Страница 39 из 90
— Похоже сеньоры, у нас и выбора-то особо нет, по тому, что мы только что узнали, — сказал я, — отдавать заложников, разоружаться, рисковать вашими жизнями, я не готов.
— Вы глава похода, сеньор Иньиго, — заметил Пьер д’Обюссон, — решение за вами.
Почувствовав, что на меня устремлено множество взглядов, я даже немного смутился. Я всегда с большой неохотой принимал решения, от результатов которых зависели тысячи жизней: своих и чужих. Гигантская ответственность после того, как я что-то решал, потом сильно давила мне на плечи, мешая спокойно жить. Но, как и в других случаях, сейчас все ждали от меня именно такого решения.
— Что же, сеньоры, — вздохнул я, — похоже увидеть Гроб Господень нам придётся в следующий раз. Грабёж — значит грабёж.
Лица рыцарей сразу же посветлели.
— Тогда нам нужно наметить главную цель для высадки, — предложил всем сеньор Валеран, — я голосую за Александрию!
— Валеран, ты в своём уме? — изумился даже его спутник, сеньор Жоффруа де Туази, — это самый защищённый город у мамлюков! Самоубийство туда лезть!
— Но зато и самый богатый! — улыбнулся тот в ответ, — к тому же я не говорил его захватывать, если мы остановились на отнятии ценностей у нехристиан, то быстрый налёт, грабёж порта и кораблей, стоящих в гавани, и такой же быстрый отход, пока враги собирают подкрепление, будет для нас идеальной стратегией.
— Хорошо, ограбили мы один город, второй, третий, после чего, где мы будем чинить корабли и запасать провиант? — поинтересовался сеньор Аймоне, — бухт там конечно много хороших, но что такое починка двадцати кораблей я знаю не понаслышке, это весьма непростое дело.
— Да и украденным товаром мы быстро забьём трюмы, — задумчиво произнёс Пьер д’Обюссон, — нужно его где-то продавать, чтобы с собой вести обратно только самое ценное.
— Да и рабов куда-то девать нужно будет, — согласился с ним сеньор Фелипе.
— Мы не будем захватывать рабов, — покачал я головой, — купцов ради выкупа да, но с рабами я даже не собираюсь возиться.
— Вы тогда потеряете долю прибыли, сеньор Иньиго, — справедливо заметил сеньор Фелипе, который совсем недавно был против простого грабежа.
— Значит, сосредоточим свои усилия на том, чтобы захватывать больше пряностей, шёлка, и золота с серебром, — сказал я, — ещё раз повторюсь, пленные для выкупа — да, их можно быстро обменять на деньги или убить, если родственники откажутся выплачивать за них выкуп, возня с рабами долгая и муторная. Я против.
— Как скажете, сеньор Иньиго, — склонил он голову.
— Так что насчёт других вариантов? — поинтересовался я у остальных.
— Есть Алжир, Блаж, Аннаба, Тунис, Бон, Сфакс, Суса, Триполи, Мисурата, — перечислил города сеньор Валеран, — выбирайте любой, я перечислил только самые крупные и соответственно хорошо укреплённые.
— У нас нет так много людей, чтобы атаковать города, — задумчиво сказал Пьер д’Обюссон, — может тогда ограничимся перехватом судов вдоль побережья?
— У нас для этого слишком тяжёлые корабли, сеньор Пьер, — покачал головой Жоффруа де Туази, — не угонимся.
— У нас тысяча двести моряков и тысяча двести солдат для десанта, — задумался Валеран де Ваврен, поворачиваясь ко мне, — вы точно не хотите использовать матросов? Это обычная практика в Ордене, когда матрос является и послушником, который умеет держать в руке меч.
— Кроме того, чтобы пограбить, я хочу ещё и уплыть потом с добычей домой, — ответил я ему с улыбкой, — а поскольку без моряков это будет проблематично сделать, то в атаках на города будем задействовать только солдат. К тому же в случае потерь среди них мы сможем нанять кого-то из местных.
— Согласен, — согласился он со мной, — я тоже хочу уплыть потом отсюда и желательно с добычей.
— Так какой выберем город для первой атаки? — я обвёл взглядом военных.
— У меня есть ещё предложение! — все повернулись к сеньору Пьеру д’Обюссон.
— Да, сеньор Пьер, — я жестом показал, что мы его слушаем.
— Я как-то применял такую тактику, — задумчиво ответил он, — договорился с одним из местных князьков, который ненавидел того, против которого воевал я, и использовал его город, как временную базу, для нападения на осман. Починка, поставка продовольствия, всё обеспечивал он за долю в добыче, и тогда эта выбранная мной стратегия отлично себя показала.
Лица всех рыцарей стали задумчивыми.
— Это очень хорошие предложение, сеньор Пьер, — покачал радостно головой сеньор Валеран, — очень! Так мы решаем множество своих проблем, и по факту проблема только договорится, сколько отдавать ему за гостеприимство.
— Я уговорил его на двадцать процентов, но даже двадцать пять было неплохо, поскольку я всё равно тогда вышел в большой плюс, — ответил француз.
— Кто знает политическую обстановку сейчас на Магрибском побережье и в Египте? — поинтересовался я, но оказалось, что у всех устаревшие данные, на которые не стоило опираться.
— Тогда нам нужно решить, — произнёс я, — мы сначала ищем союзника, и потом нападаем на города, или наоборот.
— Я всё же настаиваю на внезапном нападении на Александрию, — заметил Валеран де Ваврен, — это самый богатый порт, и мы там захватим из-за эффекта неожиданности очень много добычи, поскольку после первого нападения, за нами будут пристально следить и уже на второй город нам не дадут так безнаказанно напасть.
— Сеньор Валеран прав, появление двадцати четырёх кораблей не пройдёт незамеченным, — вздохнул сеньор Аймоне, — у нас по факту есть только одно нападение, которое может пройти почти без потерь.
— Именно, сеньор Аймоне, — согласился с ним бургундец, — а раз это так, то пусть тогда это будет самая жирная цель!
— Сеньоры? Есть возражения? — обвёл я взглядами остальных, но возражений не последовало.
— Тогда примерный план начала нашей Кампании такой, — подвёл я итог совещания, — меняем курс на Александрию, представляемся паломниками, на нас нападают, приняв за крестоносцев и мы в гневе за такую несправедливость захватываем и грабим порт. Затем пока к врагу не пришло подкрепление отходим и ищем себе союзника среди местных правителей, обещая ему долю прибыли с наших грабежей. Я всё верно запомнил?
— Абсолютно, сеньор Иньиго, — с улыбкой подтвердил Валеран де Ваврен.
— Тогда время уже позднее, — склонил я голову, — благодарю вас всех за идеи и мысли. Слава Господу, я теперь уверен, что у нас всё должно получиться.
— Аминь!
— Аминь!