Страница 67 из 90
— Когда я вошёл в Мисурату, я не знал, что в нём свирепствует чума, господин, — соврал я, не моргнув и глазом, — потом, когда понял, было уже поздно. И конечно испугался, я ведь простой человек.
— Но тем не менее, ты остался и спас людей, — заметил он.
— Когда собственная жизнь становится уже не такой важной, можно подумать о спасении души, господин, — поклонился я регенту, — я смирился со своей судьбой и принял её.
— Куда ты направишься дальше? — поинтересовался у меня юноша, — например завтра?
Я тут же понял, что меня выпроваживают из города.
— Куда укажем мне Бог, господин, — склонил я голову, — если судьба этих сирот будет устроена, я заберу свои вещи, верного скакуна и сегодня же покину город.
— Хорошо, да будет так, — кивнул он, — детей тогда оставь, они побудут нашими гостями и дальше, пока мы не найдём им достойную семью
— Благодарю вас, господин вали, — я низко ему поклонился.
— Не смеем больше тебя задерживать, — сказал мне регент и я поняв, что аудиенция окончена, повернулся к детям.
— Слушайтесь наместника и своих будущих родителей.
Дети явно не хотели со мной расставаться, но выбора не было, так что я простился с ними и пошёл на выход.
До города я добрался быстро, поскольку меня довезли венецианцы, а там забрав из таверны свои вещи и с конюшни таверны Панурга, который обрадовался, увидев меня, радостно зашевелив ушами при этом. Получив за это жёлтую морковку, он довольно захрустел ею, пока я выводил его на улицу и затем оседлав, поехал в сторону пристани, там, где на рейде покачивалось на волнах шесть больших по местным меркам кораблей.