всё необходимое.
— Не всё, — возразил Тарвен. — Там остались железные балки.
— Которые невозможно вынести без телеги.
— Без них новых креплений не будет.
Спор начал разрастаться. Люди перебивали друг друга, вспоминая оставленные в складах материалы, инструменты и деревянные рамы. Я не сразу поняла, почему обычное перемещение башни вызывает у них такую тревогу.
— Что происходит, когда идёт вторая? — спросила я достаточно громко.
Рейдаль дождался, пока остальные замолчат.
— Она всегда забирает что-нибудь важное.
— Забирает куда?
— Никто не знает. После её движения исчезают строения, участки дороги или то, что мы не успели перенести. Иногда башня перекрывает доступ. Иногда утром на месте склада остаётся только ровная площадка.
— Вы заходили внутрь башни?
— В ней нет входа.
— У любого строения есть вход.
— У этой нет.
Я хотела продолжить расспросы, но заметила усталость на лицах людей. Они пришли не для долгого совета, а чтобы выяснить, какое распоряжение отдаст новая владелица. Вместо этого получили ещё одну задачу и напоминание о приближающейся опасности.
— Сегодня больше ничего решать не будем, — сказала я. — Утром осмотрим ложбину. После этого каждый сможет решить, участвовать ли в строительстве.
— Вы собираетесь начать работу, не зная, где окажется башня через три ночи? — спросил Рейдаль.
— Собираюсь начать с осмотра. Если вы видите лучший первый шаг, назовите его.
Он некоторое время молчал.
— Вывести лошадей с северного уступа, пока они не ушли к заставе. Забрать с них всё, что можно перенести. Потом проверить склады и отметить, какие вещи нельзя потерять.
— Согласна.
— Я не спрашивал вашего согласия.
— Тогда считайте, что мы независимо пришли к одному решению.
Мейра тихо рассмеялась, а Рейдаль посмотрел на неё так, что она немедленно занялась сворачиванием каната.
Собрание закончилось без клятв и торжественных обещаний. Люди разошлись по домам, продолжая обсуждать временную переправу. Тарвен задержал Юрвена возле колодца и начал показывать руками предполагаемую форму крепления. Сайра уже спорила с Мейрой о том, на какой высоте лучше натянуть основной канат.
Никто не сказал, что согласен работать.
Но никто не отказался.
Рейдаль подошёл ко мне, когда площадь почти опустела.
— На рассвете Сайра поведёт людей за лошадьми. Вы останетесь здесь.
— Почему?
— Северный уступ опасен даже для тех, кто знает тропу.
— На лошадях мои вещи.
— Они не стоят сломанной шеи.
— Не вам решать, чем я готова рисковать.
— А вам не стоит превращать первое утро в представление о собственной храбрости.
Я посмотрела на него внимательнее. В его словах не было заботы, которую Соррен любил использовать вместо запрета. Рейдаль говорил как человек, отвечавший за переход и не желавший добавлять к задаче неопытного участника.
— Тогда я останусь осматривать ложбину с Юрвеном, — решила я. — Но список вещей составлю сама, чтобы ваши люди знали, что переносить в первую очередь.
— Разумно.
Это было первое моё решение, которое он одобрил без насмешки.
— Вы всегда так щедры на похвалу?
— Нет. Иногда я просто молчу.
Он уже собирался уйти, когда я окликнула его:
— Рейдаль.
Мужчина остановился.
— Почему вы согласились помочь с переправой?
— Я не соглашался помогать вам.
— Тогда кому?
Его взгляд скользнул по тёмным домам вокруг площади.
— Повозка должна принести семена для весенних работ. Если мы её не разгрузим, осенью будет нечего собирать. Ваш развод здесь никого не интересует.
— Прекрасно. Меня начинает утомлять его обсуждение.
В уголке его рта появилось едва заметное движение, которое могло бы стать улыбкой, если бы Рейдаль позволил себе продолжить.
— Отдыхайте, госпожа Нейр. Завтра вы узнаете, насколько сильно эта долина не любит хорошие планы.
— А вы узнаете, что я составляю запасные.
Он ушёл, оставив дверь открытой.
Через некоторое время Мейра принесла миску горячей каши, кусок хлеба и кувшин воды. Она поставила всё на стол так решительно, будто была недовольна самим фактом моего голода.
— Общий ужин уже закончился, — сказала она. — Это осталось в котле.
— Благодарю.
— Не думайте, что вас приняли.
— После моста у меня не возникло такого заблуждения.
Мейра оглядела мою пустую комнату.
— Утром принесут одеяло. Ночью здесь холодно.
— Оно тоже случайно останется?