Страница 53 из 109
Он сказал это раньше, чем подумал, и на секунду растерялся, потому что это была не инструкция. Это не входило ни в какой протокол.
— Я чувствую ваше дыхание у меня в ухе, — пробормотала она.
— Что?
— Ничего! Едем!
Снегоход дернулся, рявкнул и рванул к воротам с таким ускорением, что Артур инстинктивно сжал ее руки и прижался к ней всем телом. Волчья шуба сомкнулась вокруг них обоих, и в этом коконе из меха, кожи и рева мотора Стася вдруг вжалась в него спиной, всей спиной, до лопаток.
Артур перестал думать примерно на полторы секунды. Для него это был рекорд.
Она была обижена за то глупое обвинение с его стороны, которое он теперь честно признает лишь продуктом ревности. И постоянно сбегала, сейчас бежать ей было некуда. Четыреста килограммов машины, буран и его руки поверх ее рук.
— Мягче, — сказал он на первом повороте, когда она рванула руль, и сани за ними повело юзом. — Не крутите руль. Переносите вес. На меня. Откиньтесь на меня.
— Я и так мягкая!
— Не на поворотах.
Она откинулась. Он наклонился вместе с ней, и снегоход, послушный, как хорошо откалиброванная центрифуга, вошел в дугу ровно. Стася вскрикнула, коротко, по-птичьи, и вжалась затылком в его плечо, в волчий мех. Артур под шлемом улыбнулся. Он не видел своего лица, но знал, какое у него выражение.
— Вы делаете это хорошо, — сказал он, и голос вышел грубее, чем он рассчитывал. — Еще чуть-чуть… вот так.
В интеркоме щелкнуло, и ворвался голос Бельской, меланхоличный, как прогноз погоды.
— Лазарев. Если вы прямо сейчас начнете совокупляться на снегоходе за тридцать кусков баксов, я сниму это на GoPro и продам в National Geographic как брачные игры полярных олигархов. Отлипните от девчонки, мы людей спасать едем.
— Бельская, отпустите тангенту, — отчеканил Артур. — Я провожу инструктаж.
— Так вот как это теперь называется.
Тангенту она не отпустила. Возможно, забыла. Возможно, нет. Артур склонялся ко второму.
— Держись крепче, кудрявый, — донеслось из интеркома, и сквозь снежную взвесь Артур увидел в боковом зеркале, как второй снегоход вихляет за ними, будто пьяный. — Можно и пониже, я не против.
— Я держусь за поручень, — голос Димы звучал так, словно его пытали.
— Поручень у тебя за спиной. Ты держишься за воздух.
— Кира, ты едешь боком!
— Я еду творчески. Смотри лучше, как он ее обучает. Это не инструктаж, это прелюдия. Если бы я пила, делала бы глоток за каждое «вот таааак».
Пауза. Шипение. Затем голос Димы:
— Он умеет водить и учить умеет.
— Да, золотой мальчик умеет кататься на папиных игрушках, — фыркнула Кира. — Но ты посмотри, как она к нему прижалась. Это не страх, кудрявый. Это вайб.
Артур почувствовал, как Стася под его руками окаменела. Спина осталась прижатой, но девушка замерла.
— Бельская, — произнес он ледяным голосом, которым когда-то увольнял ассистентов. — Тангента.
Щелчок наконец-то принес тишину. Только ветер, мотор и дыхание Стаси в его ухе, которое явно стало еще чаще.
Через полтора километра Артур включил общую частоту, чтобы скорректировать курс, и обнаружил, что на втором снегоходе словно что-то изменилось. Только то, что их слышно людям со второго снегохода неизменно не заметили.
— Возьми левее на два часа, — говорил Дима. — Там наст, я видел на тепловизоре перед выездом.
— Ты мой навигатор? Оу, я не против, чтобы ты управлял мной.
— Я твой медицинский эксперт. Обязан следить, чтобы водитель был цел.
— О-о-о, — протянула Кира. — А как же быть с моим быстро бьющимся сердечком? Осмотришь меня позднее?
— Если перевернемся, — добавил Дима, и в его голосе явно была слышна улыбка, — я хотя бы умру рядом с самым дорогим окрасом волос на Аляске, как его называют в перепис… неважно.
Секундная пауза. Даже ветер, казалось, притих.
— Кудрявый, — голос Киры стал ниже, без привычной ленцы. — Ты вообще в курсе, что сейчас флиртуешь?
— Я… провожу медицинское наблюдение.
— Проводи. Мне нравится.
Артур снова выключил общую частоту. Ему почему-то стало неловко, как становится неловко, когда открываешь чужую лабораторию и застаешь там не опыт, а что-то личное.
— Они… — начала Стася в интерком.
— Проводят медицинское наблюдение, — сказал Артур.
И впервые за долгое время он понял, что она смеется. Не услышал, почувствовал: спиной, через волчий мех, через термокостюм, через все слои, которые их разделяли.
Тепловые пятна обрели форму у скального выхода, похожего на обломанный зуб. Три фигуры в костюмах таких цветов, какие природа никогда бы не одобрила: розовом, салатовом и черном с огромным красным логотипом Supreme на спине. Они жались друг к другу под скалой, и один из них, в салатовом, держал перед собой телефон на вытянутой руке.
— День третий, — хрипел он в камеру по-английски. — Мы, кажется, умрем. Лайкайте и подписывайтесь…
Стася спрыгнула со снегохода раньше, чем Артур успел заглушить мотор, и побежала к ним, проваливаясь в снег по колено и размахивая руками.
— Эй! Эй, чилл, чилл! Мы вас нашли! — Английский у нее был беглым и полным слов, которых Артур не встречал ни в одном научном журнале. — Вы реально легенды, что выжили, без шуток, рил! Мы поисковый отряд, нас скинули с вертолета искать вас. Отряд… — крошечная пауза, в которую Артур успел понять, что она импровизирует, — «Кэп». Отряд «Кэп».
«Кэп». Он помнил это слово. То самое, которое он когда-то неудачно ввернул в разговоре и получил в ответ ее смех. «Я был скорее командующим».
— No cap? — недоверчиво переспросила девушка в розовом. В носу у нее было кольцо, покрытое инеем.
— No cap, — торжественно подтвердила Стася.
Артур не понял, что это значит (позже Стася объяснит, что это на молодежном сленге значит «без лжи»). Но он видел, как у всех троих опустились плечи. Как девушка в розовом всхлипнула и засмеялась одновременно. Как напряжение уходило из их тел плавной кривой, как температура в инкубаторе после отключения нагрева. Он стоял рядом в волчьей шубе, прямой и молчаливый, в роли, которую Стася ему назначила: главный спасатель, которому хочется подчиняться. Как выяснилось, чтобы в этой роли быть убедительным, достаточно было просто молчать. Молчать Артур умел лучше всего.
Второй снегоход подъехал, почти не заваливаясь набок. Дима выбрался из-за спины Киры, подхватил аптечку и подошел к парню в куртке Supreme. Тот держал руки под мышками.
— Покажите пальцы, — сказал Дима по-английски.