Страница 5 из 69
Как только я, открыв захваты, начал операцию, ни с того ни с его, налетел порыв ветра, которого вроде бы как до этого не было. И это порыв качнул тяжёлый октокоптер так, что он сантиметров на двадцать отлетел правее.
В такой неожиданной ситуации я, конечно же, не стал опускать руки, а поступил, так как поступил бы на моём месте каждый — хорошенько выругался. Потом подкорректировал положение управляемого мной дрона и вновь начал операцию. И вновь порыв ветра, который на этот раз отнёс дрон чуть левее.
— Да что за хрень⁈ — прорычал я, не понимая, что происходит.
— Кажется, дождь собирается, — неожиданно произнесла Галина Ивановна и показала пальцем на экран, висевшего на стене большого монитора, куда транслировался видеосигнал с камеры: — Смотрите, звёзд почти не видно и всё небо заволокло тучами.
— Может быть это просто облачность? — предположил Лазутин.
— Нет. Это дождь собирается. Видите, на объектив камеры уже капля попала.
— Только этого нам не хватало! — сказал я, вновь зависнув над целью. — Нужно срочно оттуда сваливать!
И на этот раз всё прошло более-менее, как я и задумывал.
Осторожно опустив «бэшку» почти вплотную к повреждённому собрату начал аккуратно заводить захваты. Я затаил дыхание. Первый захват зацепился за луч.
— Есть! — прошептал Кудрявцев, напряжённо смотря в монитор.
Лазутин сглотнул застрявший комок в горле и, сжав кулаки, кивнул.
— Ну же…
Я чуть сманеврировал вбок и вторым захватом схватил неповрежденный двигатель. Задумался на секунду, понимая, что не все захваты будут участвовать в работе, прикинув, что, возможно, и трёх захватов будет достаточно, активировал очередной захват, который ухватился за торчащие из аккумуляторного отсека провода. Теперь дроны стали практически одним целым, несмотря на то что четвёртый захват ничего не захватил, потому что находился между рамой и лучом дрона.
Это случилось по нескольким причинам. Во-первых, у нас не было времени, чтоб я хорошенько обдумал операцию по захвату. Во-вторых, собирающаяся гроза своим ветром и дождём вообще могла сорвать все наши планы. Ну а в-третьих, мешала сгущающаяся темнота. На тепловизоре же, который я использовал, картинка было не очень качественной, и было не так удобно рассчитывать манёвры.
— Четвёртый захват мимо, — прокомментировала Анна явно на всякий случай.
— Вижу, но думаю этого должно быть достаточно, — сказал я, мысленно порадовавшись тому, что второй оператор, которым стала Анна, понимает всю сложность операции и озвучивает проблемные моменты, вслух обращая на это моё внимание.
Перед взлётом ещё раз внимательно осмотрел (крутя нижней камерой насколько смог), насколько хорошо обхватили захваты части эвакуируемого дрона и, решив, что лучше у меня в данный момент вряд ли получится, дал сам себе команду на взлёт.
Винты «Сотки-Б» загудели, корпус привычно завибрировал и октокоптер без каких-либо проблем поднял подбитую «ашку» в воздух.
Члены отряда облегчённо выдохнули.
— Получилось! — обрадовано хлопнула в ладоши Анна.
— Летит, — поддержала её настрой мать.
— Главное, чтобы долетел, — произнёс Кудрявцев, хотя было видно, что он очень доволен тем, что у нас всё получилось.
— Долетит, — махнул рукой улыбнувшийся Лазутин, после чего напомнил: — Раз уж эта модель БПЛА могла меня по всей округе возить, то с беспилотником, у которого нет груза, уж точно справится. Я-то всяко тяжелей.
И, нужно сказать, он был абсолютно прав. Данный вид беспилотников мог поднимать центнер. При этом сам же дрон весил около двадцати килограмм. С дополнительными аккумуляторами, конечно, вес его возрастал, однако сейчас картина была диаметрально противоположной, ведь из-за града пуль которые «ашка» на себя приняла и которые её беспощадно покромсали, она стала весить ещё меньше.
Нам вновь повезло, и начинающийся дождь нас почти не зацепил. От дождевых туч нам удалось уйти и, набрав высоту, путь до базы продолжили без приключений. И хотя в воздухе витало нервное напряжение из-за боязни внештатной ситуации и потере сразу двух (в смысле — полутора) дронов, тем не менее, ощущалось и кое-какое воодушевление — несмотря ни на что мы справились и избежали серьёзных проблем.
Когда до базы оставалось пятнадцать километров, нашу потрёпанную экспедицию встретил «Семицветик», которым управляла Анна. Чуть ранее в процессе обмена мнениями, было решено поднять малый дрон в воздух, что называется — на всякий пожарный. И хотя полёт тяжёлого октокоптера проходил нормально, а до базы оставалось не так много, в тот момент, когда появилось прикрытие с полным комплектом боезапаса, у всех на душе сразу же отлегло.
Весь путь от места неудачной встречи с сотрудниками НКВД и до нашего убежища нас всех тревожило лишь: только бы у «Сотки-Б» не отказали двигатели. Только бы в неё не попала молния. Только бы не замкнуло проводку, и она не рухнула вместе с грузом где-то километров за пятьдесят от нашего объекта.
Вот тогда была бы воистину проблема.
В наличие у нас были дроны лишь относительно не большого радиуса действия. И в случае аварии октокоптеров на таком удалении от места нашей дислокации, нам пришлось бы, невзирая ни на что, немедленно выдвигаться к точке падения. И даже не для эвакуации дронов, а хотя бы для их уничтожения.
При таком стечение обстоятельств, приблизиться к ним мы должны были бы километров на пятнадцать-семнадцать. То есть, упади дроны в полусотни километров от нас, нам каким-то образом пришлось бы преодолевать на транспорте не менее тридцати с лишним километров, прежде чем они станут в зоне досягаемости «Алого» или того же «Семицветика». И все эти километры пришлось бы нам преодолевать по тылам противника. Да ещё и в тот момент, когда количество патрулей немцев в нашем районе серьёзно возросло, а проверки на дорогах и в населённых пунктах заметно увеличены из-за наших же действий на коммуникациях. Короче, рухни дроны вдалеке от объекта, и нас ждали бы серьёзные проблемы. Мы давно решили, что дроны не должны попасть в руки немцев, а значит, хотели бы мы этого или нет, нам просто пришлось бы отправляться в путь и очень сильно рисковать.
Но, к счастью — обошлось. И вскоре мы уже вывалили из бункера и встречали приземлявшиеся аппараты неудачной экспедиции, которая, стоит отметить, к полной катастрофе нас всё же не подвела.
— Мамочки, как же ему бедненькому досталось, — закрывая рот рукой произнесла Аня, глядя на то, что когда-то было нашим флагманом.